Чтение онлайн

— Ах, красивая, как же не хочется прерываться!

Его пальцы сжимались в кулаки. Глаза метали молнии. Он собрал одежду Лилиан и впихнул ей в руки.

— Оденься, — резко приказал он. — И мы уйдем отсюда.

Его тон не терпел возражений, но Лилиан Карвер была из тех, кто возражал. Она по любому поводу имела свое мнение и не боялась его высказывать. Порой и навязывать другим. Прижав ворох одежек к груди, она вздернула подбородок и твердо отрезала:

— Рабочий день в разгаре и мне не с руки идти куда-либо с Вами, мистер Лайт.

Люциан поначалу грозно нахмурился, но вдруг озорные огоньки замелькали в его глазах, темных как сам грех. Мужчина закинул голову и рассмеялся. Раскаты грома и грохот прибоя в шторм перекликались в том смехе. Однако Лилиан ощутила неожиданное облегчение.

— Я послушаюсь тебя, сладкая. Сегодня. Но лишь сегодня, — он коснулся пальцем ее припухших от его поцелуев губ. — Запомни Лили, твой лимит исчерпан. С этого момента я Властелин твоих поступков. Ты будешь выполнять, что я пожелаю.

Ифер Лайт, или Люциан, неспешно отступал к двери. Взявшись за ручку, он одарил девушку непочтительно эротической улыбкой и менторским тоном произнес:

— Рабочий день в разгаре, миз Карвер. Думаю, Вам не с руки будет провести его без одежды.

Стук закрывшейся за ним двери, в конце концов, вернул Лилиан на землю. Взглянув на себя со стороны, она опешила. Стояла в одних трусиках и бюстгальтере, растрепанная, раскрасневшаяся, пропитанная запахом этого демонического — о, точнее не выразишься — мужчины. Лихорадочно облачаясь в смятый костюм, Лили твердила как молитву: "Наваждение".

Подняв табличку с надписью "Лилиан Карвер, вице президент", она поджала губы.

— Вот видишь, идиотка, и не забывай, кто ты и чего достигла.

Еще бы в ее-то возрасте так стремительно взлететь по карьерной лестнице в мужском мире финансов.

Приведя в порядок стол, она плюхнулась в уютное кресло на колесиках и подъехала к столику с компьютером. Принялась просматривать котировки акций по нескольким своим последним сделкам — ничто так не успокаивало ее как аккуратные столбики цифр, коды иностранных валют, графики и формулы. А когда она сама бралась за построение трендов и корреляцию рынков… Карла подшучивала, что кроме разве что Лэнд Крузера, цифры, обозначающие денежные потоки, были главным источником чувственного наслаждения для Лилиан Карвер.

Вечером следующего дня она ужинала вместе с Петрой и ее женихом.

— Стюарт Кармайкл из Бостонских Кармайклов, — представила его Перта. Уроженка Саванны с капелькой голубой крови, кроме религии она была помешана на аристократизме, превосходстве белой расы и прочей чепухе. Однако это гармонично переплеталось в ней с восторженнным восприятием мира и живым интересом ко всему новому, потому не превращало в сноба и расистку. Конечно, Петру порой заносило, но она всегда сама признавала свои ошибки. Короче говоря, девушки души не чаяли друг в друге со студенческих лет. В данный момент Петра весьма успешно продвигалась по карьерной лестнице в международной страховой кампании, потому часто от нее можно было слышать советы о пользе страхования — всех и вся.

Особенно умиляли Лилиан моменты, когда подруга грозно помахивала пухленьким пальчиком перед ее носом со словами:

— Смотри, Лилиана, ты так любишь рисковать чужими деньгами, — Петра всегда коверкала ее имя — ей единственной это сходило с рук.

Итак, жених Петры во многом походил на нее. Такой же невысокий, обещающий с годами располнеть блондин. Довольно-таки успешный адвокат, недавно перебравшийся в Нью-Йорк, чьи респектабельные родители поселились в предместье.

