Чтение онлайн

— Джек, нет!

Но он не взглянул на нее, и хотя сын находился всего в дюймах от матери, добраться до него не представлялось возможным; Она была бессильна.

— Джек. Посмотри на меня, пожалуйста. Не делай этого. Не иди к нему.

Она вскинула руку, точно хотела схватить его сквозь проволоку. Бессмысленно. Она не смогла бы удержать мальчика, а лишь рисковала бы сделать ему больно.

— Лиззи тоже ищет тебя, — взмолилась женщина. — Ох, Джек…

Он спрыгнул и шлепнулся в грязь на той стороне. Холли кинулась на забор, всем телом ощутила тонкую проволоку, но она не обладала резвостью сына и не могла перелезть через ограду, как он.

Мальчик бежал к машине, а пассажирская дверь открывалась, чтобы проглотить его.

Холли закричала, хотя и не сразу поняла, что кричит. Хлопнула дверца, лазерные глаза распахнулись. Мотор завелся, автомобиль начал разворачиваться на узкой полосе.

Руки женщины взлетели, до боли стиснули виски. Она слышала о людях, рвущих на себе волосы, но до сего момента считала, что это просто такое образное выражение. Холли дико огляделась вокруг.

И помчалась вдоль ограждения, опережая разворачивающуюся машину.

Тропа по ту сторону пролегала совсем рядом с сеткой. Если где-то в заборе есть прореха, она пролезет в нее. Машина никуда не уйдет. Она не позволит, чтобы такое случилось.

Ворота! Задний ход, которым редко пользуются. Большие, двустворчатые, достаточно широкие, чтобы прошел грузовик, но створки замотаны цепью с тяжелым висячим замком. Длина цепи позволяла развести половинки где-то на фут.

Протиснуться оказалось трудно, но возможно. Холли вылезла с другой стороны. Теперь она видела лишь пару огней, лазерные глаза твари, которую надо задержать.

Женщина шагнула наперерез машине, остановилась посреди дороги и вскинула руки. Когда автомобиль врезался в нее, она не почувствовала ничего, кроме внезапного ощущения полета; ни толчка, ни боли: мгновенный щелчок, переключение, почва уходит из-под ног, и она уже катится сбоку от машины.

Впоследствии она так и не поняла, действительно ли видела это или только вообразила себе, но в памяти ее навсегда отпечаталось бледное ошеломленное личико сына, прижавшееся к стеклу удаляющейся машины.

Она лежала на дороге.

Лежала и не могла пошевелиться. Холли услышала, что машина остановилась, хотела поднять голову — не получилось. «О боже, — подумала она. — Я парализована». Но после невероятного усилия рука ее сдвинулась и уперлась в землю. Дверца машины открылась.

Она не была парализована, но сил у женщины не осталось. Когда она попыталась оттолкнуться рукой и приподняться, кисть подогнулась, и она снова рухнула.

Кто-то шел к ней.

Прежде чем она успела сконцентрироваться и перевернуться, жесткие пальцы стиснули ее затылок и ткнули лицом в грязь. В мгновение ока она ослепла и задохнулась.

Теперь она нашла бы силы, но упершееся в позвоночник колено припечатало ее к земле. Холли билась и трепыхалась, как пойманная рыба, но не могла оторвать лица от тропы. Кровь ревела в ушах, перед глазами вспыхивали зарницы.

И вдруг давление прекратилось.

При первом же глубоком вдохе она чуть не захлебнулась, поскольку втянула в себя всю грязь, которая набилась в рот. Женщину вырвало — раз, еще раз, потом она закашлялась, судорожно избавляясь от того, что проглотила, и вдохнула.

Кто-то легко дотронулся до плеча Холли, она ударила вслепую — и услышала вскрик Лиззи. Когда в глазах у женщины прояснилось, дочь стояла чуть в стороне от нее, баюкая ушибленную руку.

— Прости, мама, — сказала она.

Холли секунду тупо смотрела на нее, прежде чем начала что-то понимать.

Лиззи пятилась к ожидающей машине.

— Нет, Лиззи!

Женщина попыталась встать, но одна нога отказывалась держать ее.

— Я знаю, что ты хочешь, чтобы я чувствовала, но я не могу. Мне бы хотелось, но я не могу. Прости. После сегодняшнего ничего не будет хорошо, что бы мы ни делали. Никогда.

Холли попыталась еще раз, и на этот раз поднялась, перенеся весь вес на неповрежденную ногу.

— Подожди, — выдохнула она.

Лиззи уже стояла возле машины.

— Ему нужна я, — сказала она. — Но если я не пойду с ним, он заберет Джека.

Пассажирская дверь приоткрылась на дюйм.

— Прости, — повторила девочка, протянула руку и распахнула дверцу.

Холли находилась довольно далеко и не видела, что произошло, но Джек вылетел из салона, точно пробка из бутылки. Он приземлился на обе ноги, а Лиззи быстро скользнула мимо братишки и нырнула в машину.

Дверь захлопнулась, точно дверца стального сейфа, и двигатель седана заработал. Все произошло столь же стремительно, как и бесповоротно.

Холли бросилась туда, полупрыгая, полухромая, но автомобиль уже набирал скорость.

— Фрэнк! — прокричала женщина. — Подонок! Верни ее! При звуке ее голоса Джек словно очнулся от дремы.

Он огляделся, как будто припоминая что-то, заметил красные задние огни, удаляющиеся во тьму…

…и издал сдавленный крик:

— Папа! — И побежал по тропе вслед за машиной, так шлепая ножками, что земля разве что не вздрагивала.

Холли еще не добралась до сына, а ее вопли не могли остановить его. Ни у одного из них не было шансов догнать красный седан. Но оба они пытались.

Она настигла малыша добрых десять минут спустя. Он стоял на том месте, где оборвались его дыхание и его надежды.

— Он забыл меня! — взвыл мальчик.

Холли упала на колени и притянула сына к себе.

На этот раз, в виде исключения, он позволил матери обнять себя.