Чтение онлайн

Тогда как на Колыме есть все возможности одновременно с добычей золота поставить разработку и этих ископаемых, тем более, что их месторождения расположены тут же рядом.

Ясно, что параллельная добыча золота и других ценных ископаемых, так хорошо сочетающихся территориально, где, следовательно, можно наладить единое энергетическое, механическое и иное хозяйство, — в значительной мере и резко сократила бы себестоимость золота и других редких металлов.

Эти вопросы мы умышленно игнорировали и даже не ставили перед правительством».

Вредительство процветало также на сооружаемой Ухта-Печорской магистрали. «Строительство этой дороги имеет решающее значение для развития добычи угля, нефти и других ценных продуктов, без которых невозможно хозяйственное развитие Северного края в целом.

Между тем строительство этой дороги нами умышленно всячески затягивалось под разными предлогами и отпускаемые средства разматывались по широкому фронту работ не давая никакого эффекта…»

Под каким предлогом тормозились работы?

«Затяжка строительства Ухта-Печорской железной дороги объясняется главным образом отсутствием сколько-нибудь удовлетворительного ее проекта, который обязан представить НКПС.

Вредители из ГУЛАГА и НКПС затеяли бесконечный спор о выборе направления дороги, который уже тянется давно, а к проектным и даже изыскательским работам по многим участкам до сего времени не приступлено».

Наконец, необходимо было средства не «размазывать» по широкому фронту работ, а концентрировать на участках, решающих вывоз продукции. А именно, «строительство Ухта-Печорской магистрали надо было бы строго разбить на несколько очередей.

В первую очередь надо было сосредоточить все силы и средства к тому, чтобы закончить строительство участка Воркута — Абезь с тем, чтобы дать выход углю.

Далее есть нужда форсировать строительство участка от нефтяных районов Ухты на Котельнич, и работы эти можно вполне развернуть с двух направлений, т. е. от Котельнича с одной стороны и от Ухты — с другой.

Только в последнюю очередь можно закончить те участки, которые соединят угольные Воркутинские районы с нефтяными Ухтинскими и дадут таким образом выход углю и нефти в двух направлениях…

ВОПРОС: — Кто из заговорщиков практически осуществлял эти подрывные планы по Ухта-Печорским лагерям?

— Вредительское руководство из Москвы опять-таки осуществлялось заговорщиками из ГУЛАГа Рыжовым, Жуковским и Планером».

Неужели все это Ежов выкладывал по памяти? Интересно, кем бы он стал, не будь Октябрьской революции? Что за вопрос, слышится реплика, был бандитом и остался бы им. Но позвольте, если в белорусских лесах Ежов занимался тем же, что и Сталин в Закавказье, то простым бандитизмом это не назовешь, поскольку оба старались не для собственной наживы, а во имя грядущей революции. А что требовать от Ежова с его «низшим» образованием, если в то сумасшедшее время более или менее ре-волюционировала добрая половина интеллигенции.

Сложная это тема, и не здесь ее поднимать. Что каса-’ ется Ленина, Троцкого, Сталина, то о них, мне кажется, написано достаточно, чтобы читатель был в состоянии сделать мысленную попытку воссоздать индивидуальный человеческий облик каждого. Пройдет время, и трудами исследователей и художников народ (та его часть, которая интересуется) более объемно, разносторонне сведет знакомство с другими героями коммунистической эры, которые делали нашу историю на протяжении семидесяти лет.

Из справки: «Евдокимов Ефим Георгиевич, 1891 г. р., ур. г. Капал Сев. Казахстана, б. член ВКП(б) с 1918 г. До ареста — зам. Наркомвода СССР».

Названный «заговорщик» отмечен выше своеобразным «рекордом» — в течение семи месяцев никакой вины за собой не признавал. «Я действительно в течение семи месяцев вплоть до момента очной ставки с Ежовым и Фриновским, которые изобличили меня… обманывал следствие…»

Так и нарастал ком: вначале Ежов с Фриновским «изобличают» Евдокимова, а затем все трое наваливаются на Жуковского. Правда, здесь Евдокимов, как говорилось выше, чрезмерного рвения не выказал и позволил отцу легко парировать его удары.

Об этом деятеле я в те поры знал мало, как-то не был он на слуху, не гремело его имя в столице. Людская молвь не всегда справедлива: в истории органов Евдокимов занял самостоятельное место, его нельзя назвать ни человеком Менжинского, ни ягодинцем или ежовцем. Он напрямую — сталинец. Одно время — даже приятель и собутыльник вождя. При всем при том Сталин свою милость дозировал, время от времени с постов Евдокимова снимал, держал от Москвы подальше.

Высоко ставил Евдокимова Ежов. Процитируем слова Реденса на его очной ставке с Ежовым 29 июля 1939 г.:

«Со слов Ежова я знал, что ему большую помощь в заговоре оказывает Евдокимов, который организует казачество на Дону, Кубани и Тереке.

О Евдокимове Ежов говорил как об очень волевом человеке, большом организаторе и сожалел, что он не работает в органах НКВД, так как в ЦК ВКП(б) не соглашаются на это. По словам Ежова, Евдокимов на Северном Кавказе создал такие преданные кадры, которые до сих пор к нему относятся с уважением и во всем его слушают.

Ежов мне говорил, что он подбирает в аппарат НКВД лично преданных ему людей и, в частности, из кадров Евдокимова».

Отвечая следователю, Ежов слова Реденса подтвердил.

Действительно, из кадров Евдокимова на Лубянку попали заместители наркома Курский, Фриновский, а также Николаев-Журид, Дагин, Попашенко и ряд других.

Орлов так пишет о Ефиме Георгиевиче Евдокимове15:

«Это была странная личность…, сторонившаяся своих коллег. В прошлом заурядный уголовник, Евдокимов вышел из тюрьмы благодаря революции, примкнул к большевистской партии и отличился в гражданской войне. Когда война закончилась, Евдокимов был назначен начальником областного управления ОГПУ на Украине. Там он лично возглавлял карательные операции против антисоветских повстанческих банд».

Добавим, что в ОГПУ Евдокимова направили не случайно, поскольку он уже во время гражданской войны подвизался в Особом отделе Южного фронта.

Что касается «заурядного уголовника», то автор статьи31 пишет о начале биографии Евдокимова несколько иначе: «…уроженец Сибири, сын путевого обходчика, примкнул в молодости к местной организации анархистов, возглавлял боевые дружины, неоднократно ссылался и бежал из ссылки». Уже в молодости проявились упорство и железная воля Евдокимова.