Чтение онлайн

Навела на меня дозиметр, нахмурилась.

— Фон упал…

— Сильно? — заинтересовался я.

— Нет, но больше погрешности, — растерянно протянула она. — Всё-таки ты мутант, — заключила она.

— Не мутант, а иммунный…

— Ой, ну не дикарка же я! У Солнышка училась! Прекрасно знаю, что мутации и полезные бывают, только очень редко и с вредными обычно. А тебе повезло несказанно! Я бы… хотя фонишь сильно, — прикусила губу она.

— Ладно, считай так, — махнул я рукой, решив не доказывать, какой я не мутант. — Ладно, понял про свинин. Прям: “Гости дорогие, не надоели ли вам хозяева?”, — припомнил я анекдот.

— Ну да, — хихикнула Катька. — Тебе мяса отложить? — продемонстрировала она уже разделанную свиноту.

— С последнего сам нарежу. Ладно, пошёл я, Кать, твоих врагов добивать. Ты вот чего скажи, — задумался я. — Ты с детьми так и собираешься тут жить?

— Нет конечно. Был бы Леня… ладно. Сейчас, если ты всё сделаешь, консервов накручу, ПСЗДец на стороживой режим настрою, и на Базар, с детьми, торговать.

— Доберетесь?

— Уж как-нибудь, — ухмыльнулась она.

Ну… блин, помочь бы не помешает, конечно. Но у меня дела есть — так то ждут, конечно. Но я фоню, судя по динамике — только через неделю стану безопасным для человека. И неделю ждать, пока они собираться будут. Тоже неизвестно, сколько: может и дольше недели. А потом до Базара вести… В общем, тут как бы не оставаться пришлось, на годы, а то и на всю жизнь. Девчонка чудо как хороша… Но я на такое пойти не могу. В общем, помогу с остальными свиньями, и пожелаю удачи. Может на Базаре мужа нового (или настоящего) найдёт.

В общем, пошёл я в хлев, свинину за её свинство справедливо карать. Сидели они на сеновале, а вот я, через пару шагов, по колено провалился в замаскированную яму, с отходами свинячей жизнедеятельности. Так свиноты, для полноты ощущений, весело захрюкали на четыре рыла! Видно, сквозь доски за нами подглядывали, паразиты!

— Любишь отруби жрать — люби и окороком быть, — наставительно и твердо произнес я, хотя ОЧЕНЬ хотелось материться. И перестать обонять.

Выбрался из ямы, достал “гад”, и в дюжину выстрелов, сквозь потолок, прибил всех этих тварей. Дюжина, потому что первые два в бошки толку не дали, пришлось сердца выцеливать, а наводка по электрозрению не очень, дерево там, солома, и все такое. И оставшиеся две наверху еще и бегать вздумали, так что дюжина пуль и вышла.

— Заслужили, в общем, — заключил я, аккуратно поднимаясь на сеновал с сохранением бдительности.

И правильно делал — эта свинота подлая чуть ли не чеснок из острых щепок сотворила, перед лестницей. И в сене замаскировали, хрюны неприличные!

Оттяпал себе кусок свинины, поувесистее, ну и стал носить туши из хлева. С чувством глубокого удовлетворения.

И тут, километрах в двадцати, за лесом — вспышка! А потом ещё одна! И в небо поднимаются два ОЧЕНЬ характерных гриба. Небольших, килотонн на десять-пятнадцать, примерно. Ну, насколько я могу судить, а вообще — звиздец! Что творится?!

— Уходить надо, — крикнул я Катьке, уже занятой разделкой свинины.

— Зачем? — подняла она голову, а я на поднимающиеся в небо грибы махнул. — А, это ерунда. Вроде военная база там, раз в год точно взрывается что-то. Пока ветер не к нам — мелочи, не обращай внимания. А через неделю и ветер не опасным будет. У меня постоянно кто-нибудь за дозиметром следит.

