Чтение онлайн

– Ну, это твое дело, – легко отмахнулась Изабелла. – А я не могу. Он мне почти как родной.

– Тебе виднее, подружка. Но я так поняла, что кроме удовольствия побыть с малышом есть и нечто не очень приятное. Верно?

– Увы. Даже, скажу откровенно, совсем неприятное. Эдди… В общем, у меня с Эдди покончено.

– Господи! – воскликнула изумленная Джил. – Что ты несешь, Изабелла?! С какой это стати? Да он только что на руках тебя не носит, а ты…

– Ага, на руках носит, лелеет, а сам в свободное время к другим пристает! – горячо, со слезами в голосе выкрикнула Изабелла и наконец-то разрыдалась – громко, горько, обиженно, жалобно.

Джил вскочила, обняла ее и принялась утешать. А когда та замолкла, удивленно спросила:

– С чего это ты взяла, а, девочка? Эдди не способен на такое предательство. Точно тебе говорю. Я немного встречалась с одним из его дружков – знаешь, с Фредом, – так тот как-то упомянул, что бедняга Эдди предмет их постоянных шуток и насмешек. Из-за тебя. Они даже прозвали его – Эдди Однолюб.

– Что ж, а вот теперь он устал от своего однолюбства, – устало сообщила ей Изабелла. – Собственно говоря, я его не очень-то и виню. Мы уже довольно давно встречаемся, а еще ни разу не… не… – Она смутилась, покраснела и замолчала.

– Не спали? – услужливо подсказала Джил. – Тем больше ему чести. По крайней мере, на мой взгляд. Парень серьезно к тебе относится, Белла. Это надо ценить, а не кидаться в крайности и кричать «все кончено» по любому дурацкому поводу.

– Это не дурацкий повод! Как ты не понимаешь, Джил?! Уж если есть сомнения, а тут даже не сомнения, а уверенность появилась, разве я смогу спокойно продолжать общаться с ним, в то же время думая каждую минуту, не сегодня ли меня снова бросят? К черту! К дьяволу! Не желаю! Слышишь? Не желаю! С меня довольно! Я буду ждать того, кому нужна я, и только я, без всяких допущений и поблажек! Я не желаю провести жизнь, с трепетом ожидая каждого прихода подружек или знакомых в мой дом и нервничая по поводу того, как-то мой муж на них взглянет? Не западет ли на одну из них? Все! И довольно на эту тему.

Джил внимательно выслушала ее гневную тираду и совершенно спокойно сказала:

– Тебе виднее, Изабелла. Это твоя жизнь. Я больше не заикнусь про это. Позволь только один последний вопрос. Один. И я умолкаю.

– Какой?

– Откуда ты узнала, что Эдди, как ты изысканно выразилась, пристает к другим?

– Натали сказала.

– А! – С этим коротким восклицанием Джил вернулась в кровать и залезла под одеяло.

Изабелла подозрительно взглянула на нее.

– Что ты хочешь сказать этим «А!»?

– Ничего. Ровным счетом ничего. Я же обещала умолкнуть после последнего вопроса.

– Нет уж, изволь объясниться.

– Да ни к чему это, подружка, – с удивившей Изабеллу неприятной усмешкой ответила та. – Ты же не желаешь слушать то, чего не хочешь слышать.

– Это ты опять про Натали? Так вот знай тогда, что она не просто чьи-то сплетни передает, а убедилась в этом на собственном опыте. Твой драгоценный Эдди Однолюб, за которого ты так заступаешься, приставал именно к ней, да еще и руки распустил, так что ей даже пришлось дать ему пощечину.

– О? Неужели? – иронично бросила соседка.

– Что ты все-таки пытаешься сказать, а, Джил?

– О, ничего. Решительно ничего.

– Джил!

– Что? – Невинный взгляд серых глаз остановил Изабеллу в ее порыве кинуться и поколотить подружку.

– О, Джил… – Она сдалась, села рядом с ней на одеяло, зарылась в него головой и заплакала.

