Лучшая месть
Шрифт:
Даллас очень осторожно закрыл за собой дверь. В первые секунды он ничего не видел в сплошной темноте. К тому же ниоткуда не доносилось ни звука. Казалось, он попал в могильный склеп. Правда, еще в детстве Даллас несколько раз бывал в этом доме, а потому хотя и туманно, но представлял себе расположение комнат. Он знал, что дом очень большой и найти в нем кого-либо, да еще в полной темноте, весьма затруднительно. Но все же Даллас чувствовал, что Рей где-то совсем рядом.
Он решил начать с ближайшей комнаты. Войдя туда, Даллас неожиданно увидел в одном из многочисленных больших зеркал чье-то отражение. Но это не могла быть Рей. Она вряд ли стала бы прятаться в темной комнате. Если только не ждала, что он начнет ее искать…
Отражение исчезло. Даллас заглянул еще в четыре комнаты и не нашел там никого. На первом этаже оставалось еще с десяток. Но над верхней площадкой лестницы, ведущей на второй этаж, горел канделябр. Даллас, прыгая через две ступеньки, бросился туда, совершенно забыв про головную боль и только что полученные раны…
* * *
Уоррен болен. Рей в этом не сомневалась. Причем это была душевная болезнь. Очевидно, из-за нее он и попал под каблук своей сестре. Сейчас же все это стало едва ли не главной причиной бед и волнений, обрушившихся на Рей. Тем более что Джоэла относилась к категории женщин, не гнушающихся никакими средствами, если нужно убрать кого-то с дороги.
Уоррен сидел на стуле, у которого одна ножка была короче остальных. При каждом его движении стул наклонялся и грозил опрокинуться. Руки Уоррена висели между коленями. Он смотрел в пол.
— Ты же понимаешь все, не так ли? — спросила Джоэла. — Другого выхода просто нет. Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Посмотри на меня!
Уоррен медленно поднял глаза на сестру. Она улыбалась.
— Я намерена позаботиться о тебе, Уоррен, — сказала Джоэла. — Твоя жизнь долго была безрадостной и тяжелой. Теперь настало время все изменить.
— Не смогу! — чуть слышно проговорил Уоррен. Всем своим видом он напоминал человека, находящегося в состоянии глубокого транса. — Ведь она не сделала мне ничего дурного!
— Она делает это сейчас. И как раз то, против чего ты ее предостерегал. Иначе здесь не было бы этой маленькой девочки и старой женщины, а перед нами не маячила бы столь мрачная перспектива. Рей не послушалась тебя, Уоррен. Она не должна была так себя вести. Не должна была спать с Далласом. Но ведь они оба хотели воспользоваться твоими деньгами.
— Нет, — отрицательно покачал головой Уоррен.
— Мама! — раздался голос из дальнего конца длинной комнаты.
Все повернулись. На пороге стояла Джинни и радостно улыбалась. Она была в розовой ночной рубашке, и Рей в первый момент не узнала дочери.
— Мама! Наконец-то! Бела все время твердила, что ты обязательно придешь!
Джинни подбежала к Рей и повисла у нее на шее. Та обняла девочку, с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. И при этом упорно смотрела прямо в глаза Уоррену, как бы умоляя его о чем-то. О чем? Скорее всего она просила Уоррена защитить малышку, которую он когда-то удочерил…
От Джинни, как и раньше, пахло дорогим мылом. Она по-прежнему светилась, как утреннее солнышко. Рей утопила свой нос в ее мягких густых волосиках и еще крепче прижала к своей груди.
— Мама, мне здесь не нравится, — прошептала Джинни на ухо матери. — Но папа говорит, что мы останемся жить в этом доме.
— Теперь ненадолго, Джинни, — тоже шепотом ответила Рей. — Ты, я и Бела скоро уедем отсюда!
Она уже была уверена, что Уоррен не причинит Джинни вреда и не даст этого сделать сестре. Джоэла же скрестила руки на груди, пряча пистолет.
— Папа пришел, когда я стояла на крыльце и звала Волка. На нем были ботинки с такими занятными шипами, что я долго смеялась. Потом приехала Бела. Но она так плохо себя чувствовала, что почти все время спала. Мне кажется, ей надо сходить к доктору.
Рей продолжала косить правым глазом на Уоррена, взглядом призывая его на помощь. Но он продолжал молчать. Тогда Рей поцеловала Джинни в белокурую головку и сказала ему:
— Наша девочка должна спать в собственной кроватке, Уоррен. Почему бы нам всем, включая Белу, не вернуться в Деклайн? Впрочем, мы еще поговорим об этом. — Поняв по лицу Уоррена, что тот одобряет подобный план, она добавила уже более категоричным тоном: — Я не сойду с этого места, пока мы не обговорим и не решим все!
— Ты понимаешь, что происходит? — стальным голосом сказала Джоэла, обращаясь тоже к Уоррену. — Спекуляция на ребенке. Она и из постели-то выскочила, только чтобы…
— Довольно! — оборвала ее Рей. — Это наши личные дела с Уорреном.
— Мне она очень не нравится, — тихо сказала Джинни. — Я знаю, что не имею права говорить такие вещи. Но она постоянно твердит о тебе всякие мерзости. И еще повторяет мне, что дядя Даллас мне вовсе не дядя. Говорит, будто ты просто его подружка, а никакая не сестра.
Рей прижала душистую головку девочки к своему плечу и с ненавистью посмотрела на Джоэлу.
— Даллас мне действительно не брат, — сказала она. — Ему надо было найти способ поговорить со мной. Вот он и выдумал эту небылицу и сказал Беле, надеясь, что та замолвит за него словечко.
Джинни на мгновение отстранилась от Рей и посмотрела на нее так серьезно, что у той защемило сердце.
— Почему он выдумывал? — спросила девочка с осуждением в голосе. — А ты зачем повторяла его выдумку?
Рей понимала, что заслужила этот упрек. Она погладила Джинни по головке и ласково сказала:
— Прости меня, доченька! Конечно, это было нехорошо. Но я не могла придумать ничего лучшего. Есть слишком много серьезных и сложных вещей, о которых мы еще с тобой поговорим. Я просто ждала, пока ты немного подрастешь. Не очень, а совсем немного.
— Вставайте! — приказала Джоэла. Уоррен повернулся на стуле и сказал:
— Оставь их в покое!
— Ради Бога! Ты всегда был бесхребетным. За тебя всегда думала я.
Джоэла посмотрела на Рей и тут же многозначительно перевела взгляд на пистолет.
— Я приказала вам встать! Рей поднялась с кушетки.
— Время идти спать, — сказала она Джинни. — Иди, моя тыковка.
— «Иди, иди, моя тыковка», — передразнила Джоэла донельзя слащавым голосом. — Ты слышала? Мамочка тебе приказала!
Джоэла обняла Рей, и та почувствовала в ее руке сталь миниатюрного «браунинга». Этого было достаточно, чтобы Рей опустилась на колени. Другой рукой Джоэла схватила за волосы Джинни и пригнула ее лицом к полу.