Ну, блин, они дают, мысленно поёжился я. Вообще — Катька права, но страшновато всё равно. И что это за база, в которой двести лет что-то взрывается? Эммм… нет, не пойду. Интересно, но так глупо рисковать точно не буду: рванёт ещё что-нибудь, пока я всё осматривать буду.

Так что перекусил я, немножечко, половиной честно заработанной свинины, оперативно поджаренной на лопате. Предложил, всё-таки, помочь Катьке. Та задумалась, но головой помотала, мол, сама справится.

Ну, сама так сама. Я тут тоже торчать не особо хочу, но если бы попросила — помог бы. Ну а нет так нет, удачи ей и благополучия.

И потопал я, распрощавшись,дальше к городу. Как-то со свиньями не очень вышло. Нет, заслужили, паразиты, конечно… Но сытый ЗЖКТРУ меня окончательно уверил: поступил я правильно, а поросям, мутировавшим или нет, место в гуляше!

Дальше я уже торопился, шёл быстро, пока не вышел на шоссе и… там было пусто!

— Не понял, — всмотрелся я в карту, потом в компас, потом в округу. — Да они издеваются! Этого картографа криворукого надо бы… ну, в общем, ладно. Только идти-то куда?

Проблема в том, что согласно карте, я был на месте городка! Новоотстроенного, потому что от старого, с таким же названием, он был в двадцати километрах. И я, согласно карте, в нём находился, блин!

— Точно рукосуй криворукий, — констатировал я, проверив и перепроверив всё, — Ладно, значит городок на старом месте, а сюда этот чертильщик ткнул в шутку. А то и по пьяни, заррраза такая!

Ну а что делать остаётся — только к городу топать. Вот только темнеет уже… Ну ладно, часок пройдусь по шоссе. а потом на обочине заночую. И пошёл я к городу, вот только через три километра, из-за поворота шоссе, наткнулся я на руины. И заинтересовался: ни на карте старой, ни на поверх нарисованной тут ничего не было. А торчат на обочине не меньше пяти остовов, точнее, одних фундаментов от домов. И один не фундамент, но развалины — пара этажей столбов перекошенных, перекрытие-то не везде есть. Тоскливое зрелище.

Бегло, в наступающей темноте, оббегал все это дело — ничерта не понятно. Пять домов, снесены до основания. ни что тут было, ни почему на карте нет — непонятно. Зато в столбах с перекрытиями — сено натаскано, дрова аккуратно лежат, кострище. Видно место стоянки путешественников, ночуют тут.

Подумал я, да и сам решил заночевать. И вот, уже почти засыпая, заметил непонятную фигню.

Дело в том, что в электрозрении, которым я огляделся перед сном, под землёй отчётливо виднелся электрический контур. И не один притом! Метра в два с половиной, не дальше трёх вглубь от пола.

— Так, а что это у нас такое, — передумал засыпать я.

Оббегал руины — никаких входов, даже засыпанных, в подземелья нет. Но электрофон идёт! Мало того, обежав, я вообще заметил идущий силовой кабель! А проследив его до конца — наткнулся на фиксатор. Старый, поцарапанный, даже на объективе камеры потёртости. Такой пыльный, что не заметишь на фоне развалин. И провод от него в подземелье, где у нас самый настоящий активный электроконтур.

И блин, если замаскировался кто и прячется — то как входит и выходит? Тут годами ничего не раскапывали, видно! А значит, какая-то часть разрушенных домов уцелела, и сейчас внизу шарашит реактор. Ну или стационарная атомная батарея. плюс какая-то техника работает.

Интересно всё это, да и полезно может быть, задумчиво положил я лапу на СЛУшку. Но ночь, хотя зверья в округе нет. И вообще — хрен ведь теперь засну, с такой-то тайной под боком!

— Значит, займёмся ночным кладоискательством, — заключил я, снимая лопату и прикидывая, откуда мне в подземелье начать прокапываться.

Вопрос “куда копать” — был вовсе не риторическим. Нормально видно электроконтуры под домом, прохода и прохода там нет. Везде пластобетон. И, вполне возможно, что все три метра вглубь — пластобетон: никаких гарантий, что это не так, нет.