Чтение онлайн

Дядя Олега здесь!

Но мне не до пряток, пусть увольняет. Ради тайны я не брошу болеющих крошек. Две маленькие жизни важнее любой моей должности.

Олег

— Да не пил я! Разве по мне не видно? — тычу себя в грудь.

— Ума точно не видно, — громко бухтит дядя, краснея от злости. Похоже, довел я его.

— Я собирался пойти, но не смог. Так получилось… Увольняй, если хочешь.

— Так и сделаю. Думаешь, я шучу? Не-ет, серьезно вышвырну из корпорации! Сиди дальше с братом в прокуренном клубе, а мог ведь человеком стать, — дядя отклоняет голову влево, сужает глаза. — А почему там коляска стоит? Да еще такая широкая?

— Где? — прикидываюсь, что только увидел.

— Вон же стоит, — он машет рукой. — Олег, мне кажется, в твоей квартире детские голоса. Слышнее становятся, точно они. Ничего мне сообщить не хочешь? Кого ты к себе притащил?!

— Э-э…

Сейчас меня больше беспокоит, что там Лиза. Она так переживала, чтобы дядя ничего не узнал до ее перевода на должность экономиста. Выкручиваться из передряг это моё, но сейчас даже я растерялся.

Помощь пришла в двойном смысле. Отступление закрылось в момент.

— Вы нас вызывали к двойняшкам? — к раскрытой двери подходят три сотрудника из клиники с чемоданчиками.

— Да, скорей проходите.

— Олег, я куда вообще попал?! — офигевшим голосом уточняет дядя.

Мне некогда ему отвечать, важней, чтобы мелким скорей оказали необходимую помощь. Так и вваливаемся в спальню. Я, медработники и дядя за нами в конце.

Лиза поднимает голову от детей, но продолжает держать их за пухлые ручки. Встречаемся с ней взглядами, наверное, с одним выражением. Что делать? Попались конкретно.

— Так, родители отойдите. Нам нужно самим осмотреть детей, проверить температуру, пульс и действовать по обстоятельствам, — говорит самая старшая женщина среди бригады медиков, и Лиза отходит ко мне.

Дядя ошарашенно наблюдает, но вопросов пока не задает. Женщина-врач с медсестрой приступают к осмотру, а молодой парень-фельдшер подходит с планшетом к нам.

— Назовите данные родителей и детей, нам нужно записать, — просит фельдшер.

— Иван и Ева Подольские, а я их отец Олег Романович, с такой же фамилией.

Кто-то закашлялся. А-а… это мой дядя свалился на стул.

— Мать детей? — фельдшер обращается к Лизе.

Моя драгоценная девушка, она же помощница, смущенно замялась с ответом.

— Мать не записывайте, ее официально нет. Бросила на меня и уехала стерва.

— Ясно, — хлопая глазами, фельдшер отстает.

Дальше в основном общалась с медиками Лиза. Температура, я так понял, начала снижаться. Лекарство помогло. Врач заставила проветрить помещение, выписала целый список лекарств на двоих. Поняла, что я в них слабо разбираюсь, и опять же говорила все Лизе.

— Подождите, вы не должны нас бросать, — я не даю спокойно уйти бригаде из клиники.

— Вы можете поехать с нами и до выздоровления находиться в палате с детьми, — предлагает врач.

— А можете следовать указаниям врача и наблюдать. Если станет хуже, тогда точно к нам в клинику. Что выбираете?

Бр-р… лично мне уже стало хуже.

Я еле пережил поездку домой, давно так не боялся. Вот не знал о детях, и ничего, нормально себя чувствовал. Не думал, что они делают, болеют ли, может, проблемы какие-то. Теперь знаю, привязался к мелким. Но только сегодня прочувствовал, что я не хочу их терять. Мои они оба, Подольские.

— Думаю, мы вопрос решим, — дядя встает со стула. — Договоритесь с коллегами, чтобы непрерывно здесь находился опытный врач. Меняйтесь посменно, но дети должны все время оставаться под наблюдением. Каждый час оплачиваю каждому… — набирает цифры на телефоне и показывает обалдевшим медикам.

Все трое ахнули, а фельдшер еще и присвистнул.

— Сейчас вызовем, не переживайте. А я потом на ночь сменю. Будем сидеть круглосуточно с вашими прелестными двойняшками, — раскудахталась довольная женщина-врач.

Заглядываю на кровать, Ваня с Евой заснули. Троица из клиники занимает пост, начиная работать по счетчику до приезда следующих. Дядя нам с Лизой машет выйти из спальни.

Ну всё, сейчас начнется промывка мозгов.

Заходим в гостевую комнату. Лиза роняет взгляд на пол. У меня тоже сказать не выйдет больше, чем дядя услышал.

— Значит, двойня у тебя появилась, да? — дядя бухтеть принимается.

— По одному не давали, пришлось брать двоих.

— Олег, хватит ёрничать! Я живу и не догадываюсь, что у меня появились внучатые племянники. Понятное дело, зачем говорить этому старому пню? Кто я тебе? Никто, получается?

— Нет, не никто. Ты мой дядя, как второй отец. Пойми, я не хотел тебе раньше ничего сообщать, думал, что скоро детей заберут.

— Вижу, что не забрали.

— Да, но теперь и я их уже не отдам.

Дядя задумчиво хмурится, зато у Лизы засияла на лице счастливая улыбка. Помню, что она хотела от меня именно этого, признания детей. Ну что я поделаю, если в некоторых ситуациях торможу, доходит потом. Хорошо, что не поздно.

— Я же так и знал, что ты неспроста затих. Я как чувствовал, что ты во что-нибудь да вляпался. Лиза, ты тоже посчитала, что я должен последний обо всем узнавать?

— Нет, что вы, Дмитрий Васильевич. Все не полностью так, но я ваш гнев понимаю… Я нарушила наш договор. Приму увольнение как должное.

— Еще я хочу добавить от себя, — подхватываю речь после побледневшей Лизы. — Моя помощница нарушала по моей вине. Да, я запрещал признаваться. Да, я мешал ей нормально работать. Потом вынудил Лизу нянчиться с детьми, а она их полюбила. Ну и в довершении, силой заставил стать моей девушкой.

— Я сама согласилась, — Лиза тихонько поправляет меня.

— То что вы вместе, я сразу понял, как только переступил порог спальни, — дядя поглядывает на нас поверх очков. — С увольнением отменяется. Олег только взялся за ум, есть ради кого стараться. А ты, Лиза, смогла продержаться с ним, и не бросить с детьми. Лучшей помощницы я бы не смог найти для племянника.

— Мне никого, кроме Лизы, не надо.

Так и есть. Не лучше, не хуже. Никого не хочу. Только ее одну, мою решительную помощницу с острым язычком, и мою нежную и добрую девушку. Она смогла вдохнуть в мою жизнь новый смысл, который терялся и виделся, как незначительный.