Лучшие друзья
Шрифт:
– Что с тобой случилось? – присев за стол, напротив блондина, незамедлительно спросила Вэй. – Когда я ушла три года назад от Шинджо, ты ведь остался. Что было дальше?
– Я недолго у него пробыл, – словно не желая вспоминать это, отведя взгляд и высматривая кого-то, ответил парень. – Но это сейчас неважно.
– Вот именно, – холодным голосом вторгся в их атмосферу Тао. – Намного важнее то, что ты сделал, и из-за чего у неё происходят эти припадки.
Взгляд выпученных глаз парня плавно перемещался с Рена на Юи, словно не понимал какой-то вещи.
– Ты рассказала им о дорэи, но не рассказала об этом? – прищурив взгляд, спросил у Юи Рик, не понимая намерений девушки.
– Я и сама поняла это только что, – замявшись и опустив глаза, пролепетала шатенка, испытывая на себе взгляды абсолютно всех ребят.
– Так, – возмущённо встрял Юсуи, которому уже осточертело переводить взгляд с одного на другого и абсолютно не понимать, в чём дело и о чём речь, – давайте без ваших загадок обойдёмся. Что случилось? Что ты, Юи, поняла?
– Юи, мы же твои друзья, – очень мягко произнесла златовласка, смотря на поникшую шатенку умоляющим взглядом. – Ты можешь всё нам рассказать.
– А здесь рассказывать нечего, – пожав плечами, заявил Рик, на которого Юи коротко исподлобья взглянула. – Каждый дорэи чувствует их.
– Кого их?! – в один голос, уже устав от этой бессмысленной волокиты, спросили ребята.
Воцарилось молчание, так как Рик не хотел ничего объяснять, а Юи нужно было несколько секунд на обдумывание и приобретение решительности. Казалось, что такого в том, чтобы просто рассказать? Но даже мысль об этом заставляла у таких людей, как Рик и Юи, кровь стыть в жилах.
– Предводители лагеря «Дорэи», – на выдохе сказала Юи, и пока ребята начали переглядываться между собой обеспокоенными и немного сбитыми с толку взглядами, кроме Рена и Лайсерга, которые боялись упустить всю суть, шатенка задала очередной вопрос своему бывшему товарищу по турниру. – Но что им тут надо? И ещё… ты сказал «каждый дорэи», что ты имел в виду?
– А ты думаешь, ты и я – одни такие умные? Освободились и нашли убежище здесь, – снова заиграла на губах парня невесёлая улыбка, а в глазах, как и до этого, не было ничего, кроме пустоты. – Нет, Юи. В этой деревне скрываются, по меньшей мере, пятнадцать дорэи, которые смогли выжить.
– Ты их знаешь? – с надеждой и оживлением спросила Юи, на что получила несколько коротких кивков.
– Подожди, – вставил свои пять копеек Лайсерг, который после глубокого анализа начал догадываться, в чём дело. – Если здесь скрываются дорэи, и предводители лагеря явились сюда, значит…?
– Это одна из причин, – поняв то, что малахитовый принц уже всё понял, перебил его блондин.
– Разве они имеют право снова возвращать в лагерь дорэи, которых уже выкупили? – совершенно запутавшись, но поняв, что имеется в виду, спросил Йо.
Было очевидным то, что владельцы лагеря – люди, которые безжалостно втаптывали само существование людей в узничных оковах неволи – находятся сейчас здесь, чтобы вернуть то, что пусть и не по закону, но принадлежало им.
– Им закон не писан, – пояснила Юи. – Если они узнают, что дорэи освободился, неважно как, они попытаются вернуть её или его в лагерь, чтобы снова припадать им урок того, как надо выполнять свои обязанности. Ведь если дорэи свободен, это значит, что он не справился со своими обязанностями перед хозяином.
– А вторая? – задумчиво смотря на палочки для еды, спросил Рен, непонятно к кому обращаясь. – Какая вторая причина их появления здесь? – снова повторил вопрос, но более конкретно, Рен, подняв взгляд холодных и рассудительных глаз на Рика.
– У них здесь команда в турнире участвует, а так как это их последний бой во втором туре, они решили приехать и посмотреть на это.
– А кто там участвует? – резко сдвинув брови, спросила Вэй. – Если они здесь с самого начала турнира, почему я их до этого не почувствовала.
– Я не знаю кто, – покачал головой блондин. – Но, скорее всего, кто-то из учителей. Поэтому ты и не почувствовала, ведь сильнейшая вибрация исходит от создателя печати, то есть от Господина.
– Господин? Учитель? – немного не понял этого Рио, озвучив вопрос многих.
– Так называют владельца лагеря, который ставит печати, никто не знает его имени, – пояснила Юи. – А учителя – это те, кто нас так сказать дрессировали. У каждого из них есть псевдоним или кличка, называйте, как хотите.
– Прекрати, – уставившись задумчивым взглядом куда-то вперёд, прошипел Рен, слух которого всегда коробило слово «дрессировка», словно говорилось о животном.
– Но это так, Рен, – спокойно ответила Юи, – даже если тебе не нравится это, мы для них подобны животным, которых можно приручить.
– Хорошо, – встрял в разговор Йо, – допустим они здесь, допустим ищут всех своих дорэи. Но если дорэи находится у хозяина, они же не могут ничего сделать?
– Да, тогда они не имеют право нас трогать, – подтвердила Юи.
– Ага, – снова нерадостная и полная сарказма усмешка со стороны Рика, – а при учёте того, что наш с Юи хозяин убит, а мы не защитили его, нам минимум грозит смерть, а максимум всю жизнь провести в лагере в марионеточном состоянии.
Кто-то, возможно, спросит: «Не попутал ли он понятия максимума и минимума?». Но каждый дорэи прекрасно знал и понимал, что смерть лучше, чем жизнь вне воли. То марионеточное состояние, о котором вскользь сказал Рик, было самой страшной карой.
– А если соврать им? – предложил выход из ситуации Рио.
– А ещё лучше спрятаться, – поддержала идею более масштабным планом обеспокоенная златовласка, но в ответ получила лишь молчаливое мотание головы подруги, которая пресекала эту идею.
– Как мы чувствуем их, так и они нас, – закусив губу и размышляя, ответила Юи. – Бежать бессмысленно, тем более у нас завтра утром бой, если они вдруг будут там, то почувствуют меня.
– А соврать, а самое главное доказать, что ты кому-то принадлежишь, может быть проблематично, – пояснил Умемии Рик. – Видишь ли, наш хозяин погиб, а они прекрасно помнят всех дорэи-шаманов, и кому они были проданы.