Лучшие друзья
Шрифт:
– Рен… я… – на грани психоневроза умоляюще посмотрела на него Юи.
– А почему она должна перед тобой отчитываться? – встрял в разговор Лайсерг. – Ты ей кто? Сват? Брат? Может быть, парень?
– Прекратите! – встала между двумя парнями Юи, так как заметила, что Рен после такого аж весь переменился в лице.
– Вэй, я жду объяснений! – повысил голос Рен.
– Ну, понимаешь, Лайсерг сегодня переночует у меня, потому что Рио там страдает… а больше ведь ему не к кому обратиться… и вот я…
– Как интересно, – с сарказмом и всё с тем же раздражением сказал Рен. – Ну, раз ему негде спать, то я так и быть уступлю ему своё место.
– Интересно-интересно, а где будешь спать ты? – с наигранным удивлением спросил Дител.
– Конечно же, здесь.
– А позволь узнать, на каком основании ты имеешь право здесь ночевать, а я – нет? – полезли глаза на лоб у Лайсерга, когда Тао предложил вот такую рокировку местами.
– На основании того, что я её друг! Причём лучший! – бесился Рен, а Юи уже десятый раз то открывала рот, то закрывала, так как не могла и слова вставить в их, мягко говоря, дискуссию.
– Так я тоже её друг, Тао, – с издёвкой и одновременно сарказмом сказал Дител сквозь улыбку.
– Дител, не беси меня! Я сказал, собирай свои манатки и вали отсюда, пока пинками не погнал!
Рен был зол до такой степени, что мог бы сейчас реально пнуть малахитового принца так, что он улетит к себе в Англию и окажется там через десять минут, а вот Лайсерг, наоборот, был совершенно спокоен, а его взгляд был умоляюще усмехающимся. Он словно был музыкантом, который отменно играл на нервных струнах Рена, получая от этого духовное удовлетворение.
Как и предупреждал Лайсерг, нервные возмущения Тао начали доноситься в соседних комнатах, проживающих в них шаманов, поэтому все начали выходить из комнат, чтобы посмотреть, кто это там так кричит. И первыми выбежали жители комнаты номер восемнадцать, а именно Трей и Сели.
– Эй, вы чего здесь разорались, вас уже всё общежитие слышит! – в непонимании происходящего спросил Юсуи, когда подошёл, а точнее подбежал, вместе с Сели к двери, в проёме которой и разгорался очаг разборок. Но на него ни Лайс, ни Рен не обратили внимания.
– Нет, ты мне назови хоть одну причину, кроме того, что ты её лучший друг, почему я не могу здесь ночевать?! – взбесился Дител. Он был, конечно, терпеливый человек, но такого обращения к себе он не мог потерпеть.
– Рен, прекрати! – влезла Юи.
– Я должен прекратить?! Это ты ведёшь себя незнамо как! Произошёл один поцелуй, так ты его уже к себе в кровать зовёшь?! – и снова агрессия со стороны Тао, но на сей раз это стало последней каплей терпения… Лайса.
– Следи за тем, что говоришь! Юи не такая девушка!
– Какая она девушка, я знаю лучше, чем ты! Так что не лезь! Учти, я и тебя вижу насквозь, и прекрасно знаю, чего ты хотел всем этим добиться!
– Рен! – пытался встрять Трей.
– Ты? Меня? Ха. Не смеши! – продолжил собачиться Лайсерг с Реном. – И каким местом ты меня видишь насквозь?! Ты понятия не имеешь, что у меня в голове, а если бы ты, правда, мог видеть меня насквозь, как ты сказал, то знал бы, что у меня не было никаких задних мыслей, мне всего лишь нужно место для ночёвки!
– Ну ты и тугодум! Я тебе по-японски сказал, что в этой комнате тебе не светит ничего! Или тебе по-английски сказать?! А то вдруг до тебя так не доходит!
– Ха-ха-ха, какой у тебя искромётный юмор!
– Да уж получше твоего английского!
– Стоооооп!!! – взревел Трей, которому уже осточертело слушать эту перепалку и не иметь возможности даже слова вставить.
Десять минут спустя.
– Спокойной ночи, – поджав губы, сказала Сели, закрыв перед носом мужа дверь комнаты под номером тринадцать.
– Скажите мне одну вещь, – начал говорить северянин, который тупо смотрел на дверь, только что закрывшейся комнаты, после чего развернулся к двум виновникам данного «торжества». – Почему брешете вы, а страдаю от этого я? М?
Рен и Лайсерг стояли, опустив головы и поджав губы, а между ними стоял Йо, который спустился к друзьям, которых было слышно аж на втором этаже, ещё при учёте того, что комната Рио находилась прямо над комнатой Юи, а Йо – над Юсуи.
– Так ладно, пусть девчонки сегодня спят здесь, – сказал Йо. – Ты, Лайсерг, сейчас идёшь с Треем к нему в комнату и ночуешь там, а ты, Рен, идёшь со мной назад к себе в комнату. Надеюсь, такой расклад вас устраивает?
Ни Дител, ни Тао, как обычно, ничего не ответили, а лишь развернулись и пошли в разные стороны: Рен на второй этаж к себе, а Лайс – в комнату Трея.
Как только оба скрылись из виду, Асакура тяжело выдохнул.
– Трей, извини, что так получилось, – хлопнув друга по плечу, сказал Йо, после чего хотел развернуться и уйти, но Юсуи заговорил.
– Раньше мне казалось, что у Рена просто зависть к Лайсергу, из-за того, что он стал очень сильным, но теперь… – Асакура развернулся и увидел на лице Юсуи такую задумчивость и серьёзность, которой Йо ещё никогда не видел в своём беспечном и немного несерьёзном друге. – А теперь мне кажется, что дело не в этом, а в Юи, – Трей поднял на Йо свой взгляд, в котором прослеживалась масса смешанных эмоций: непонимание, интерес, страх и обеспокоенность. – Не могут же друзья ни с того, ни с сего разругаться в пух и прах, просто из-за того, что кто-то сильнее кого-то.
– Трей, я думаю, ты ошибаешься, – сказал совершенно спокойно Йо, который обещал Рену, что никому не скажет правды. – Отношения Рена и Лайсерга никогда нельзя было назвать настоящей дружбой. Ты просто вспомни, какими они были пять лет назад.
– Они были друзьями, Йо, – сказал Трей с такой интонацией, как будто он обвинял Асакуру в невменяемости.
– Скорее, неплохими товарищами. Лайсерг слишком поздно вписался в нашу компанию, а Рен просто не смог так быстро к нему привыкнуть, как мы. Потом мы разошлись каждый по своим путям, и теперь спустя пять лет все мы слишком изменились. Я думаю, Рен и Лайсерг слишком разные, отсюда и недопонимание.
– Хм… возможно, – сказал Трей, которого явно зацепил вопрос насчёт того, почему же Рен и Лайс в последнее время так часто ругаются.
– Ладно, спокойной ночи, – кинул напоследок Йо, после чего поднялся по лестнице на второй этаж.
(Музыка: The Cat Empire – The Lost Song. От автора: слушать до начала диалога).
Как же парадоксальна эта «дружба». В одно время ты думаешь, что это навсегда, а уже через минуту знать не желаешь этого человека. Кажется, что твой друг самый-самый, но спустя время ты начинаешь понимать, что у него есть такие черты, которые ты просто не в состоянии принять.