Чтение онлайн

– Ладно, у нас нет времени, – видя, что чета Юсуи вроде бы разобралась во всем, хотел приступить к делу Йо, подойдя к одному из «зеркал», но не зная, что с ними надо делать.

– Подожди, Йо, – остановил его порыв Лайсерг, в голове которого было много мыслей относительно того, как им пройти это испытание. – Прошу, послушай меня хотя бы сейчас, – снова образовалась неловкость и яркая напряжённость между детективом и стоящим к нему спиной шаманом. Помолчав буквально несколько секунд, Йо тяжело выдохнул и, развернувшись, сложил руки на груди, на миг плотно сжав губы, тем самым давая понять, что он делает ему одолжение и слушает. – Демоны будут испытывать наши души, и для того, чтобы не попасть на слишком сложные для нас испытания, разумнее всего распределить между нами грехи, которые не так явно в нас проявляются.

– Иными словами, – задумчиво произнёс Рио, пытавшийся всё это осмыслить, – если у Рена проблемы с гневом, то ему нельзя идти к Сатане?

– С какого перепуга у меня проблемы с гневом? – тут же возразил Рен, выпрямившись в спине и вытянув гордо шею, сам не замечая, как он демонстрирует правдивость слов байкера.

– Да, – не обратив внимания на шамана, продолжил Лайсерг. – Я думаю... Сели, – немного поразмыслив, практически воскликнул Дител, указав на златовласку и на одно из «зеркал», – ты возьмёшь на себя Бельфегора, за всё время нашего знакомства я никогда не видел в тебе явного проявления лени.

– Х-хорошо, – немного смутившись и улыбнувшись такому комплименту, согласилась златовласка.

– Трей, – не уходя взглядом далеко, перешёл к северянину детектив, оценив его жизненную позицию и ассортимент демонов, – ты возьми на себя Асмодея.

– Это кто? – с глупым видом поинтересовался Трей.

– Смертный грех – похоть, – тут же пояснил Лайсерг. – Ты жуткий ревнивец, так что не думаю, что он найдёт к чему в тебе придраться.

– Я так не думаю, – усмехнувшись, прокомментировал этот аргумент Рен, который сам виноват в том, что обратил на себя внимание раздающего бои Лайсерга.

– Рен, ты возьмёшь на себя Вельзевула, – кивнув на самое первое «зеркало», огласил своё решение Дител.

– Лучше отдай его Вэй – вот кто никогда не обжирается, – намекая на то, что шатенка никогда не ела больше, чем два раза в день, так как её организм из-за лагеря дорэи уже не мог перестроиться на иной лад, опроверг его решение Тао.

– Юи возьмёт на себя Мамона, – парировал его Дител, будучи уверенным в своём выборе. – Уж жадности в ней никогда и в помине не было. Всё была готова отдать, даже тебя – другой.

– Лайсерг, – густо покраснев и спрятавшись лицом в ладонях, пропищала с мольбой о снисхождении Юи, слыша всю свою подноготную.

– Рио, прости, но... – переведя взгляд на своего учителя и, пожалуй, самого взрослого и мудрого человека, начал с извинений Лайсерг, – тебе придётся сразиться с Сатаной, потому что я считаю, что из всех нас только ты и Сели не несёте на себе столько гнева, сколько есть в нас.

– Это не так, Лайсерг, – посмотрев куда-то в сторону, печально улыбнулся Рио, удивляя всех своих друзей, которые даже в лице изменились от такого неожиданного откровения. Правильно. Если человек не трубит о своей злости к этому миру, это не значит, что её в нём нет. Это поражало и озадачивало ребят одновременно, но Умемия был не из тех людей, которые были рады и ждали момента поделиться своими горестями. Он жил ради друзей, набравшись этой философии у своего учителя, и сейчас, поняв, что он сказал лишнего и ненужного в данном случае, Рио воспарял духом, кажется, надев на лицо притворную маску, и сменил тему: – Но я не могу позволить Сели проходить такого сильного демона, так что, конечно, я возьму его на себя.

