Чтение онлайн

По листве вокруг негромкими аплодисментами шуршал дождь.

Джейсон шагнул к бородачу, пнул его в подбородок носком ботинка. Мертвец перекатился по мокрым листьям, раскинув руки.

– Похоже, ты его убил. – сказал Джейсон.

– Я не хотел…

– Тебе повезло, что их двое. Второй расскажет то, что мне надо узнать. А ты уходи немедленно, парень. Пошел!

Лукас развернулся и побежал.

Матери он ничего рассказывать не стал. Надеялся, что Джейсон Плейн узнает, кто убил Дамиана, сообщит полиции, убийцы ответят за содеянное и на этом все кончится.

Но кончилось иначе.

На следующий день к острову подошел моторный катер с вооруженными автоматами полицейскими и детективами, расследующими смерть Дамиана.

Они арестовали Лукаса за причастность к двум подозрительным смертям и сговору по похищению или убийству других неизвестных лиц. Похоже, один из тех, кого Джейсон нанял, чтобы помочь добиться возмездия за смерть сына, оказался информатором полиции.

Лукаса три месяца продержали под арестом в Норвиче. Джулия была слишком больна, чтобы его навещать, но они разговаривали по телефону, и еще она посылала ему весточки через Ричи, которого арестовали вместе со всеми работниками креветочной фермы, но выпустили под залог, когда полиция не смогла доказать, что он имел какое-либо отношение к планам Джейсона.

Ричи и сообщил Лукасу, что у его матери рак (болезнь началась в горле и распространилась по всему телу) и что Джулия отказалась от лечения. Лукаса, прикованного наручником к тюремному охраннику, через две недели отвезли повидаться с ней. Мать лежала на госпитальной койке, исхудавшая и ужасно беззащитная. Волосы она связала в пучок и спрятала под синий шарф. Рука у нее была очень холодная, кожа обвисла на хрупких костях.

Женщина отказалась от лечения моноклональными антителами, которое ликвидировало бы опухоли и удалило раковые клетки из крови, и отказалась от пищи и воды. Врачи не могли вмешаться, потому что в ее «Распоряжении о поддержании жизни» имелся пункт, дающий Джулии право выбрать смерть вместо лечения. Она поведала об этом Лукасу хриплым шепотом. Губы у нее потрескались, дыхание стало несвежим, но взгляд остался ясным и решительным.

– Надо поступать правильно, даже когда это труднее всего, – сказала она.

Умерла Джулия четыре дня спустя. Ее пепел был рассеян в розовом саду муниципального крематория. Лукас стоял под дождем между двумя охранниками, пока викарий читал заупокойную молитву. Потом викарий спросил, хочет ли он развеять пепел, и Лукас, набрав горсть пепла, одним движением кисти рассыпал его по мокрой траве и между влажными кустами роз. Таким же движением, каким забрасывал леску в воду.

Его приговорили к пяти годам за убийство, но снизили срок до восемнадцати месяцев с учетом времени, проведенного в предварительном заключении, и хорошего поведения. Ему вручили билет на автобус до Норвича и ордер на недельное проживание в общежитии для освободившихся из заключения, но Лукас направился противоположным курсом, причем пешком. Он шел на юг и восток через всю страну. По проселочным дорогам. Обходя поля сахарной свеклы и плантации бамбука. Прячась в канавах или живых изгородях, когда слышал приближающуюся машину. Определяя направление по луне и звездам.

Однажды дорогу ему перебежала лиса.

Как-то он ночью прошел мимо залитого светом депо, где роботы сновали между погрузочным доком и автопоездом.

К рассвету Лукас уже пробирался через лес, тянущийся вдоль края дамбы. Поначалу лес был ему незнаком. Несколько раз он садился на корточки и отдыхал минуту-другую, потом шагал дальше. Наконец вышел на посыпанную гравием дорогу к креветочной ферме и двадцать минут спустя уже стучался в дверь конторы.

Ричи накормил его завтраком, помог вытянуть лодку из сарая, где она хранилась, и спустить на воду. Они все это время не теряли связи, и Ричи рассказал ему, что Джейсона Плейна убили ножом в тюрьме – скорее всего, убийце заплатили те люди, которых Джейсон пытался отыскать. Брат Джейсона продал креветочную ферму местному консорциуму, а Ричи повысили до управляющего.

Во время завтрака мужчина сказал Лукасу, что для него здесь есть работа, если, конечно, он пожелает. Лукас ответил, что очень благодарен за предложение, но пока не знает, хочет ли остаться.

– Я тебя не прошу решать сразу, – сказал Ричи. – Ты подумай. Сориентируйся и приходи ко мне, когда будешь готов. Хорошо?

– Хорошо.

– Планируешь остаться на острове?

– Там сейчас совсем хреново?

– Я не мог отгонять всех. Они приплывали по ночам. У одной группы даже было ружье.

– Ты сделал все. что сумел. Спасибо.

– Жаль, что не получилось сделать больше. Они перевернули дом и хозяйство вверх дном, но практически все можно починить, если захочешь.

Когда Лукас греб, огибая мыс на острове, над посеребренной солнцем водой пролетела цапля. Это неожиданное событие разбудило старые воспоминания. Как будто он увидел призрака.

Юноша вытянул суденышко на берег рядом с прогнившим остовом старой гребной лодки матери и пошел наверх по крутой тропке. Ричи заделал разбитые окна домика и повесил на дверь замок. Ключ от него лежал у Лукаса в кармане, но желания войти пока не было.

Когда Джулию увезли в госпиталь, охотники за сокровищами хлынули сюда со всей округи, подгоняемые слухами о том, что на острове закопаны частицы дракона. Заросшие сорняками остатки огорода были перерыты так, что остались ямы. а мачта микроволнового передатчика на вершине дюны – связь Джулии с остальным миром – выкопана и повалена. Лукас повернулся к ней спиной и пошел на север, считая шаги. Оба ложных тайника, устроенных матерью под холмиками из битого кирпича, оказались выпотрошены, но главный тайник, зарытый намного глубже, уцелел.

Лукас копал, пока не добрался до пластикового ящика. Огляделся, прежде чем его открыть, и стал перебирать лежащее внутри, присев по-лягушачьи и ощущая спиной горячее солнце.

Набор паспортов и удостоверений личности с фотографиями его молодой матери, на разные имена и страны. Туго свернутый рулончик старых банкнот крупного достоинства – юани, найра [3] и американские доллары, – более или менее обесцененные из-за инфляции и ревальвации. Кредитные карты – чистые и на различные имена, также бесполезные. Десятки инфоигл в чехольчиках. Очки «искусственной реальности».

Лукас присмотрелся к одному из удостоверений. Когда он провел по фото матери пальцем, изображение повернулось в профиль, а когда провел еще раз, мать опять посмотрела на него.

Он сунул в карман удостоверение, иглы и очки, затем пошел по вершине дюны к старой яблоне, росшей в дальнем конце. Постоял, глядя на Потоп, переливающийся в лучах солнца шелковым покрывалом. Мысли проходили сквозь его сознание торжественным и неторопливым парадом изображений, которые он мог рассмотреть во всех деталях, а потом и вовсе исчезли, и на какое-то время юноша слился с окружающим миром, солнцем, водой и жарким ветром, дующим сквозь кривые ветви дерева.