Чтение онлайн

И, тем не менее, мир наполнен криками из-за мертвых евреев. Но никто не возвышает свой голос из-за Дрездена и реальных шести миллионов убитых восточных немцев. Ни один голос не поднимается из-за миллионов убитых немецких и европейских военнопленных, которые боролись на нашей стороне. Ни одна мемориальная доска не напоминает о 105.000 французах, которые были убиты только потому, что они были германофилами. Нет никаких мероприятий в память о зверски убитых голландцах, датчанах, бельгийцах, норвежцах, румынах, русских, казаках, украинцах, которые работали или сражались на немецкой стороне, так как они хотели спасти Европу от большевизма, или так как считали немецкое господство меньшим злом.

Для Немецкой федеральной почты причиной бессрочного увольнения является то, что один из ее работников оспаривает убийство евреев газом. Гессенский суд подтверждает этот «правовой» подход, так как такие высказывания, «которые трудно превзойти в их отвратительности», работник не должен терпеть.

Но зато сегодня каждый мерзавец может гордиться тем, что он совершал саботаж или измену против Германии.

Одна читательница озабоченно спросила меня, не скачусь ли я к новому антисемитизму? Совсем наоборот! Я забочусь о том, чтобы с евреями обращались как со всеми другими, и они не могли бы требовать привилегий. Так как только привилегии и ложь, которая распространяется определенными господствующими в мире еврейскими кликами, приводят к новому антисемитизму. Господин Визенталь делает для антисемитизма больше, чем я.

Каждый приличный еврей будет приветствовать наш поиск правды и поэтому также и этот труд. Так как, издавая этот сенсационный отчет, мы не разжигаем национализм или ненависть, а служим правде, и только правда освободит нас и других. И только действительно совершенную несправедливость можно исправить или простить. Однако выдуманная несправедливость неизбежно порождает новую ненависть и становится горючим материалом.

Речь здесь, однако, идет вовсе не о преуменьшении или преувеличении потерь или преступлений. Речь идет о психическом выздоровлении нашего народа. Ведь нас обвинили в самых больших преступлениях в истории человечества: а именно, в том, что мы преднамеренно развязали мировую войну и убили миллионы невинных людей. И если бы у нас были время и возможности, то мы искоренили бы также и все прочие «порабощенные» народы.

Тот, кто может переступить через такой упрек и перейти к обычным делам, у того нет ни сердца, ни души! Теперь свидетели вдруг встают и говорят: Это вовсе не так! Германия не хотела войны, и не начинала ее, а была принуждена к ней ее смертельными врагами. Гитлер вовсе не хотел убивать евреев и никогда не отдавал приказ об их искоренении, также не приказывал он искоренять и другие народы. Устройств для убийства людей газом никогда не существовало. Это все изобретения патологических мозгов. Почти все т. н. судебные процессы по делам военных преступников и процессы о концлагерях были проведены с использованием лжесвидетелей и поддельных документов!

Каждый подсудимый радуется, когда его оправдывают, или если даже выявляется, что преступление, в котором его обвиняют, вообще не было совершено.

Мы, немцы, должны были бы ликовать, если сегодня встречаются свидетели, которые могут доказать, что Освенцим был не машиной для массовой смерти, а огромным предприятием для производства вооружений. Что с заключенными обращались, как правило, прилично, и посторонние могли посещать лагерь в любое время. Но большинство наших земляков реагирует, однако, совсем иначе. Они действуют так, как будто их хотят лишить самого прекрасного послевоенного переживания: их комплекса вины. Когтями и зубами они цепляются за вину немцев. Это прямо-таки неповторимый феномен в истории человечества. В любом другом народе такая реакция была бы невообразима. Можно обозначить это только как глубокую психическую болезнь. Так как это ненормально, что кто-то непременно хочет быть виновным.

Здесь кроется истинная проблема и настоящая причина для публикации этой брошюры. Речь идет тут не о доказательстве того, какая сторона совершила большую несправедливость. Это давно является установленным для каждого, кто пусть даже только поверхностно занялся имеющимися в распоряжении источниками. Это чистый оправдательный приговор для Германии! Книга «Amerikas Kriegspolitik» (Военная политика Америки) полковника Кёртиса Далла, зятя Рузвельта, отнюдь не была необходимой для этого. Но она раскрыла, выше всяких сомнений, единоличную вину Рузвельта и Черчилля за эту войну и их преступный заговор против мира. Тот, кто все еще утверждает обратное, просто злонамеренный человек!

Почему мы, немцы, так влюблены в эту сказку о шести миллионах отравленных газом евреев? Я говорю здесь по своему опыту, так как я и сам верил в нее.