Лилиан в пол-уха слушала их светскую беседу. Покоя девушке не давал вчерашний инцидент в кабинете. Большего всего ее удивляло и признаться честно, даже злило, совсем не то, что долгожданный Ифер Лайт оказался хозяином бара "Сладкая Лили". А то, что Люциан — ух, одно его имя заставляло трепетать ее животик — ретировался. Как раз тогда, когда она была готова сдаться. Забыть об этом не давал доставленный курьером договор с вычурной подписью и маленькая личная записка для нее.

"До скорого, миз Карвер, сладкая моя", — гласил треклятый клочок бумаги.

"Да чтоб ему!" — в сердцах подумала девушка, возвращаясь к своим собеседникам.

— Наша свадьба со Стоюартом седьмого июля, — торжественным тоном сообщила Петра.

— Как? Это же через две недели! Что ж ты молчала?

— Лилиана, — негодующе всплеснула руками Петра. — Я сообщила тебе первой, еще месяц назад. Ты совсем рассеянная — хуже Карлы.

— Да это на работе…

— Ты там всегда так рискуешь. Что прогорела крупная сделка?

— Ой, накаркаешь еще! Просто заполучила перспективного клиента. Долго за ним охотилась, а вместо радости чувствую какое-то…

— Опустошение! — встрял Стюарт КарМайкл из Бостонских КарМайклов. — Мне это хорошо знакомо, Лилианна: бывает, все мозги себе вывернешь придумывая линию защиты, по крупицам алиби склеишь, а когда дело выиграно, то не веселишься. Чувствуешь свою ненужность, что ли?

— Стюарт так много работает!

— Все мы грешим подобным, Петра, — пробормотала Лилиан.

Она терпеть не могла двух вещей: когда ее перебивали и когда называли "Лилианна". А этот бостонский КарМайкл произносил "Лили-Анна". Если б он не был женихом Петры…

— Работа — не грех, Лилиана, грех это…

— Ох, сейчас нам прочтут мораль и отрывок из Катехизиса, — закатила глазки Лили.

— Ошибаешься, душенька моя неверующая, — пожала плечами Петра. — Но тебе временами не мешало бы верить хоть во что-нибудь.

Ужин закончился быстро. К счастью Стюарту КарМайклу надо было завтра вставать рано, а Петра пеклась о здоровье своего будущего мужа. Не стоит упоминать, что Лилиан этому весьма обрадовалась. Ей нестерпимо хотелось оказаться в своей постели, где она могла бы безмятежно предаваться воспоминаниям о поцелуях мистера Ифера Лайта.

Лилиан Карвер возвращалась домой из офиса поздно. Работа, работа и еще раз работа. Роясь в поисках ключей, она внезапно услышала за спиной свое имя, произнесенное таким до боли знакомым голосом. Девушка подскочила на месте, выронила и сумку, и найденные ключи. Обернулась: он был там. Мистер Ифер Лайт собственной персоной. И он умышленно подкрался и напугал ее. Если б нет, то уже извинялся бы. Ан-нет, стоял, ухмыляясь и чувственно оглядывая ее с ног до головы. Рот Лилиан открылся и закрылся, слова негодования застряли в горле.

— Не окажете ли мне честь, миз Карвер, отужинав со мной?

Его рука уже сомкнулась на ее локте в манящем жесте, когда она наконец-то смогла проговорить.

— Мои… вещи…

Он резко нагнулся и, поднимая оброненную сумку и выпавшие женские повседневные безделушки, невзначай потерся об нее. Огонь мгновенно разлился под кожей в местах соприкосновения. Руки Люциана ласково увлекали за собой и, не помня себя от изумления, Лилиан оказалась в лимузине. Отодвинулась на сидении подальше, пыталась успокоить бешено колотившееся сердце. Мужчина не приблизился — сидел в другом углу.