Лучше бы я согрешила
Шрифт:
– Прости. Это нервы. Устала, как черт. Надоело всё и все. Сижу дома, как арестант, срок – почти «вышка». Только в магазин и выскакиваю, как ошалелая ворона. Прическа, макияж, маникюр – забытые слова и действия. И в заказах начала ошибаться, и меньше выполнять. Если так пойдет и дальше, кранты – меня просто уволят.
– Ладно, успокойся. Давай сделаем так: к часу приезжай ко мне в офис, захвати портфолио своих работ. Пойдем к директору.
– Как это? У вас вакансия появилась?
– Появилась . Приедешь, на месте поговорим. Все уладим. Надеюсь.
– Стаська, ты всегда меня выручаешь. Спасибо!
Я лежала с телефоном в руке и уже просчитывала свои дальнейшие шаги. Тo, что могло бы получиться с новой работой, поменяйся мы с Лилей местами, вполне устраивало мeня. Сложно сходиться с людьми, а тут… Я могла бы расширить клиентскую базу, найти выходы на другие фирмы, выполнять больше заказов. Только бы все получилось!
В прекрасном расположении духа собиралась на работу, негромко напевая песню, которая со вчерашнего дня не отпускала меня. Чуть подкрасила ресницы, все ещё припухшие губы, отчего краснела даже перед зеркалом; надела темно-вишневое трикотажное платье с глубоким треугольным вырезом и полусапожки; собрала документы для Юры и отчет по командировке. В коридоре на вешалке висело то самое пальто, подаренное Аней. В нем я и решила пойти на работу. Если начинать все с нуля…
– Здравствуй, милочка, – прозвучал голос соседки, едва я появилась на площадке.
– Что-то ты поздно сегодня вышла. И где два дня пропадала?
– Добрый день,тетя Зоя. И вам хорошего настроения и здоровья. Ездила в Москву в командировку.
– В выходные дни? Ты меня за дуру-то не считай.
– В выходные дни, да, тетя Зоя. Выставка там была.
– Не верю. Да только мне теперь все равно. Мой Витенька сегодня невесту приведет знакомиться. Вот! – с торжеством в голосе сообщила она.
– Я очень рада и за вас,и за него, и за невесту. Честное слово!
– А ты прямо вся светишься, улыбаешься. Я тебя такой-то никогда и не видела. Что же за командировка такая была? Подозрительно все это.
– Тетя Зоя, не тратьте на меня время, вам торжественный ужин надо готовить. До свидания.
Моему восторгу не было предела. Не верилось, что так круто менялась моя жизнь: и с работой наклевывалась удача, и счастье соседей было не за горами. Может, где-то там, на небесах мой ангел-хранитель вымолил мне прощение?
В приемной директора никого не было, я не стала заходить в его кабинет, а прошла в бухгалтерию, в которой всегда кто-то из работников находился. Сдала все, что касалось кoмандировки,и попрощалась с коллегами.
– Ты же отпуск хотела взять. Передумала? – спросили меня.
– Не знаю пока. Обстоятельства, похоже, изменились. Зато нашла вам нoвого дизайнера. Мы в институте вместе учились. Сработаетесь . Сейчас она придет, и отведу ее к директору.
Через час все было решено. Лиля должна была приступить к работе, как только уволится с прежней. Мои перспективы зависели от встречи с ее руководством, хотя меня это не беспокоило. Я знала, что получу новое место. В нашем бизнесе все давно друг друга знали.
После ухода Лили я положила на директорский стол пакет документов лично для него и улыбнулась.
– Все, Юра, прощай. Спасибо за помощь, заботу, внимание. Дальше я сама.
– Ты выглядишь как-то иначе, – медленно произнес он, пристально рассматривая меня. – Словно другой челoвек вернулся из Москвы.
– Жизнь меняется,и я вместе с ней.
Я повернулась к нему спиной и уже сделала шаг к двери, когда услышала:
– Мне надо признаться тебе.
– А надо ли? – спокойно спросила его, продолжив свой путь к свободе.
– Надо. Очень. Понимаю, что звучит эгоистично, но это нужно мне в первую очередь. Как отпущение грехов.
– Тогда тем более не нужно ничего говорить.
– Стася, поверь мне, это необходимо. Тебе ведь некуда спешить, так удели мне несколько минут. Пожалуйста.
Я вернулась и села сбоку от него на «гостевой» стул. Даже не стала расстегивать пальто, надеясь на короткий разговор. Как же я ошибалась!
– Я ни?огда не рассказывал тебе о своей семье, – начал говорить он, и его слова сразу подтолкнули меня встать.
– И не стоит начинать. Зачем мне это теперь-то? Ты прекрасно знаешь, что я не осталась бы здесь работать пoсле нашего… расставания, если бы не Архип. Твоя супруга приняла тебя обратно, и ты должен быть ей благодарен за такую любовь, верность, всепрощение и…
– Сядь!
Такого Юру я никогда не видела. Его тон заставил меня вздрогнуть, улетучилось хорошее настроение, стало ясно, что разговор не принесет с собой ничего хорошего.
– Извини, что повысил голос, но ты ничего не знаешь. Тут ведь одно цепляется за другое. ?сли я не расскажу о семье,и ты просто уйдешь,то не узнаешь всей правды.
– Кому-то сейчас нужны эти откровения?
– с опаской спросила я, все ещё не садясь.
Он вздохнул, закрыл глаза и сдавил пальцами переносицу. Потом потер подбородoк, сгорбился и сложил руки перед собой, сжав их в кулаки.
– Я обманул тебя. Вернее, не сказал всей правды. Садись .
Я подчинилась, понимая, что спорить бесполезно, Юра выскажется, чего бы это ни стоило ему или мне.
– Ты никогда не видела мою ?ену или дочь?
– Никогда.
Он покивал, словно отвечая на вопросы,известные лишь ему.
– Я так долго собирался все рассказать тебе, а теперь не знаю, с чего начать. Все перемешалось в голове. Это из-за страха, что ты все-таки уйдешь.
– Не сомневайся в этом. Я уже почти ушла.
– Почти… Ты сама знаешь, что я женился, когда она была уже беременна. До этого мы встречались с ней больше десяти лет, со школы. Жили вместе. Планировали ли свадьбу? Я – точнo нет. И вдруг она сообщила мне о беременности. Конечно, я был счастлив. Ребенок! Я обожаю свою дочь… Моя жена жгучая брюнетка, а дочь огненно-рыжая. Ни у кого из наших родственников нет такого солнечного цвета волос. Но я никогда не задумывался об этом. А надо было.
Я все ещё ничего не понимала, но сидела, не шевелясь, потому что видела, как тяжело ему давались слова.
– Когда у нас с тобой начались отношения, жена спокойно восприняла это, напомнив только, что мои «*лядки» не должны сказаться на обеспеченности ее и дочери. И, кроме того, все заботы о хозяйстве я должен был взять на себя. Кстати, она ни одного дня не работала. ? ты всегда отказывалась от любых подарков, считала, что я не должен отбирать деньги у семьи. Что же, мне это было удобно, ненакладно, прямо скажу… И так бы мое заблуждение и тянулось, если бы я не увидел как-то днем свою супругу с одним нашим общим знакомым, у которого огненно-рыжие волосы. Они выходили из гостиницы, которая известна своими услугами, то есть почасовой сдачей номеров. В тот день все встало на свои места, и я ушел из дома.