Чтение онлайн

– Александр.

– Да, отец.

– Подойди ко мне.

– Если ты думаешь, что…

– Я просто хочу попрощаться.

Настя не стала, раскрыв глаза, смаковать сентиментальную сцену прощания отца с сыном, такие вещи и в кино смотрятся как перебор, а уж в жизни… Короче говоря, она не смотрела. Почти. Ну так, немного, исподлобья. Ей показалось, будто король Утер что-то прошептал на ухо сыну, а тот кивнул, потом выпрямился, как будто еще раз прогнал в голове сказанное отцом и снова кивнул. Мать короля, скорее всего, этого не видела; наверное, она полагала, что ее повелительного скрежета достаточно, чтобы люди и события двигались в заданных направлениях. Александру Андерсону было указано двигаться из Лионеи, и после некоторой заминки так он и поступил, провожаемый растерянным кашлем белобрысого секретаря.

Утер некоторое время молча смотрел перед собой, а потом наклонился, чтобы поднять упавшую газету. То ли король еще не оправился от ран, то ли он наклонялся нарочито медленно, только Настя опередила его, подняла газету, сложила и подала королю. И не заметила ровным счетом ничего похожего на одинокую слезу в уголке королевского глаза.

– Теперь, – сказала Анабелла Андерсон, и Настя снова вздрогнула (голосом этой бабушки можно было отпугивать ворон на поле площадью три-четыре гектара), – мы можем, наконец, заняться делом.

Смайли с интересом посмотрел в темный угол королевских покоев.

– Откроем карты? – предположил он.

– Если они у вас есть, Роберт, – ответила королева-мать.

Король Утер все-таки был сильным мужчиной. В том смысле, что едва закрылась дверь за Александром, король повел себя так, словно принца тут и не было, а пустой стул оказался посредине комнаты лишь по недосмотру прислуги.

По крайней мере, он попытался так себя повести.

В руках у короля была газета, взглядом Утер уперся в Настю, и чтобы отвлечься от ухода Александра, король использовал обеих.

– Значит, Леонард все не дает тебе покоя, Анастасия? – спросил Утер. – Считаешь дни до истечения ультиматума?

– Он уже истек, ваше величество, – уточнила Настя.

– Прости, я не заметил. Значит, со дня на день должен состояться конец света? Я вот как раз сегодня просматривал газету, искал там признаки Апокалипсиса. Всякие знамения и тому подобное… Знаешь, что-то ничего похожего. Хотя…

– Может быть, вы читаете не ту газету, – предположила Настя, но Утер уже увлекся своим иронично-снисходительным монологом:

– …может быть, вот это? Рост нефтяных котировок на лондонской бирже. Это не оно, не знамение? Тогда – съезд адвокатов в Париже? Выставка телекоммуникационных технологий в Брюсселе? Забастовка мусорщиков в Португалии? Мурашки по коже, а? Или вот, – король перевернул несколько страниц. – Авария на фабрике по производству презервативов! Пьяный летчик распылил сельскохозяйственные удобрения над несколькими городками Северной Италии! Балерина упала в оркестровую яму и сломала арфу! Это? Или… Майкл Джексон решил жениться в третий раз?

– Вот это действительно путает, – пробормотал Смайли. Его Утер тоже не услышал, он бушевал, изо всех сил стараясь похоронить в этом буйстве свою боль.

– Ваше величество, – сказала Настя, король не отреагировал, и тогда Настя просто продолжила говорить, надеясь, что рано или поздно она переговорит короля: – Вы сказали, что ничего не помните про Леонарда. А я помню, и он ничего не говорил про конец света, так что не стоит искать в газетах упоминания о знамениях. Леонард сказал, что дает вам две недели, чтобы покинуть Лионею, а потом Лионея будет уничтожена, снесена. Никто не называл дату конца света, ваше величество, Леонард хотел, чтобы вы оставили Лионею и дали ему возможность получить то, что находится под Лионеей. Стирание начнется позже.

Она добилась своего, и последние Настины слова прозвучали в полной тишине. Потом король снова взялся за свое, правда, уже не так громко и не так буйно:

– Какое еще стирание? Какой еще снос Лионеи? Волшебник, который приедет сюда на бульдозере? Прекрасно! Анастасия, займи себя делом, напиши-ка книгу – «Леонард и его волшебный бульдозер»! Принцесса, вы рассорили Лионею с расой детей ночи! Вот настоящая проблема! Если вампиры перестанут соблюдать вековые договоренности…

– Не перестанут, ваше величество.

Фишер произнес это буднично и почти равнодушно. Да, вот так, между делом, рыцарь-администратор исправлял неисправляемое. Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, не требуя наград и конных статуй в знак признательности.

– Что ты имеешь в виду? – спросил король, как будто слегка огорчившись, что его отвлекли от морального изничтожения Насти. – Почему ты так уверен?

– Обстоятельства, – сказал Фишер и раскрыл папку. – Обстоятельства сложились так, что наши отношения с детьми ночи больше не являются проблемой.

– Накамура больше на меня не дуется? – Настя уважительно покосилась на папку, в которой содержались такие замечательные известия.

– Не интересуюсь чувствами господина Накамуры, – остудил ее Фишер. – А вы, принцесса, должно быть, не совсем понимаете, в чем состоят наши противоречия с детьми ночи.

– Я прекрасно все понимаю. Они хотели судить Дениса за убийство графа Валенте, мы хотели судить Марата за покушение на Дениса. Его королевское величество не хотели идти на уступки и готовы были драться на поединке, лишь бы Марату торжественно вбили в сердце осиновый кол. Но пока их королевское величество находились на излечении, я освободила Марата, надеясь, что и вампиры откажутся от своих требований. Они, паразиты, не отказались. Мы не хотели отдавать Дениса, поэтому вампиры бросили нам вызов, драться должна была я, но обстоятельства меня задержали, и драться вышла Амбер…

– Которая сейчас уже пришла в себя, – дополнил Фишер. – И благодаря поражению которой претензии вампиров стали неоспоримыми. Мы обязаны выдать им Дениса Андерсона.

– Ноя…

– То, что вы подрались с тем вампиром, который победил Амбер, ничего не меняет, – Фишер задумчиво посмотрел в потолок, подбирая доступные для Насти образы. – Если ваша сестра заняла второе место на соревнованиях по фигурному катанию, а вы потом встретили в темном переулке чемпионку и переломали ей ноги, ваша сестра все равно останется на втором месте. А вы пойдете в тюрьму.

– Я?

– Не вы, принцесса, а сестра той девушки, которая…

– Эндрю, я и не знал, что вы интересуетесь фигурным катанием, – перебил его Смайли. – Я всегда думал, что мужчины, которым нравится фигурное катание… Впрочем, не в этом дело. Вы только что сказали, что у нас больше нет проблем в отношениях с вампирами. А проблема состояла в Денисе Андерсоне и желании вампиров его судить. Я правильно понял – вампиры больше не хотят судить Дениса Андерсона?

– Не совсем так, Роберт, и если вы больше не будете меня перебивать, я сейчас все поясню.