Чтение онлайн

— А я обвиню во всем вас, — невозмутимо ответил президент. — Ведь на самом деле все упирается в вашу несговорчивость и… финансовую недальновидность.

Он снова хитро улыбнулся.

— «Финансовая недальновидность» — это что? Отказ во взятке должностному лицу? — Бойко все-таки начал закипать. Лет десять назад это случилось бы гораздо раньше, но со временем выдержка укрепилась. И все же не на сто процентов. Будь на месте Павла, например, Клюев или дядя Бум, у них бы хватило терпения хоть на трое суток переговоров… но эти люди занимали свои места, а на Тритон Группа отправила именно Бойко. Значит, ему следовало взять себя в руки. — Давайте говорить откровенно, господин президент. Платить вам наличными за моральную поддержку я не намерен. Если вы не хотите поступить, как того требует закон, я буду вынужден задействовать не только прессу, но и Конституционный суд, а заодно и Генеральную прокуратуру.

Президента едва не вспучило от возмущения. За попытку тронуть независимость Тритона и собственное высокое положение он был готов пустить нахального коммунальщика на кровяную колбасу.

— Попробуйте, — зло прошипел он. — Увидим, что из этого получится.

— Ничего хорошего, — почти спокойно сказал Бойко.

— Не вижу смысла продолжать нашу беседу, господин формальный директор «Сферы»! Ни я, ни милицейское начальство не станем вмешиваться в ваш сугубо внутренний конфликт. Но учтите, если нормальное снабжение жилых кварталов воздухом и теплом не возобновится к утру, я буду вынужден применить жесткие меры и данной мне народом властью…

— Реквизировать «Сферу», — закончил за него Павел. — Понимаю. Только вряд ли это у вас получится. Галактическая Корпорация «Райх», частью которой теперь является моя компания, не допустит ущемления своих интересов. Вы знакомы с президентом Ждановым? Нет? Познакомитесь. И уверяю, вам это знакомство не сулит ничего хорошего.

— Вы мне угрожаете?!

— Да. — Бойко теперь уже абсолютно спокойно взглянул на Пасюка. — Один опрометчивый приказ ваших милицейских генералов — и закрутятся такие жернова, что от вашей местечковой солидарности не останется и следа. А вас самого сотрут в мелкую пыль.

— Может, Нации еще и войска на Тритон введут по вашей просьбе? — не слишком уверенно усмехнулся президент.

— Запросто. — Бойко поднялся с кресла и невежливо потянулся. — Засиделся я у вас, господин Пасюк. А меня еще в пятом блоке ждут… журналисты. Всего хорошего.

— Будьте здоровы, если получится. — Пасюк бросил на Павла уничтожающий взгляд. — Когда людям трудно дышать, они плохо управляемы. Так что смотрите там, в пятом блоке, по сторонам. Не ровен час, током ударит или кирпич на голову упадет.

— Надену каску. — Бойко кивнул. — До встречи в суде Совета Наций, господин пока еще президент Тритона…

Когда Бойко спускался в лифте и с гордо поднятой головой покидал резиденцию, ему никто не докучал. Даже никто не косился и не шептал вслед гадостей. Зато стоило ему сесть в машину и отправиться в сторону пятого блока — огромной промышленной зоны на юго-востоке Николаева, — на хвост его гравилимузину тут же упало милицейское авто. Наглость была беспардонная. Павел даже мысленно поаплодировал. Этот Пасюк думал, что особый статус Тритона и удаленность от метрополии делают его реально независимым. Как мог этот усатый идиот просидеть в президентском кресле четыре года и даже переизбраться на второй срок?

Павел усмехнулся. Демократия дело хорошее, но ведь совесть тоже надо иметь. Если независимость понимать как произвольное толкование общегалактических законов, недолго и до развала Наций. Чего, кстати сказать, и добивается притаившийся внешний враг. Некоторые из руководителей старой закалки, ставшие профессиональными функционерами еще при президенте Парсоне, до сих пор не поняли, что наступили новые времена. Что дикая, бесконтрольная — почти анархическая — свобода и безнаказанность остались в прошлом.

