Чтение онлайн

Они не станут сушить одежду. Он знал это так же точно, как и она. Мэгги никогда не лгала себе она хотела этого мужчину с того момента, как увидела его впервые. Хотела еще до того, как он впервые поцеловал ее. Она не знала и вряд ли узнает в своей жизни что-либо прекраснее, чем его объятия на влажном мху под шум падающей воды.

Будь реалисткой, напомнила себе Мэгги. И то, что произойдет сейчас, станет продолжением того, что случилось у водопада, но это ничего не изменит.

— Итак, — произнесла она голосом на октаву выше обычного, — может быть, мы… присядем?

Если бы у нас была колода карт…

А поскольку не было ни карт, ни даже старой газеты, чтобы можно было сделать вид, что читаешь, ничего не оставалось, как лечь в постель.

Бен наблюдал за ней в зеркало, стараясь понять, что происходит в этой головке под спутанной копной мокрых волос. Мэгги Райли была для него загадкой, поскольку совсем не походила на тех женщин, которых он привык укладывать в постель.

Она явно нервничала, из чего он сделал вывод, что произошедшее между ними у водопада не является для Мэгги чем-то само собой разумеющимся. Видимо, не многим мужчинам удалось пробиться через колючую проволоку ее внутренней обороны.

Бен обнял Мэгги за талию, продолжая наблюдать за ней в зеркало. Под тонкой промокшей тканью были хорошо видны ее маленькие груди с темными и возбужденными сосками. Она закрыла глаза, когда Бен начал расстегивать перламутровые пуговички.

— Мэгги? — прошептал он, спрашивая ее согласия. Не открывая глаз, она кивнула.

Но даже после этого Бен не ускорил своих действий, решив, видимо, довести напряжение до предела. Впрочем, он уже был недалек от него, так действовала на него близость ее маленького, но очень женственного тела. По тому, как все крепче и нетерпеливей Мэгги прижималась ягодицами к его откровенно восставшей плоти, он понимал, что она тоже очень возбуждена.

Да, маленькую Мэгги Райли забыть будет очень непросто.

Им не требовались слова. Развернув Мэгги в своих объятиях, он приник к ее губам. В его голове снова промелькнула мысль о том, что он рискует пристраститься к этой женщине, как к наркотику.

Почувствовав, как ее пальчики нетерпеливо теребят пряжку его пояса, Бен прервал поцелуй, и они принялись раздеваться с лихорадочной поспешностью.

Бен замешкался, поскольку не смог отказать себе в удовольствии полюбоваться ее округлыми бедрами и тоненькой талией, которую он мог бы обхватить руками, ее маленькими, но крепкими круглыми грудями…

Стащив вниз джинсы, он попытался выбраться из них и едва не свалился, забыв, что не снял ботинки. Он чертыхнулся, Мэгги захихикала.

— Как насчет того, чтобы запереть дверь, пока я сниму эти чертовы ботинки? — О том, что они оставили приоткрытой входную дверь, он тоже забыл.

Полностью обнаженная, если не считать полоски желтого шелка, которую лишь с большой натяжкой можно было бы назвать трусиками, Мэгги бросилась к двери, захлопнула ее и даже закрыла на цепочку.

— Боже мой, любой, кто шел мимо, мог увидеть нас! — Она поспешно выключила верхний свет, оставив гореть лишь ночник на тумбочке.

Бен наконец сбросил ботинки и носки, а затем одновременно стащил джинсы и трусы. Подняв голову, он успел сказать:

— Осторожнее, коврик.

Наморщив нос, Мэгги фыркнула.

— Ты успел узнать меня слишком хорошо.

— Да, — ответил Бен и вдруг понял, что это правда.

Не было никакой неловкости, как будто они уже давно были любовниками. Даже в первый раз, у водопада, ее тоже не было — только неистовое желание и чувство неизбежности происходящего.

Слившись в жарком голодном поцелуе, они бросились в омут страсти. Бен чувствовал, как обострились все его эмоции — он ощущал шелковистость ее кожи, вдыхал дурманящий аромат фруктового шампуня и женского возбуждения, слышал тихие стоны в то время, как его руки, губы и язык исследовали самые потаенные уголки тела Мэгги. Ее соски казались ему спелыми вишнями, ждущими, когда их испробуют. И он испробовал — сначала подушечками пальцев, затем губами, языком и зубами.

Вскрикнув, Мэгги нащупала на его груди маленькие плоские соски и стала поглаживать их, пока они не превратились в твердые горошины.

— Милая, может, нам стоит сбавить темп? взмолился Бен, хотя его руки продолжали свое исследование. Он и сам осознавал бессмысленность своих слов.

Руки Мэгги теребили темные завитки волос, которыми поросла его грудь, спускаясь все ниже к животу, паху… При таком быстром развитии событий самое время надеть презерватив, иначе будет слишком поздно, остатками ускользающего разума успел подумать Бен. Он стыдил себя за невозможность контролировать собственное возбуждение, списывая это на то, что слишком долго обходился без женщины, но в глубине души понимал, что все дело в этой конкретной женщине.

— Я не хочу сбавлять темп, Бен. Возьми меня!

Возьми меня сейчас!

Ее маленькие руки находились в опасной близости от того, что грозило взорваться в любую секунду, испортив все удовольствие.

— Я тоже не хочу. Да уже и не смогу, — процедил Бен, зубами надрывая пакетик из фольги, который он, слава богу, догадался положить в пределах досягаемости.

— Ты внутри как масло… — пробормотал он, входя на первый, безумно сладостный дюйм в ее истекающее нетерпением лоно. — Мэгги, не хотелось бы торопить тебя, но…

— Тебе и не надо. — Мэгги беспокойно двигалась под ним, ее дыхание было громким и прерывистым. Ее руки порхали по его телу, вызывая маленький пожар там, где они останавливались хоть на миг.

Бен слегка отпрянул назад и, когда она запротестовала, перекатился на спину, увлекая Мэгги за собой. Она оказалась сидящей сверху на его бедрах, глубоко внутри себя ощущая его твердую плоть.

— Давай же, милая. — Напряжение исказило голос Бена до неузнаваемости.

Мэгги и не нуждалась в понукании. С убийственной медлительностью она чуть приподнялась, затем опустилась, вбирая его в себя еще глубже, затем повторила это еще несколько раз. Бену показалось, что он пережил несколько смертей, прежде чем понял, что попросту забыл дышать. Удерживая остатки самоконтроля, он рванулся ей навстречу, подстраиваясь под ее ритм, чувствуя, как натянута от напряжения каждая мышца в его теле.

Ритм движений Мэгги ускорился и стал неравномерным и лихорадочным. Она начала тихо поскуливать и постанывать — эти звуки, уже знакомые Бену, сводили его с ума. Еще несколько толчков, и Мэгги обрушилась на его грудь с громким стоном.

Впившись пальцами в ее бедра, Бен почувствовал, как в этот же миг по его телу прошел электрический разряд в миллион вольт, заставив конвульсивно содрогаться каждую клетку.

— О, мой бог, — прошептала Мэгги. Ее тело было влажным и слегка подрагивало в последних экстатических конвульсиях.