– Эм... ладно, – стараясь не заострять на этом очень тонком моменте внимания, так как времени обсуждать проблемы друг друга не было, перешёл дальше Лайсерг, но итогом стало осознание того, что остались только он и Йо, взглянуть на которого было весьма и весьма трудно. – Йо... – сглотнув, нерешительно поднял взгляд Дител на всё ещё стоящего, скрестив руки на груди, шамана, который прямым и очень острым взглядом смотрел и ожидал его решения и самое главное – аргументов, которые он предоставлял каждому. – Возьми на себя Люцифера, пожалуйста, – все заметили, да это было и предсказуемо, что даузер не стал, как остальным, навязывать свою точку зрения и выбор. Было такое ощущение, что детектив побаивается Асакуру, похожего на тикающую и отсчитывающую секунды бомбу.

– А почему бы тебе его не взять? – наклонив голову набок, поинтересовался Асакура, продолжая в упор смотреть на не объяснившегося и всё ещё отводящего взгляд даузера.

– Потому что... – детективу было тяжело признавать это, но даже Анна уже не раз говорила ему о том, что в нём не просто живёт Люцифер, а он является его демоном-хранителем – любимчиком. – В общем, с ним мне лучше не встречаться, – так и не сумев сказать вслух признание своего самого главное греха, поверхностно объяснился англичанин, на что Асакура лишь покачал головой, поражаясь такой невероятной гордыне даузера, после чего тяжело выдохнул и сказал:

– Пускай так.

– Хорошо, тогда я возьму на себя Левиафана, – радуясь представленной возможности сменить тему, сразу же увёл Лайсерг разговор в другое русло, даже не замечая, как на него незаметно поглядывает Асакура, в какой-то степени разочаровываясь в нём ещё больше.

– Хочешь сказать, что в тебе меньше всего зависти? – приподняв бровь, одарил его решение сомнением Тао.

– Рен, в каждом из нас много чего намешано, но я думаю, я с ним справлюсь. По крайней мере, я очень постараюсь, – аргументировал свой выбор детектив, но в тот же миг вздрогнув от того, как до слуха донёсся оторопевший смешок Асакуры, смотрящего куда-то на стену и поражавшегося до глубины души тому, как Лайсерг упрямо не признаёт свои грехи. Он сказал не «во мне намешано», а «в нас», не говоря уже о том, сколько раз прозвучало слово «я». Да уж, с Люцифером ему точно нельзя было сталкиваться.

– Ладно, поехали, – наоборот больше поражаясь изменившемуся до неузнаваемости другу, в глазах которого уже присутствовало осуждение ко всем, кто его задерживал, отмахнулся от этой неловкости Рен, подойдя к своему «зеркалу», которое должно было открыть ему дверь к демону Вельзевулу.

Остальные его друзья сделали то же самое, ожидая всеобщего сигнала. Они не знали, что нужно делать, но решили для начала просто прикоснуться к каменной поверхности, чтобы как бы заявить о своём присутствии.

– Что ж, – мотнув головой, произнёс Рио, по правую сторону от которого стояла Юи, а по левую – Йо, – всем удачи.

Раздалась очередная какофония ответов, но все они в унисон гласили о взаимности пожеланий, после чего шаманы с опаской и трепетом в сердце дотронулись до каменных зеркал, выдохнув при соприкосновении так, будто они долго задерживали дыхание.

Увы, но ничего не произошло. Ни прохода, ни портала – ничего не открылось на их мысленные призывы.

– Может быть, нам нужно сказать какие-нибудь слова? – предположила Сели, вселяя в Тао чувство дежавю и заставляя его чуть ли не закричать, когда он увидел, как на противоположной стороне Юи открыла рот, чтобы опять перечислять все мыслимые и немыслимые заклинания.

– Вэй, только не снова!

– Ладно-ладно, а что вы предлагаете? Постучаться, чтоб нам открыли? – отойдя от «зеркала» Мамона и направившись ко всем по кругу, начала шатенка бегать и постукивать по дверям.

– Да не мельтеши ты! Дай подумать, – потирая виски, пытался, как и Лайсерг, сообразить что к чему Рен.

– Простите, господин Сатана, не пустите ли Вы меня? – не унималась шатенка, разговаривая с каждой дверью и по окончании стучась. – Тук-тук-тук. А! – но внезапно именно последняя дверь, предназначенная для Рио, вдруг вспыхнула ало-чёрным светом и в мгновение ока поглотила доигравшуюся шатенку.