Теперь все будет по-честному: заработал — получи. А уж что ты заработал — твои проблемы. Если поощрение — молодец, если взыскание — сам виноват. И никаких поблажек. Все равны перед законом и обществом. Хоть дворник на Медее, хоть президент на Земле. Глава Тритона не исключение. Отвечать он будет по самой полной программе. А если — не дай бог — кто-нибудь действительно пострадает от нехватки воздуха и тепла, этот боров обязательно сядет на диету. Питаясь тюремной похлебкой, он наверняка задумается и поймет, что был не прав. И как сказал классик — его пример станет наукой другим. Так постепенно и придут в чувство бюрократы паршивые…

Кто сказал, что горстка людей ничего не может в мировом масштабе? Главное — вычислить и занять стратегически выгодные позиции. А лучшего стратега, чем командир Группы, у Наций не было. Потому все и получалось. Не без шероховатостей, вроде этого глупого бунта смещенного руководства «Сферы» или неприятностей в Стокгольме и на Марсе, но все равно получалось…

Что же касается подоплеки последних неприятностей, в этом деле еще предстоит хорошенько разобраться. Возможно, это вовсе не издержки внедрения нового порядка, а самые настоящие провокации тайного врага. На вечерней «летучке» Группы такие мысли уже прозвучали. Пока просто не хватало весомых доказательств. Но они обязательно появятся, и тогда — прячьтесь, гады любой масти, мы идем искать!

Павел удовлетворенно потер озябшие за время аудиенции руки. Мысли грели и вдохновляли. В любом деле первейшее условие — настрой. Пять минут аутотренинга, и ты в боевом режиме.

— Господин директор, — обернулся водитель, — нас прижимают.

— Далеко до предприятия? — Бойко не особенно обеспокоился.

— Еще пара кварталов, но другой дороги туда нет.

— Тогда просто наддай.

Лимузин прибавил, но две милицейские машины перекрыли дорогу, и пришлось остановиться.

Пока неторопливый милиционер выбирался из своего авто и вразвалочку шел к директорской машине, Бойко успел подключить свой комп к местной инфосети и проверить дорожную обстановку на оставшемся участке пути и перед воротами промзоны. Последние сто метров подъезда к пятому блоку были забаррикадированы, и по ту сторону заграждений притаилась вооруженная охрана. Милицейское оцепление тоже было на месте, но вели себя стражи порядка довольно спокойно. Они запросто беседовали с охранниками и не проявляли по отношению к ним никакой враждебности. Кому сочувствует милиция, было понятно без комментариев.

Патрульный подошел к лимузину и постучал в тонированное стекло, причем не водительское, а напротив Бойко. Стекло опустилось все-таки водительское.

— Проблемы? — вежливо спросил шофер.

— Дальше нельзя. — Милиционер нехотя обернулся. — Забастовка.

— Мы как раз по этому вопросу. — Водитель указал на значок «Сферы», прикрепленный в углу ветрового стекла.

— Потому и нельзя. — Мент сплюнул жвачку. Некультурно, прямо на асфальт.

Сердце истинного коммунальщика Бойко дрогнуло. Он открыл дверцу, выбрался из машины и, не глядя на милиционера, приказал водителю:

— Стой здесь, я прогуляюсь.

— Может, не стоит в одиночку-то? — тихо спросил водитель.

Бойко в ответ лишь ободряюще улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Куда это? — Мент попытался преградить путь директору.

— Ты лучше жвачку подними, еще прилипнет кто. — Бойко прошел мимо законника, будто того и не было на дороге.

Водитель удивленно уставился на внезапно согнувшегося пополам милиционера. Он побагровел и жадно хватал ртом воздух. Одна рука его была зажата между ног, а второй он шарил по асфальту. Что произошло, было нетрудно догадаться, но шофер мог поклясться на полиграфе, что не видел момента удара, просто не успел его уловить.