Чтение онлайн

Да уж, оно было, как всегда, переполнено. Голодные, возбуждённые от потрясающего боя и чересчур болтливые шаманы и зрители пришли в кафе тут же, как только судья объявил победу команды Трея, чтобы обсудить то, что так сильно затронуло их сердца. Именно поэтому о завтраке в спокойной обстановке ребята даже и думать теперь не могли, решив то, что им повезёт, если удастся хоть взять еду с собой.

С появлением Йо в кафе никто ни на секунду не прекратил гул и обсуждения, наоборот, продолжалось открытое сплетничество у девчонок и косые взгляды парней на того, кто действительно сегодня, так сказать, дал жару. Но! Асакура снова либо действительно не замечал всего этого, либо очень был хорошим актёром, на лице которого сохранилась невозмутимость.

Даже когда его без очереди пропустили к кассе, чтобы сделать заказ на вынос, он лишь заулыбался и, смеясь, поблагодарил всех, говоря что-то убогое по типу: «У меня на лице, наверное, написано, что я голодный».

У оставшихся стоять у двери ребят аж глаз задёргался, левый, в унисон. Что-то с Йо действительно произошло, но что? Что заставило его снова стать тем самым Йо Асакурой, который мог шутить, улыбаться, радоваться каждому дню и, конечно же, иметь ужасный аппетит, если дело касалось его излюбленных гамбургеров и картофеля фри?

Со словами заказа: «Шесть гамбургеров, шесть пачек сока и восемь картошек фри, – и через плечо кинутое: «Ребят, а вам что-нибудь брать или вы сами сделаете заказ?» – у всех, абсолютно всех присутствующих, включая ребят, поотваливались челюсти, лишь позже, когда Йо засмеялся, поняв, что это была шутка, и он заказывал на всех. Но всё равно... Жуть. Аж непривычно было видеть Асакуру таким.

Взяв свой заказ, Йо раздал каждому из своих друзей по пакету, и они все поспешили покинуть кафе, решив пообедать в своих комнатах, в спокойной обстановке.

Юи решила скоротать время у семейства Юсуи, именно поэтому свернула в их номер, не дойдя до своего пару шагов и сагитировав Рио на абсолютно аналогичное решение. Умемия пытался зазвать с собой Йо, но тот лишь сказал, что устал и хочет полежать.

В действительности же Асакура просто оказал солидарность Рену, который практически не разговаривал за сегодняшний день. После его выходки с Дителом, на которого он рыкнул из-за злости, ни он, ни Юи не обменялись даже взглядом, а это уже наводило на плохие мысли.

Сердце стучало так сильно и отчаянно, будто старалось вырваться и сделать всё самому, не желая дожидаться глупого владельца, а осознание того, что Дител ещё вернётся за Вэй сегодня в обед, так сильно било по вискам, что голова буквально взрывалась от мыслей. Ему нужно что-то придумать и срочно. Но что же именно?

– Пригласи её погулять первым, – неожиданно до слуха Тао донёсся ответ на свой мысленный вопрос, который подсказал ему Асакура. Рен, заморгав ресницами, очнулся от своего забвения и понял то, что он настолько ушёл в себя, что не заметил, как дошёл до комнаты и сейчас сидел на своём футоне. Растерянно ища взглядом друга, который ворвался в его мысли, Тао обнаружил Асакуру, сидящего в позе лотоса на противоположной, принадлежавшей шатену, кровати и поедавшего свой картофель фри из шуршавшего пакета, при этом неотрывно смотрящего на него.

На лице Рена никак не могла возобновиться серьёзность, которая бы дала ответы на очевидные вещи. Он вообще не мог ничего сейчас понять.

– Ты о чём? – немного нахмурившись, спросил Тао, как говорится, по-зверски тупя. Однако Асакура даже и не думал цыкать или обвинять друга в его недалёкости, он лишь с тем же мило-наивным взглядом пожал плечами и отправил в рот очередную дольку картофеля.

– Ну... у тебя же на лице всё написано, – объяснился Асакура, тщательно пережёвывая пищу, сажающую желудок. – Ты ведь о Юи думаешь, а точнее о том, как бы предотвратить её встречу с Лайсергом, – Йо хотелось жутко смеяться от такого глуповатого и ничего не понимающего вида друга, который никак не мог влиться обратно в колею жизни. – Вот я и предлагаю тебе: пригласи её куда-нибудь погулять первым.

