Чтение онлайн

Появившись в поле зрения двух мужчин, ещё секунду назад думавший совершенно об иных вещах Генрих застыл на верхней ступеньке, смотря на отца, который куда-то собирался. Взгляд молодого Шварца сразу же ожесточился, движения стали более резкими, а мысли в голове улетучились, словно боясь, что отец может их прочитать.

– Генрих, ты куда-то собираешься? – задал вопрос Герберт, не услышав в ответ очевидности. Генрих даже не ответил ему, лишь взял зонтик, ведь, несмотря на жаркую погоду, гидрометцентр обещал дождик ближе к вечеру. – Если хочешь, я могу тебя подвести, – не сдавался Шварц-старший в попытках наладить отношения с сыном, но, услышав эти слова, молодой и разочаровавшийся в отце аристократ остановился, ухватившись за ручку двери, и прежде, чем выйти, сказал со всей болью в голосе от того, что вот так всё произошло, и теперь они совершенно недосягаемы друг для друга:

– Спасибо, но я не хочу видеть то, как ты едешь в правительство, чтобы забрать чью-то жизнь, – и после этих слов красивый, голубоглазый юноша покинул дом, направившись по своим делам.

После его ухода в огромном парадном зале особняка осталась лишь тишина и двое мужчин, которые испытывали совершенно разные чувства относительно к произошедшему: Вальдемар никак не мог понять, почему Генрих идёт против отца и даже не пытается понять его, а Герберт думал о том, сколько же будет продолжаться злость его сына, и будет ли ей предел.

– Господин, если хотите, я могу поговорить с господином Генрихом, – предложил свою помощь Вольф, но в ответ получил взгляд полный обвинения в невменяемости.

– Он со мной-то не хочет говорить, так с какой стати послушает тебя?

На такой грозный тон, который будто говорил ему: «Знай своё место и не лезь в наши дела», Вальдемару не нашлось, что ответить, а посему он просто опустил глаза и дождался пока Герберт выйдет за пределы особняка.

Вольф всегда знал, что такое пренебрежительное отношение допустимо по отношению к нему. Его роль была сведена лишь к охране семейства Шварц, однако мысль о том, что он знает об ордене больше, чем любой из рыцарей, что он отстаивает и верит в их идеологию больше, чем сам Шварц, заедала его, а такое отношение в ответ просто заставляло сжимать зубы и молча сглатывать эту несправедливость. Вообще-то, глава ордена всегда относился к Вольфу с уважением, однако по какой-то причине в последние годы он стал более раздражительным и срывался на ни в чём неповинного единомышленника.

– Вальдемар, – послышался за спиной не только властный голос, но и стук каблуков.

– Госпожа, – немного склонив голову, поприветствовал хозяйку этого дома мужчина. Красивая лицом и душой, но при этом преподнося себя, как королеву всего мира, Маргарет Шварц была изысканной дамой, посмотрев на которую можно было сразу сказать о том, что она благородных кровей. Её образ был слеплен из дорогих вещей, бесценных украшений и стараний личного стилиста, хотя и не сказать, что без всего этого она была бы недостойной высшего общества – скорее всего, это всё красило и подчёркивало её естественное очарование.

– Я уезжаю к Рихтерам, – спешным шагом говорила женщина, поправляя свою шляпу с большими полями. – Присмотри за Розой, я вернусь вечером.

– Разумеется, госпожа, – ответил Вальдемар на эту то ли просьбу, то ли приказ, при этом немного нахмурившись от недопонимания: зачем вообще просить о таких вещах? Он прекрасно знал свои обязанности и сейчас не мог уловить, к чему потребовалось это напоминание.

– Я серьёзно, Вальдемар, – не отрывая взгляда от зеркала, в котором она увидела то, что цветок на шляпке немного покосился, акцентировала особое внимание на своей просьбе Маргарет, видимо, уловив немного обидчивый тон друга – уж она-то никогда не считала Вольфа слугой. – Она что-то говорила про поход в нору барсука, – с усталым видом развернулась к мужчине хозяйка этого дома, с любовью и умилением вспоминая о причудах дочери, – так что сам понимаешь, за ней нужен глаз да глаз.

