Чтение онлайн

В этот день я больше никуда не ходила, кроме книжной лавки, где приобрела карту города и пару книг на распродаже. Там, куда сдают ненужные книги, и потом за пару унов их можно приобрести, тогда как новый экземпляр может стоить целый золотой.

Следующий день прошел в собеседованиях, хождении по городу с картой и с постоянным оглядыванием: не вынырнет ли кто-то из Венюковых из-за угла. Очень бы не хотелось.

Я, конечно немного подстраховалась… Серой шалью и шампунем.

Когда еще в позапрошлой жизни няня собирала меня в пансион, она начала намывать мне голову шампунем, от которого мои ярко-рыжие волосы потемнели до темно-каштанового и не так бросались в глаза. Чтобы не происходило в моей жизни, но флакон с шампунем стабильно передавали раз в месяц. Когда я ее спросила: зачем мне менять цвет волос, она ответила, что не стоит всем с первого взгляда понимать, что я имею отношение к роду Бельских.

— Как будто только у них такие медно-рыжие волосы.

Тогда я очень любила спорить.

— Не только у них, — отвечала мне няня, расчесывая мою гриву, — не только, но знающие люди это не пропустят, а тебе сейчас надо быть не флагом на флагштоке, а тумбочкой в самом темном углу.

Меня тогда очень насмешило сравнение меня — с тумбочкой. А сейчас я просто перестала пользоваться этим шампунем. И мой родной цвет волос, который я почти забыла, нагло выползал огненными всполохами. Пока прядями, но еще пара недель… Зато теперь он прекрасно отвлекал внимание от лица.

Ааа, мои бедные ножки! И желудок! Потому что нормально пообедать мне не удалось.

Все-таки в следующий раз буду искать работу ближе к квартире. На извозчиках не накатаешься, трамвай или электроход — пока ходит не везде. В общем-то в городе пока две крупных ветки: одна из фабричного района, через весь город, мимо вокзала, а вторая — в форме круга, по центру. Далеко не уедешь, а вот посмотреть центр города вполне можно. А главное — купил билет и катайся часами. Обязательно как-нибудь в выходной покатаюсь. Когда работу найду, конечно. Поскольку даже самые дешевые билеты не сильно дешевле извозчика.

Усталая я брела домой и мечтала просто завалится на кровать и полежать. Ну мечта у меня такая. Не бог весь что. Но была. Когда до дома, о, я уже называю эту маленькую квартирку домом, оставалось минут двадцать ходу, я решила, что булочка с уличной кондитерской вполне поможет раскрасить день после неудачных собеседований.

В гимназии — мест пока не было, но обещали подумать. В одном месте — секретари стабильно совмещали работу с должностью любовницы, что меня, конечно же, никак не устраивало. Да и великовозрастный остолоп по последнему объявлению тоже не вдохновлял. Его мамочка была уверена, что Жюлик (это от имени Жюль, причуда любящей матери) очень талантлив. А вот преподаватели никак не могут раскрыть его таланты, потому что сами бездари и идиоты. Он меня моложе всего на три года, а по фигуре — больше в два раза. Как я его заставлять учить буду? Привязав к стулу и приставив нож к горлу? И все это под визг его матери, которая может общаться только на высоких нотах. Я сначала думала, что она так орет. Еще удивилась, услышав в таком варианте «Добрый день!». Ан нет — это она так разговаривает. Замечательная картинка вырисовывается: орущая мама, обалдевший сынок, привязанный к столу и стулу, и я с ножом у его горла: «Спряжение глагола «стрелять!», я сказала».

Увлекшись булочкой и нарисованной в воображении картиной, я совершенно неожиданно врезалась в стену. Во всяком случае ощущения были именно такие. Если не считать того, что стена двигалась. Подняв взгляд, я поняла, что этой стеной оказался высокий темноволосый мужчиной с нереально голубыми глазами. В которые я и уставилась.

Даа, видимо зря я пропустила обед, поскольку голова вдруг резко закружилась. Из-за того, что я голодная, а не из-за глаз! Тоже мне, сногсшибательный. Ударом под дых прозвучал самодовольный мужской смешок, и я начала падать.

