Чтение онлайн

— Все, о чем он хочет говорить — это о том, чтобы я завязал с наркотиками. — Алекс пожал плечами. — Кроме этого, у нас нет ничего общего. Я не такой идеальный сын, как он. Я никогда не был хорош ни в спорте, ни в школе. Я не был заинтересован в присоединении к семейному бизнесу. У меня нет его таланта обращаться с дамами, и я не заинтересован в том, чтобы жениться на принцессе мафии и родить прямого наследника и запасного. Мое пристрастие к наркотикам вызывает у него отвращение, и он никогда не скрывал своих мыслей об этом.

— Его жена умерла из-за пристрастия к наркотикам, — напомнил Алексу Паоло. — Может быть, он не хочет, чтобы с тобой случилось то же самое.

— Для меня уже слишком поздно. — Алекс неопределенно махнул рукой. — И что, черт возьми, я должен сделать со своей жизнью, чтобы начать соответствовать? Я должен был присоединиться к семейному бизнесу, но знаешь, что? Я не выношу вида крови. В первый раз, когда мой отец взял меня на гребаную работу, меня вырвало прямо на дороге. Я унизил себя. Мой отец не разговаривал со мной всю дорогу домой, только сказал, что Лука не блевал в первый раз. Лука вошел прямо туда и сбил парня с ног. Лука заставил его гордиться собой.

Он вздохнул и помахал пакетиком с «Пинк Лейбл».

— Сколько? Мне нужно выбросить эти плохие воспоминания из головы.

— Двадцать баксов.

Алекс вытащил бумажник и бросил на кровать двадцатку.

— Ты уверен, что хочешь идти именно этим путем? Ты хочешь кончить так же, как Сумасшедший Ти или я? Лука говорил о тебе хорошие вещи. Он думает, что у тебя есть будущее с его командой, как только ты соберешься с мыслями. Он говорит, что никто не разбирается в замках так, как ты.

Не-е-ет. Он не хотел слышать, как мистер Риццоли говорил о нем хорошие вещи. То, что он делал, казалось еще большим предательством. Мистер Риццоли вступил в единственную в Вегасе группировку «Коза Ностра», которая не занималась наркотиками, и не только из-за своей тесной дружбы с мистером Тоскани. Наркотики убили жену мистера Риццоли, Маленького Рики, и наркотики убивали его брата.

— Да уж. — Паоло схватил деньги и направился к двери.

— Подумай хорошенько, — крикнул Алекс. — Все, кто вмешивается в его дела, кончают смертью.

Двадцать вторая

— Что мы здесь делаем?

— Ш-ш-ш, bella. — Лука провел Габриэллу на кухню «Иль Таволино». Хотя все уже ушли после тихого вечера понедельника, воздух все еще был теплым и восхитительно пах томатным соусом. Лука любил свою кухню в ночной час, где блестели металлические столешницы, медные кастрюли висели на крючках над газовой плитой, жестяные и стеклянные баночки были аккуратно расставлены на полках. Это напоминало ему о доме, о том, как он прокрадывался на кухню, чтобы перекусить поздно вечером, только для того, чтобы пришла мать и приготовила ему еду, независимо от того, в какое время это происходило. В ночной тишине у них происходили лучшие беседы.

— Когда мужчина голоден, bella, он ищет еду. — Он также хотел развеселить ее. Хотя она и пыталась это скрыть, но она была очень расстроена, когда он забрал ее после работы, а он скучал по ее улыбке.

— Знаешь, что самое смешное? То же самое и с женщинами. Разве это не сумасшествие? Голодные женщины тоже нуждаются в еде. — Она неодобрительно подняла бровь. — Мы могли бы поехать ко мне домой, где я могла бы отдохнуть и расслабиться после долгого, невероятно скучного понедельника, сидя в бюро Краж и обзванивая людей по поводу пропавших телефонов. Хотя я не профессиональный повар, как ты, у меня есть еда и микроволновая печь, в которой ее можно приготовить. У меня также есть удобный диван, удобная одежда, телевизор, который будет показывать мое любимое ток-шоу, и собака, которая тоже любит еду, диваны и ток-шоу.

— Смею добавить, у тебя есть соседка по комнате, чтобы присматривать за Максом. — Он открыл холодильник и осмотрел его содержимое.

— Тоже верно. — Она села на любимый стул Майка, и когда она наклонилась вперед, чтобы положить подбородок на руки, он получил прекрасный вид на полумесяцы ее груди. То, что он планировал сегодня вечером, было тем, что они определенно не могли сделать, когда Макс и Николь были рядом.

— Что ты собираешься приготовить?

— Я не собираюсь ничего готовить. Мы будем играть. — Он вытащил огурец, и она в ужасе ахнула.

— Лука Риццоли. Мы не играем с едой.

Что ж, это было неожиданно. Его кухня была миром самых чувственных кулинарных возможностей. Возможно, она не понимала, какое удовольствие он хочет ей доставить.

— Я вижу, ты смотришь на холодильник. — Она сердито посмотрела на него. — Я знаю, как работает твой мозг. И на всякий случай, если у тебя возникнут какие-то идеи, внутри моей вагины нет ничего, что предназначалось бы для потребления. — Она уперла руки в бока, и Лука постарался не хмуриться.

Как они собирались развлекаться со всеми этими запретами? Как он продемонстрирует свое сексуальное мастерство? Покажет ей, каков он авантюрист в любовных делах?

Здесь у него было все, что нужно. Его последняя партия включала баклажаны, несколько огурцов с гладкой кожицей, кабачок, цуккини и, для полного сражения, кукурузу в початках.

— Bella… — развел он руками, заговорив самым ласковым тоном.

Габриэль покачала головой и скрестила руки между ног.

— Прости. Это — зона не для овощей.

— Мяса? — с надеждой спросил он. У него было изобилие пепперони, сосисок и хот-догов, хотя он подозревал, что хот-доги не проделают этот трюк после того, как она получила удовольствие от его значительного размера.

— Я очень разборчива в салями, — сухо сказала она. — Я буду чувствовать себя так, будто изменяю тебе.

Он оглядел кухню, оценивая ограниченные варианты, доступные ему сейчас. Пустая кухня была возможностью, которую нельзя было упускать, и с уборщицами, приходящими утром, чтобы убедиться, что все соответствует гигиеническим стандартам, он мог позволить себе одну из фантазий, которая у него была, когда Габриэль впервые вошла в его ресторан. В его голове росла идея, и этот мысленный образ заставил его напрячься.

Обойдя стойку, он осторожно поднял ее со стула.

— А что, если я поцелую тебя здесь? — Он начал покрывать поцелуями ее шею до ложбинки у основания горла, вдыхая стойкий аромат ее тела, омывающего ее кожу. После вчерашнего ужина с матерью он отвез ее домой и чуть не заставил опоздать на работу сегодня утром, потому что не мог насытиться ее мягким, сочным телом.

— Да, думаю, это было бы неплохо. — Ее лицо смягчилось.

— А здесь? — Он двинулся ниже, прокладывая поцелуями путь вниз по V-образному вырезу ее футболки к полумесяцам ее груди.