Тишина. Йо выгнул брови и поперхнулся картошкой, перебарывая желание пощёлкать пальцами перед глазами почему-то сегодня тормозившего Рена, однако через минуту совершенно пустого и потерянного в своих мыслях взгляда Тао всё же пришёл в себя, проморгав и тихо, но тяжело выдохнув.

– Она не пойдёт, – сказал, как отрезал, парень, зная, какой он ответ получит, если предложит это шатенке.

Да, они вроде бы спустили по тормозам то, что они теперь вдвоём знали. Да, Юи решила, что не станет рушить дружбу с Реном, искренне и одновременно наивно полагая, что все его чувства к ней ошибочны и скоро пройдут. Однако... С того момента, как Рен смог совершить самый сложный для него шаг – признаться в своих чувствах вслух, их взаимоотношения стали всё равно очень натянутыми. Тао никогда не покидало чувство, что если он допустит хоть маленькую погрешность, то та тонкая нить, которая ещё каким-то чудом связывает их, разорвётся и породит ненависть по отношению к нему. И, находясь в таком загнанном в рамки нерешительности и неполноты действий состоянии, Рен чувствовал то, что ему нужно действовать предельно осторожно, не давая девушке повода для того, чтобы начать его избегать. А ведь это было вполне возможно – стоило ему лишь проявить настойчивость.

– Значит, сделай так, чтобы пошла, – абсолютно спокойно и до ужаса взрывоопасно произнёс Йо, который вызвал резкость в друге, вскочившем будто ошпаренный.

– Что значит «сделай так», Асакура?! – возмутился Тао, одарив шатена прищуренным взглядом, но тут же остыв, потому что тот даже и не думал реагировать ответной реакцией, будто специально смотря на него прямым взглядом с полнейшей невозмутимостью и ещё медленнее пережёвывая еду. – Это не от меня зависит, – выдохнув в голос и отведя взгляд, с позором проиграл этому спокойствию Тао и, прикрыв глаза, сел обратно на футон, уставившись на кончики собственных пальцев.

Воцарилась какая-то странная тишина, не считая шуршания пакета, откуда уже был изъят большой гамбургер. Рену даже показалось, что он обидел Йо, который теперь решил вообще ничего не говорить. Однако только он хотел извиниться за свою вспыльчивость, даже немного успел разлепить плотно сжатые губы, как шаман, подобный ласковому и тёплому ветру, снова заговорил:

– Возьми себя в руки, Куки, – резко. Очень резко это обращение резануло по сердцу Рена ножом, словно отрезвляя его, давая понимание того, что тем самым хотел сказать его друг.

«Либо мы боремся за свою любовь до победного. Либо меняем ориентацию, и я буду звать тебя Куки», – эти сказанные когда-то слова Реном, который пытался заставить друга не уходить в бездну отчаяния, теперь обернулись против него самого, заставляя так же резко посмотреть на друга, улыбнувшегося в ответ. Йо встал с кровати и подошёл к своему рядом стоящему комоду, из которого ему нужно было выудить чистую одежду.

– Всегда есть незримые струнки души, которые помогут тебе, – говоря через плечо, копался в ящике Асакура, выбрасывая нужную одежду на кровать. – Если ты найдёшь то, что просто не сможет её заставить тебе отказать, то... сам понимаешь, – договаривать было и не нужно, потому что Рену и так был понятен мудрый и очень правильный ход мыслей друга.

Приложив указательный палец к губам и начав немного постукивать им в такт поступательным воспоминаниям, Тао пытался вспомнить детали, интересы, да хоть что-нибудь, что просто не позволит шатенке отказаться от его предложения.

Момент за моментом, минута прожитой с шатенкой жизни за минутой – всё вновь скользило по памяти парня, ища, словно фильтр, то, что может помочь. И вдруг, когда воспоминания коснулись их жизни в деревне, он резко распрямился в спине, заметавшись догадливым и воодушевлённым взглядом по пространству, пока не обращая внимания на своего копошившегося друга. Он быстро поднялся с футона, встав к параллельно стоящему комоду, где находились его личные вещи.