Чтение онлайн

Малютка, потерявшая в один момент и отца и мать, сейчас шла по едва освещённым улицам города в сопровождении людей, которые и лишили её родителей жизни, и которые буквально пинками заставляли её идти дальше, несмотря на жуткую усталость, не только физическую, но и моральную.

Девчушка просто не могла сейчас ни о чём думать, кроме как о том, чтобы не упасть, потому что последний раз такого падения вышёл ей боком. Она получала сильные удары и по щекам, спине и почкам, а также слышала свирепые крики этих безжалостных людей, которые приказывали ей идти дальше, иначе они её убьют прямо здесь.

Сирота не знала, что с ней будет, куда её заставляют идти, но это было для неё не самым главным. Сейчас её мысли были только о погибших отце и матери, тела которых так и лежали там, в переулке, омываемые дождём.

Как дальше жить? Да и не это главное. Для чего нужна эта жизнь? Нет больше смысла без любимых родителей, которые всегда были с тобой рядом. Поэтому, что будет с ней, девушку совершенно не волновало.

Даже несмотря на свой юный возраст, она понимала, что происходит, понимала всё до последней капли. Это убийство заставило её повзрослеть в один день на сотню лет, а также познать всю боль и подлость мира.

Спустя какое-то время её схватили за волосы, чтобы остановить, ведь она уже больше часа шла инерционно и безостановочно, забывшись в своём сознании.

Подняв голову, девочка увидела, что её привели к пристани, около которой стояло небольшое судно, и на котором суетились люди такого же рода, как и эти бандиты.

Совершенно случайно малютка увидела мужчину лет тридцати, того самого, который и убил её родителей, и смех которого шатенка запомнит на всю жизнь.

Он раздавал какие-то указания своим прихвостням, которые также скалили зубы, как стая шакалов, а потом дал приказ отплывать.

Как, куда и зачем? Юи Вэй не знала, но единственное, что она точно знала, так это то, что теперь у неё есть цель. И эта цель сейчас стояла перед ней.

Человек, который украл у неё смысл жизни, смысл её существования в качестве родителей, должен заплатить сполна. И эта клятва будет существовать в сердце малютки до тех пор, пока она сама лично не убьёт эту тварь.

Но как это возможно? Ведь она такая маленькая, а он имеет такую силу, что достаточно секунды, чтобы ему расправиться с ней.

Пускай пройдёт время, но она обязательно отомстит.

На этом твёрдое решение девочки было закреплено в её сердце, но её размышления прервал сильный толчок в спину.

Один из этих прихвостней начал толкать её на корабль, и в этот момент девочка неожиданно поняла одну вещь. Если она сейчас уедет, то возможно, больше не найдёт этого человека, который так безжалостно лишил её всего.

Этого нельзя было допустить. Она должна. Она обязана отомстить. Поэтому девочка с карими глазами начала вырываться, но разве это возможно, при такой-то охране.

Конечно, её поймали, ударили по лицу, из-за чего Вэй упала на землю, содрогаясь в слезах и крича самые ужасные проклятья и свою клятву о мести, когда её под белы рученьки начали уволакивать на корабль.

Тот скользкий ублюдок, у которого был идеально ровный центральный пробор, и чёрные, как смола, волосы, уложенные гелем для волос, всего лишь засмеялся и с издёвкой помахал ей рукой.

Юи брыкалась, визжала, но её не отпускали, а лишь толкнули в трюм корабля, закрыв дверь на засов. Девочка кричала, долбила своими маленькими кулаками по этой злосчастной двери, но ничего не помогало.

Развернувшись, она хотела найти в трюме что-нибудь, что помогло бы ей сбежать, но вместо этого наткнулась взглядом на порядок десятерых, такого же возраста, как и она, детей, которые сидели на полу, поджав колени к лицу, и плакали.

Она не одна такая. Эти дети тоже были лишены родительской любви в тот вечер и сейчас они так же, как и Вэй, не знали, куда и зачем их везут.

Корабль тронулся с места, оставляя позади себя родной город Токио и шансы на месть.

Мысли о том, что она не сможет расквитаться за смерть родителей, снова приводили девочку к состоянию анабиоза и глубокой депрессии, становясь похожей на всех тех детей, которые плыли на этом проклятом корабле.

Сколько корабль был в плавании, никто не знал, скорее всего, сутки, может чуть поменьше, но так или иначе, скоро якорь был брошен около незнакомой Юи земли, которая будет считаться для Вэй адом.

Всё так же грубо толкая всех детей и Юи в спину, чтобы те шевелились, несмотря на свою усталость и голод, Вэй “под конвоем” сошла с корабля на землю и ей снова предстояла дорога в неизвестность, а точнее в глубокие леса.

Она шла бок о бок с этими бедными и уставшими детьми, которые уже не могли стоять на ногах, и через полчаса ходьбы по неизвестной земле все же пришли к какому-то лагерю, который не случайно был построен в такой дали от цивилизации.

Прямо над большими дубовыми дверями, которые были главным входом в этот «концлагерь», была надпись: «Лагерь дорэи».

Дорэи по-японски означает «Раб», поэтому страх, который овладел всеми детьми, был вполне естественным, ведь совершенно непонятно, для чего их сюда привезли и что с ними будут делать.

Последний раз увидев небо над головой, Юи, как и остальных детей, затолкали в это ужасное, пропитанное кровью место.

В большом зале, разделённом на две секционные стороны, сейчас оттачивали навыки люди. С одной стороны были дети, такого же возраста, как и Вэй, их постоянно били надзиратели, которые что-то кричали и требовали, а с другой – тринадцати-четырнадцатилетние подростки, которые уже познали все эти муки и лишь послушно оттачивали свои навыки.

Это был самый настоящий ад, самая глубина преисподней. Дорэи – это воспитанные в неволе дети, которых готовят лишь для одной цели – служить своему хозяину.

Неважно, что он попросит, неважно, как ты это сделаешь, ты обязан это выполнить. И здесь, в этом ужасном месте детей обучали с самого раннего возраста владению оружием, умению воровать, и главное – податливости и почтению к своему хозяину, который появлялся у каждого дорэи в тот момент, когда находился покупатель.

Да, это было рабство, но, так сказать, после углубленного курса обучения.

И именно это обучение началось в тот же день для Юи Вэй.

Изнурительные тренировки, за неисполнение которых была порка, а также двухдневное голодание, причём обязательно надо было наблюдать за тем, как обедают другие, если несколько крупиц риса можно назвать обедом.

Поняв принцип лагеря: «Выживает сильнейший» и не желая лишний раз терпеть наказания, Юи через силу делала всё, что требуется, хотя, конечно, из-за её маленького возраста она не могла выполнить абсолютно любые упражнения.