Да уж классная картина: посреди улицы девушки прямо под ноги падают. Пытаясь удержатся из последних сил и самоуважения, я схватилась своими обнаженными пальцами (а куда булочка делась, я же ее держала этой рукой?). Бог его знает за что я схватилась, но такого разряда от своих видений я никогда раньше не получала. Разряд — и нет обморока. Хорошее средство.

— Сударыня, вы в порядке?

Не в порядке, ни в каком, мать его порядке…

— Не ходите туда.

— Куда? — голос равнодушный, так слегка вежливо-заинтересованный, как будто мы погоду обсуждаем после 10 лет брака.

— Не знаю, куда вы там идете. Не ходите, вас там убьют.

А вот теперь главное отцепится от его руки. Ого, я за собой и не подозревала такой цепкости. Пришлось каждый палец уговаривать отцепится. Один, второй… Отцепилась.

— Как вас зовут?

— Ариадна.

Зачем сразу имя сказала? Надо было официально.

— Госпожа Бельская.

— Госпожа Бельская, давайте пройдем в кафе. Тут через дорогу, напротив. Выпьете чаю, и заодно расскажите мне все, что хотите.

Взгляд у меня слегка прояснился. Туман после последнего ведения рассеялся. Пробило еще одним видением, но в нем не было крови, раскуроченной груди абсолютно незнакомого мне человека с насыщенно-голубыми глазами. Точнее человек был, и он нес мне мороженное. Это видение мне понравилось намного больше.

— Хорошо.

Незнакомец аккуратно взял меня под руку, и мы двинулись через дорогу к кафе.

***

День сегодня был странный. Немного суматошный. Во-первых, проявился информатор, который должен был выйти на связь еще три дня назад. Тогда не вышел. Зато сейчас хотел встретится на том же месте в то же время. Информатор был такого уровня, что лишних свидетелей брать с собой не стоило. Он взял только Святослава, и то потому, что был уверен в Святе как в себе. И в его умениях, и в его молчании.

Для встречи с информатором ушел раньше с работы. Слежку не стоило исключать, поэтому знакомыми дворами и улицами пошел пешком. Центр города он знал так же хорошо, как собственные апартаменты. Хотя нет — даже лучше. В квартире после уборки могли быть сдвинуты с места часы или книга, лежащая на тумбочке рядом с кроватью. Двигать дома пока еще никто не научился. Сосредоточенный на выявлении слежки и отрыве от слежки, он никак не ожидал, что его попытаются сбить с ног.

То, что девушки падают к нему под ноги в притворном обмороке — он уже привык. Поэтому среагировал быстро. А что? Симпатичная мордашка… пряди огненного цвета и бирюзовые глаза. Посмотрел и пошел дальше. Его ждут, у него нет времени.

— Не ходите туда.

— Куда?

Вот уж не ожидал.

— Не знаю, куда вы там идете. Не ходите, вас там убьют.

Вас там убьют. Ого, а вот это уже интересно. Цепляет. Оглядел девушку внимательно. С ног до головы.

Синее пальто, серая вязанная шаль, одна рука в перчатке, вторая держит его за запястье. Среднего роста. Волосы ярким пятном выделяются на фоне синего пальто. Похоже, в отличии от нынешней моды, девушка любит носит волосы распущенными. В столице судя по всему — недавно. Те, кто здесь родились или давно осели не рассматривают дома вокруг, а бегут по своим делам из точки А в точку Б.

Благодаря крови рода и некоторой помощи предков, у него был, скажем так, дар. Он всегда знал, когда ему врут. Чувствовал. Сейчас, имея за спиной жизненный опыт, аналитический склад ума и просто здравый смысл, он мог выделить в какой именно фразе или части фразы притаилась ложь, мог просчитать причины и определить опасность. Сейчас в усталом голосе девушки не было лжи. И интуиция почему-то обеими руками голосовала за то, что надо прислушаться. И не торопится так на встречу с информатором. Да — секретно, да — не в первый раз, но все же надо проверить…