Чтение онлайн

Рэми, собственно, уже давно сделал выбор. Ему не нужен был ни Мир, ни его странная, похожая на хомут помощь. Ему нужно было просто добраться до города и встретить Бранше. А дальше? А дальше посмотрим. Вопрос был в другом - как избавиться, да поскорее от этого зверя?

Стук копыт за спиной более привычный к лесу Рэми уловил первым. Решившись, он мысленно долбанул по щитам Мира, приказав ему заснуть. Мир удивленно обернулся, оборвав свист на высокой ноте, глаза его сверкнули гневом и тотчас закрылись.

Не дав Миру упасть, Рэми подхватил его у земли и оттащил к обочине. Плечо болело невыносимо, но теперь это казалось неважным.

Невидимый путник был все ближе. Мелькнула в белом тумане тень, вылетел на дорогу всадник, и решившись, Рэми бросился наперерез несущейся лошади.

– С дороги!

Засвистел кнут, обжег спину, заставил упасть на колени. Но выдавить Рэми сумел:

– Помогите, пожалуйста, моему другу плохо!

Всадник резко осадил лошадь окинув коленопреклонного рожанина внимательным взглядом. Лица его в тени капюшона Рэми разглядеть не мог, да, собственно, и не пытался. Его мучил только один вопрос - можно ли этому человеку доверить Мира?

Всадник кинул Рэми поводья и спрыгнул с седла.

Рэми тотчас забыл об архане, уставившись на коня. Это животное было столь же совершенно, как и Арис. И было таким же порождением магии. Черная с красным отливом шкура, длинная грива, в которой то и дело вспыхивали искры, недобрый взгляд... Огнистый. И рука сама собой потянулась к шее, к амулету матери, сжала его крепко, а пальцы вспомнили шелковистость спрятанных в мешочке волос с искорками... Вот они чьи... такого же Огнистого, как и этот...

– Шей!
– шепнул Рэми, копируя Самала.
– Шей ми сай, шей, дон

В темно-красных глазах необычного коня появилось что-то вроде понимания. Рэми протянул руку и осторожно погладил морду животного, не обращая внимания на обжигающие пальцы искры. Опустил поводья. Теперь этот конь точно никуда уйдет. После заветных слов еще никто не уходил.

– Животное умнее, чем человек думает, - говорил Самал.
– И тоже умеет говорить, чувствовать. И умеет доверять. Слова, которым я тебя научу, на самом деле не важны. Важно - как ты их произнесешь. А если произнесешь правильно, то ни одно животное в подлунном мире не сумеет тебе противостоять, и ни одно не пойдет против твоей воли.

– Что значат эти слова?

– Ничего не значат. Напоминают они братьям нашим меньшим, кому боги отдали власть над миром. Человеку. Но не каждый человек той власти достоин.

– Простите за удар кнутом, - сказал архан, подходя к лежавшему на обочине Миру.
– Я действительно не хотел, но иногда рука быстрее разума, вы же так неосмотрительно бросились под лошадь...

Рэми оторвал взгляд от лошади и понял, что если он хочет уйти, то уходить надо сейчас.

– С вашим другом все в порядке, - продолжил маг, не замечая волнения Рэми.
– Сейчас мы его разбудим.

Сейчас он разбудит Мира и обратит внимание на Рэми, проверит его знаки и поймет, наконец-то, что дорогой плащ покрывает плечи рожанина.

Глаза незнакомца засветились синим, проступили на запястьях сквозь рукава знаки рода, синие, как и подобает архану, разорвали воздух магические фразы. И в воздухе запахло озоном.

Рэми сделал шаг в сторону леса, стараясь не замечать внимательного, понимающего взгляда излишне умного коня.

– Мир!
– воскликнул архан.

В голосе его послышалось такое облегчение, что Рэми мгновенно перестал беспокоиться об оборотне, начал беспокоиться о себе и метнулся в сторону леса.

– Арман!
– услышал Рэми недовольный, усталый голос Мира.
– Это опять ты...

Арман... О боги, откуда ему знакомо это имя?

– Прячься, идиот!
– раздался за спиной раздраженный шепот.

Чья-то сильная ладонь заткнула Рэми рот. Обожгло болью раненое плечо. Полулишившись сознания, чувствовал Рэми, как его тащат в ближайшие кусты, бросают лицом на кучу прошлогодней листвы и что-то наваливается сверху, вжимая в гниющую мякоть.

Запах мокрой земли казался невыносимым, вызывая тошноту. В рот набились листья. Окатила с головой паника.

– Молчи! Ради всех богов, молчи!
– зашипел кто-то, а со стороны дороги раздался крик оборотня:

– Держи Рэми! Держи придурка!

– Сиди тихо, - прошипел кто-то на ухо, надавив Рэми на затылок.

Рэми сидел. Вернее, лежал. И усиленно старался не замечать ни ноющей боли в плече, ни накатывавшей волнами слабости, ни смыкающихся глаз.

Он вдыхал запах прелых листьев, и слушал, как неподалеку кричит и ругается оборотень, как осторожно отвечает ему Арман, явно пытаясь успокоить... Как раздается на дороге лошадиный топот, и к двум голосам присоединяются другие. А вокруг начинает шуршать...

– Только этого не хватало! Вот удружил, Рэми. Рожу спрячь!

Рэми повиновался, задыхаясь от запаха гнили. Но надолго его не хватило. Осторожно оторвав лицо от преющих листьев, он выглянул из-за кустов на поляну и тотчас пожалел о своей смелости: стоявший на поляне Арман медленно опускал на плечи капюшон плаща. Тот самый Арман, которого Рэми не еще знал, а уже почему-то ненавидел.

Разве можно было не ненавидеть эти высокомерные голубые глаза? Эти прилизанные, словно нарисованные, светлые волосы? Это белоснежное, будто из льда высеченное лицо? Сжатые в презрении тонкие губы? Длинные пальцы, унизанные перстнями, что ласково поглаживали рукоятку кнута?

И разве можно сознавать, что ты гораздо сильнее, гораздо способнее, но этот... архан, а должен лежать в кустах? Дрожать от страха - и перед кем? Перед слабым магом. Но он - маг, потому что архан. А ты - ты рожанин, потому - колдун. Пусть и сильный. И даже через щиты Армана тебе никогда не проникнуть, не увидеть, что он чувствует на самом деле. Не дано тебе этого.

И самое главное - почему так сердце ноет? Почему хочется выйти, заглянуть в холодные глаза архана, гордо вскинув голову. Ответить на его взгляд, как равный. Рэми почему-то знал, что имеет на это право. Но в то же время хотелось чтобы Арман наконец-то ушел, оставил их в покое.