Чтение онлайн

И прежде чем Дьюс успел поправить их, какой-то тролль сунулся под его взгляд. Жирное существо тут же окаменело, а Дьюс с досадой пробормотал:

— Ну вот, опять!

— Согласно расписанию собрание закончено. Все несовершеннолетние сущности — на выход, колонной по одному, — наставительно произнесла мисс Сью Нами и отряхнулась, словно мокрый пес. — Расписание занятий в данную минуту рассылают вам по электронной почте. Если у вас нет гробофона, подружитесь с кем-нибудь, у кого он есть, а затем используйте это устройство, чтобы проверить свою почту.

Коридоры тут же оказались забиты монстрами, взволнованно проверяющими свои гробофоны.

— Вот те на! — вырвалось у Робекки, когда она налетела на своего соседа по общежитию, Ки Клопа, и ее колено громко скрипнуло. — Ой, простите! Кажется, пора сменить смазку.

— Толпа может быть очень опасна, — серьезно объяснила Рошель. — Это часто заканчивается сломанными когтями, отдавленными лапами и вырванным мехом.

— Слушай, ну это же всего-навсего куча подростков, а не Трансильвания в полнолуние. Думаю, мы как-нибудь справимся, — откликнулась Венера.

— Хотя вы можете решить игнорировать предупреждение горгульи, горгулья никогда не должна игнорировать возможность предупредить, — чопорно произнесла Рошель.

— Это что, из конфет с предсказаниями? — фыркнула Венера, доставая гробофон из своей сумки из экологичного материала.

— Вовсе нет. Горгульи не верят ни в предсказателей судьбы, ни в конфеты с предсказаниями, — серьезно ответила Рошель. — Однако же нам очень нравится китайская кухня.

— Здорово! У нас одинаковое расписание! — радостно воскликнула Робекка, сравнив гробофоны.

— Да, но у нас нету драконьего шептания, — проворчала Венера. — Я очень разочарована. Мне нравятся рептилии.

— А мне нет. И я никогда не любила шептать. Мне кажется, что люди шепчутся только тогда, когда говорят такие вещи, которые им вовсе не следовало говорить, — объяснила Робекка.

— Эй, девчонки, вы новенькие? — К троице подошла Фрэнки Штейн. За ней медленно шагал зомби.

— А что, это так заметно? — отозвалась Венера.

— Ну, вы единственные остались в коридоре, если не считать троллей. Кстати, я — Фрэнки Штейн, а это — Гулия Йелпе.

— Грррннн, — пробурчала Гулия, к замешательству Венеры.

— Ты, наверно, не знаешь зомбийского? — произнесла Фрэнки.

Венера пожала плечами.

— Бонжур! — вклинилась в разговор Рошель. — Я Рошель Гойл, а это Робекка Стим и Венера МакФлайтрап. Мы соседки по комнате, живем в новом общежитии.

— Круто! Вам там непременно понравится! Если что-нибудь будет нужно — обращайтесь ко мне.

— Извини, а не знаешь ли ты, как пройти на урок гульской литературы, который ведет доктор Вустрец? — поинтересовалась Рошель, глядя на экран своего гробофона.

— Это вам надо в Гиблиотеку — прямо, потом возле гробницы направо, и возле рогов на стене налево. Удачи! — воскликнула Фрэнки и удалилась, а Гулия — за нею следом.

Гиблиотека оказалась холодным и продуваемым насквозь помещением, заполненным клочьями пыли, скрипучей мебелью и величайшими из когда-либо рассказанных историями монстров. Разбитые на разделы в соответствии с биологическими видами, эти истории описывали или сами были написаны всеми мыслимыми существами, от популярных до безвестных. Эти тома были не просто гульской литературой. Это была монстория — история монстров, рассказанная ими самими.

Доктор Вустрец вошел в Гиблиотеку одновременно со звонком, возвещающим начало урока. В твидовом костюме с темно-коричневыми заплатками на локтях, с большим кожаным портфелем, этот морской монстр средних лет выглядел в точности как профессор литературы — не считая того, что от него пахло соленой водой.

— Ученики! — приветствовал класс доктор Вустрец, а затем театрально склонил голову и умолк на полминуты. После этого он достал из кармана пиджака трубку и продолжил: — Я обнаружил, что очень полезно бывает очистить палаты моего разума, прежде чем погружаться в пучину гульской литературы.

— Пардоне муа, доктор Вустрец, но курение категорически запрещено на территории Школы монстров. Кроме того, оно очень, очень вредно для вас, — твердо произнесла Рошель.

— И для нас! Я от него вяну! — прошептала Рошели Венера.

— Это не курительная трубка, юная горгулья. Она может выглядеть как трубка, но определенно не является таковой. На самом деле это художественно вырезанный ломоть сыра, который я намереваюсь съесть позднее, на ланч. Видите ли, преподавание во многом подобно лицедейству: обе профессии используют реквизит для создания разных персонажей. И эта сырная трубка в настоящий момент помогает мне создать мою интеллектуальную личность, великого доктора Вустреца.

— Вот это да! Он говорит скорее как циркач, чем как учитель, — пробормотала Робекка.

— Ну а теперь настало время моего монолога, известного также как перекличка, — произнес доктор Вустрец, отложил сырную трубку и открыл папку с зажимом для бумаг. — Лагуна Блю! Дракулаура! Джексон Джекил или Хольт Хайд! Дьюс Горгон!

Пока имена одноклассников разносились по помещению, Рошель отыскала взглядом Дьюса Горгона в его неизменных солнечных очках. Он казался ей красивым и интригующим. Возможно, подоплека была в том, что Дьюс не был создан из гранита, а возможно, в том, что она была одной из немногих в школе, кто способен был посмотреть ему в глаза. Поскольку Рошель и так была из камня, змеиный взгляд Дьюса Горгона не представлял для нее опасности.

— Клео де Нил! — продолжал преподаватель.

Услышав имя подруги Дьюса, Рошель тут же пришла в себя, вспомнив, что она и сама не свободна. Ведь всего лишь несколько дней назад, в Скариже, она попрощалась со своим милым другом Гарроттом. От одной лишь мысли о Гарротте Рошель почувствовала себя виноватой.

Пока Рошель размышляла о моральных аспектах возникшего в ее душе чувства, сидящая рядом с ней Венера с гневом смотрела на изрядную коллекцию бумажных сумок, принадлежащую Клео де Нил.

— Ты только глянь на все эти бумажные мешки с покупками! Это вопиющая безответственность! Она — убийца деревьев! — выплеснула свое возмущение Венера, обращаясь к Робекке и Рошели.

— Кнопки-заклепки, Венера, тебе не кажется, что «убийца деревьев» — это немного чересчур? Возможно, она просто забыла свои многоразовые пакеты дома. Я вот постоянно что-нибудь забываю, — пискнула Робекка, надеясь унять растущий в душе Венеры гнев защитника окружающей среды.

Но Венера была не из тех монстров, которых легко успокоить. И прежде чем Робекка сообразила, что происходит, Венера замахала своими зелеными руками, стараясь привлечь внимание Клео.