Чтение онлайн

— На то, что не соответствует ритуалу, нельзя смотреть; то, что не соответствует ритуалу, нельзя слушать; то, что не соответствует ритуалу, нельзя говорить; то, что не соответствует ритуалу, нельзя делать.

Янь Юань сказал:

— Хотя я и не достаточно сообразителен, буду поступать в соответствии с этими словами.

Чжун-гун спросил о человеколюбии.

Учитель ответил:

— Вне своего дома относись к людям так, словно принимаешь дорогих гостей. Используй народ так, словно совершаешь важное жертвоприношение. Не делай людям того, чего не желаешь себе, и тогда и в государстве и в семье к тебе не будут чувствовать вражды.

Чжун-гун сказал:

— Хотя я недостаточно сообразителен, но буду поступать в соответствии с этими словами.

Сыма Ню [127] спросил о человеколюбии.

Учитель ответил:

— Человеколюбивый человек в разговоре проявляет осторожность.

[Сыма Ню] спросил:

— Тот, кто в разговоре проявляет осторожность, называется человеколюбивым?

Учитель ответил:

— Если [человек] встречает трудности в деле, то разве он не будет осторожным в разговоре?

Сыма Ню спросил о благородном муже.

Учитель ответил:

— Благородный муж не печалится и не испытывает страха.

[Сыма Ню] спросил:

— Того, кто не печалится и не испытывает страха, можно назвать благородным мужем?

Учитель ответил:

— Если, взглянув на свои поступки, [видишь], что стыдиться нечего, то отчего же еще можно печалиться и испытывать страх?

Сыма Ню сокрушался:

— У всех есть братья, только у меня их нет.

Цзы Ся сказал:

— Я слышал, что жизнь и смерть зависят от воли Неба, знатность и богатство – во власти Неба. Если благородный муж почтительно исполняет дела; не совершает ошибок, вежливо относится к людям и соблюдает Правила, то в пределах четырех морей ему все – братья. Зачем благородному мужу печалиться, что у него нет братьев?

На вопрос Цзы Чжана, кого называют проницательным.

Учитель ответил:

— Если человек не поддается ни [умело] пущенной клевете, ни досужим вымыслам, то его можно назвать проницательным. Если не подвластен ни [умело] пущенной клевете, ни досужим вымыслам, то его можно назвать также и дальновидным.

Цзы-гун спросил об управлении государством.

Учитель ответил:

— [В государстве] должно быть достаточно пищи, должно быть достаточно оружия и народ должен доверять [правителю].

Цзы-гун спросил:

— Чем прежде всего из этих трех [вещей] можно пожертвовать, если возникнет крайняя необходимость?

Учитель ответил:

— Можно отказаться от оружия.

Цзы-гун спросил:

— Чем прежде всего можно пожертвовать из [оставшихся] двух вещей, если возникнет крайняя необходимость?

Учитель ответил:

— Можно отказаться от пищи. С древних времен еще никто не мог избежать смерти. Но без доверия [народа] государство не сможет устоять.

Цзи Цзычэнь сказал:

— Для благородного мужа важна его сущность, зачем ему вэнь-культура?

Цзы Гун ответил:

— К сожалению, Вы ошиблись в оценке благородного мужа, а слетевшее с языка слово не догонит и четверка коней. Сущность и вэнь-культура одинаково важны [для благородного мужа]. Сняв шерсть, шкуру барса или тигра не отличишь от голой шкуры собаки или овцы.

Ай-гун обратился к Ю Жо:

— Год выдался голодный, и средств не хватает. Как быть?

Ю Жо ответил:

— Почему бы не восстановить десятину?

[Ай-гун] сказал:

— Мне даже двух десятин не хватит, на что мне одна десятина?

И услышал в ответ:

— Если у народа будет достаток, то разве может не хватать правителю? А если у народа не будет достатка, то разве может хватать правителю?

Цзы Чжан спросил:

— Как приумножить добродетель и как выявить заблуждение?

Учитель ответил:

— Руководствуйся преданностью и искренностью, действуй во имя справедливости – так приумножишь добродетель. Когда любят человека, желают ему долгой жизни; когда ненавидят человека, желают его скорой смерти. Желать жизни или смерти [человека] – это и есть заблуждение. Если так будешь поступать, то ничего не добьешься, а люди назовут это глупостью. [128]

Циский Цзин-гун [129] спросил учителя об управлении государством.

Кун-цзы ответил:

— Государь должен быть государем, сановник – сановником, отец – отцом, сын – сыном.

[Цзин-]гун сказал:

— Правильно! В самом деле, если государь не будет государем, сановник – сановником, отец-отцом, сын-сыном, то, даже если у меня и будет зерно, хватит ли мне его?

Учитель сказал:

— Решить судебное дело с полуслова был способен только Ю.

Он же никогда не откладывал [выполнение] обещанного.

Учитель сказал:

— Я не хуже других разбираю тяжбы, но лучше бы их вовсе не стало.