– Не волнуйтесь, госпожа, – легонько усмехнулся Вальдемар, теперь поняв, к чему эта крайняя заботливость матери Розы. – Я обязательно присмотрю за ней.

Удовлетворённая этим обещанием, Маргарет кивнула в знак благодарности, после чего с присущей ей благородной походкой речной павы вышла за пределы особняка, оставляя в доме целый штат прислуги, Вальдемара и совершенно непредсказуемую на выдумки дочь.

Роза. Будь то цветок или молодая аристократка дома Шварцов – они обе были прекрасными. Не сказать, что девушка была красавицей, исходя из современных представлений о красоте. Она была очень миловидной барышней с пухлыми губками, маленьким носиком и с постоянным огоньком задора в глазах.

Несмотря на то, что ей уже стукнуло шестнадцать, она всё равно удивляла окружающих своей детской непосредственностью, своим звонким, практически детским смехом, именно поэтому к ней до сих пор относились, как к ребёнку, даже не допуская мысли о том, что она действительно по-своему видит этот мир.

Она безмерно любила свою мать, отца и, разумеется, всегда поддразнивающего её старшего брата, однако, несмотря на эту любовь, не могла найти родственную душу, которой можно было бы открыться целиком и полностью. В связи с этим подкреплённая желанием жить полной жизнью со всеми её невероятными приключениями Роза частенько покидала территорию особняка и гуляла по окружающему владения Шварцов лесу, который она знала, как свои двадцать пальцев.

Решив не медлить и как можно скорее найти путешественницу, Вальдемар направился делать обход вокруг дома, предполагая, что аристократка не станет сидеть дома в такой прекрасный день. И, как ни странно, он оказался прав.

Обойдя особняк, который стоял на самом утёсе, Вольф обнаружил совершенно неожиданную для его предположений картину. Весь задний двор был полон красивых, но диких кустов роз. Буквально в нескольких метрах слышался и виднелся океан, напевающий свою песню лёгкого бриза, а в воздухе была невероятная свежесть чистой и нетронутой природы. И среди всего этого великолепия погружённая в книгу на лавочке, среди цветов, обрамляющих скамейку словно арка, сидела молодая девушка, выглядевшая не так, как обычно.

На её лице была крайняя сосредоточенность и ни намёка на несерьёзность. Она казалась абсолютно другой девушкой, вполне взрослой и, можно даже сказать, завидной невестой.

Тихонько подойдя со спины, чтобы не нарушать её уединения и сосредоточенности на изучении какой-то старинной, судя по виду, книги, Вальдемар заглянул из-за плеча, в надежде увидеть, что же так привлекло её внимание, однако его желание – остаться незамеченным – было развенчано неожиданным вскриком, от которого он и сам вздрогнул.

Сначала уловив то, что освещение стало каким-то не таким, а после заметив нависающую над ней тень, Роза не смогла сдержать внутри себя испуга, из-за чего она не только оглушила своего «маньяка» за спиной, но и, вскочив на ноги, с развороту рефлекторно нанесла удар той самой книгой по его плечу. Вообще, она надеялась попасть по голове, но Вальдемар был намного выше неё, поэтому получилось так, как получилось.

– О, Боже мой, – снова испугалась Роза, но теперь из-за того, что она ударила знакомого ей человека.

– Простите, госпожа Роза, я не хотел Вас пугать, – подняв ладони, пытался Вольф успокоить напуганную девушку, при этом ругая себя за такую глупость с его стороны. Он и забыл, что солнце светило ему в спину, а значит его тень будет падать вперёд.

– Господи, я тебя не ушибла? – обеспокоилась его состоянием девушка, даже и не думая о самой себе и об испытанном ею испуге.

На какой-то момент мужчина даже не понял, о чём она говорит, ведь то, что она сделала и ударом-то назвать сложно – так комара можно разве что убить.