Мы, немцы — мечтатели и по натуре богобоязненные. Поэтому у нас должно было быть основательное, религиозное объяснение того, почему наш народ попал в эту беду. Простого указания на то, что другие были более сильными или более жесткими, недостаточно для немецкой души. Без причины, так мы верим, никто не оказывается в такой беде. Это знаменитая проблема библейского Иова, которого его друзья-перевоспитыватели также убеждают в том, что каждый удар судьбы — это Божье наказание. Поэтому в катастрофе 1945 года можно было видеть только Божий суд за совершенные прегрешения и преступления. Сказка о шести миллионах невинно убитых людей прямо-таки утоляла этот голод метафизического объяснения, и поэтому за нее и ухватились так жадно. Еще яснее это станет, если это может быть обосновано в библейском стиле: Мы убили не просто каких-нибудь людей, а избранный народ! Да, мы, как одна читательница написала мне дословно, задели зеницу Бога. Какое чудесное объяснение! Теперь мы знаем почему. Теперь мы можем поплатиться за это и вновь обрести кое-что из расположения Бога покорностью по отношению ко всем евреям и денежными компенсациями, по крайней мере, или радоваться прощению как покорные грешники. Поэтому немец цепляется за «убитых евреев» как за свое спасение души, так как без этого объяснения у нашего страшного заката не было бы более высокого смысла, и вытерпеть его было бы еще тяжелее.

Поэтому мы не порицаем нашего бедного соотечественника, который верит в ужасы концлагерей. Вера в справедливого Бога пошатнется. Проблема милостивого Бога Лютера сидит в нас гораздо глубже, чем нам самим кажется!

Но Иов сам дает своим перевоспитывателям и проповедникам покаяния надлежащий ответ: Это горе пришло ко мне без причины. Я не знаю почему, это для меня слишком сложно. Но я не грешил. Я не уклонялся с правильного пути. Я не стал неверным своему Богу. Я хочу спорить с ним, так как он знает, что я окажусь прав! И однажды он также снова сделает меня великим и великолепным! Да, так говорит Иов! И так говорим и мы.

Мы выбросим прочь те две большие лжи, на которых основывается все послевоенное развитие: не существует избранного народа Израиля, который был бы идентичен с евреями; и не существует, прежде всего, отвергнутого, преступного немецкого народа!

И мы будем бескомпромиссно бороться против каждого, который поддерживает одну из этих лживых конструкций и тем самым толкает наш народ все глубже в пропасть. Пришло время встать и схватить судьбу за глотку. Мы преодолеем это, так как мы исполняем заповедь Бога. Поэтому я бесконечно благодарен Тису Кристоферсену, который со своей мужественной книгой как сверкающий пример идет впереди нашего народа, и является гарантом того, что мы повернем поток времени. Это честь для Немецкой гражданской инициативы, что она смогла опубликовать этот открывающий новую эру труд.

За последнее время наивысшие представители нашего государственного и конституционного временного явления (преамбула и ст. 146 основного закона для Федеративной Республики Германии) неоднократно уверяли нас, что сегодня мы якобы живем в самом свободном государстве, которое когда-нибудь существовало на немецкой земле. Между тем, это уже давно известно, что обычно больше всего говорят о том, чего нет. То, что разговоры о «самом свободном государстве» с внешнеполитической точки зрения как минимум являются сплошным самообманом, может быть бесспорным. Наш народ на востоке и западе после крушения империи не только из-за международных договоров все больше впадал в зависимость, подобную которой трудно найти в немецкой истории.

Как, однако, выглядит это с внутриполитической точки зрения?

Несомненно, что все то, что служит саморазрушению нашего народа, могло здесь так беспрепятственно развиваться и продолжает развиваться дальше, и что ответственный немец должен быть очень озабочен самим дальнейшим существованием его народа. Говорить об этом — это то же самое, что везти сов в Афины. Сегодня также можно беспрепятственно насмехаться над немецким народом, над его историей и его традициями, унижать его и клеветать на него самым отвратительным способом, не боясь, что какой-либо прокурор решится применить в таком случае параграф немецкого уголовного кодекса о разжигании розни (параграф 130 УК). Но если кто-то, тем не менее — в какой бы то ни было форме — пытается выступить за немецкий народ и его необходимые права, к тому, по-видимому, подходят с другими мерками. Есть достаточно примеров этого. Даже распространение фактов, которые неопровержимы, невозможно без враждебности, если они мешают программе господствующих в настоящее время. Если не удается их замалчивать, то находят применение другие методы, которые простираются вплоть до уничтожения существования носителя таких фактов. Мой собственный опыт позволяет мне сделать такой вывод. Свидетельские показания Тиса Кристоферсена о мнимом «лагере смерти Освенцим» сначала пытались замалчивать. Тем не менее, это не удалось. За прошедшее время его маленькая книга «Ложь об Освенциме» с общим тиражом более чем 100.000 экземпляров распространилась во всем мире и была переведена на несколько языков. Теперь ее недавно также конфисковали. Предлогом конфискации, по существу, послужило предисловие адвоката Манфреда Рёдера.