– Ну что ты, Изабелла, что ты… – Джил снова обняла ее, начала целовать в макушку и плечи, пытаясь успокоить.

– Я… я такая… такая дура… – прорвалось сквозь всхлипы.

– С этим трудно не согласиться. Но исправиться никогда не поздно, – утешительно шепнула Джил, нежно поглаживая и покачивая ее.

Не прошло и получаса, как Изабелла лежала в постели, укутанная до самого подбородка в одеяло, несмотря на то что в комнате было почти жарко, а Джил сидела рядом с чашкой отвара ромашки.

– И все же я не понимаю… – пробормотала между глотками заплаканная Изабелла. – Неужели ты намекала, что Натали обманула меня?

– О нет, дорогая, не обманула. Просто немного исказила реальность.

– Джил!

– Что, Изабелла?

Обе посидели молча, взирая друг на друга.

– Почему ты так относишься к Натали, а? – тихо спросила Изабелла.

– Так? Как именно? – с невинным выражением лица ответила Джил вопросами на вопрос.

– Так, словно ненавидишь ее, – прошептала Изабелла.

– Ненавижу? Что ж, возможно ты и права. Да, верно, я ненавижу ее. За то, что она…

– Что она… Что она такого сделала тебе, а, Джил? Увела парня?

– Было дело. Не то чтобы он сильно за мной ухаживал и не то чтобы увела, но мне было приятно встречаться с ним время от времени. Кто знает, может, и вышло бы из этого что-нибудь большее, но тут вмешалась наша звезда Натали. Он парень простой, не очень затейливый, и у него, конечно, голова пошла кругом. Он перестал меня замечать, да что там меня – вообще все вокруг. Видел только ее. Думал только о ней. Говорил только о ней. Только что не молился на нее. А знаешь, что самое смешное?

– Что? – чуть слышно прошептала Изабелла, свернувшаяся клубочком и прижавшаяся к подруге.

– Потом, когда она его бросила, – потому что на черта нашей цаце и воображале простой парень? – мне стало его жалко. Безумно жалко. Он так переживал… – Джил вздохнула, встала, прошла в гостиную, разыскала в самом дальнем углу шкафа пачку сигарет и закурила. – Хочешь?

– Не-а, спасибо. И ты не кури, ведь с таким трудом бросила. Хочешь, пива принесу?

– Да нет, не стоит. Спасибо, впрочем, за заботу. Но речь сейчас не обо мне, малышка. О тебе. И Эдди.

– О, Джил, не надо, не говори мне таких вещей. Как бы там ни было, что бы ни произошло, но мне не нужен парень, в котором я не могу быть уверена. Твердо. На сто пятьдесят процентов. На двести.

– Хм… о том-то я и пытаюсь сказать тебе, Белла.

– Не понимаю. О чем? Если он…

– Вот именно – если. А если нет?

Изабелле внезапно стало нехорошо. Она снова вернулась в то лето, когда Рон прислал ей прощальное письмо и она заболела.

«Ты же не знаешь, как все случилось. Ты ведь выслушала лишь одну сторону – эту твою Натали», – прозвучали в ушах слова матери.

Тогда она закричала, зажала уши, отказываясь слушать ее увещевания. А теперь? Что делать теперь? Снова зажать уши и завизжать?

Нет! Не может быть! Почему они пытаются так оболгать, очернить Натали? Разве она виновата, что красива, ярка, умна, умеет одеться, подать себя, что все подряд мужики липнут к ней, как мухи на мед?

Нет-нет-нет! Джил просто ревнует. Да! Точно! Из-за того парня. Конечно, это легко объяснимо.

Но мама? Мама-то не ревнует, а сказала то же самое… Почему? Из-за меня! Потому что ей нестерпима была мысль о том, что я оказалась слишком простой и невзрачной. И она решила взвалить вину на Натали. Практически сказала, что та обольстила Рона. Ха! Как будто его надо было обольщать – его, известного бабника, преспокойно разбившего десятки сердец.