Чтение онлайн

Дина стояла на пороге, ожидая приглашения. Не к себе домой пришла.

Зоя внимательно рассмотрела дочь, будто в замедленной съемке, по вертикали, от обуви до прически, и даже не попыталась скрыть разочарование.

– Заходи, – сказала она и направилась в гостиную.

Не на кухню, – отметила про себя Дина.

Разве не так принято в гостеприимных домах? Конечно, она все равно и кусочка не проглотила бы, находясь рядом с матерью, но эта подробность все равно запечатлелась в сознании, как неприятный факт.

В квартире было чисто. На журнальном столике хоть сейчас аппендицит вырезай – ни пылинки. И дело не в том, что Зоя ожидала гостей. Нет, она всегда была патологической чистюлей. Кровать Дины заправлялась, прежде, чем она заканчивала с завтраком. В мойке никогда не стояли грязные чашки, а к босым пяткам не прилипали крошки от печенья. И даже когда Зоя, много лет работающая санитаркой в отделении для лежачих терапевтического отделения, уходила в сутки смену, в квартире каким-то загадочным образом сохранялся идеальный порядок.

– Как дела? Как здоровье? – спросила Зоя, когда Дина со вздохом облегчения упала на диван. Сама она, закинув ногу на ногу, уселась напротив дочери в кресло.

– Ну-у-у. Все нормально. Я… Славуня неплохо учится, Митя работает грузчиком. Он хочет поступить следующей осенью в… – Дина мучительно подбирала слова, не соображая какая эмоция уместна в этом разговоре. Радоваться о встрече с матерью, или обижаться, учитывая, что матери, собственно, было наплевать на дочь все эти годы?

– Я в курсе, – перебила Зоя, скрещивая ладони, вздутые от вен. – С Митей я созваниваюсь каждый день.

Дину словно окатили ледяной водой. Она про это не знала. Пытаясь не подавать виду, решила сразу перейти к нужной теме:

– Я сейчас работаю с психологом в связи с тем, что я… ну э-э-э… Я уже давно пытаюсь похудеть, и мы с Ириной, с психологом, пытаемся отыскать причины. Что-то в этом роде.

Зоя ухмыльнулась, резко наклонилась вперед и поставила локти на колени:

– А-а-а! Как обычно виновата мать. Все проблемы из детства. По-моему, все эти психологи – шарлатаны, вымогающие деньги из особо чувствительных людей. Я, конечно, не врач, а обычная жопомойка, но и мне очевидно: чтобы похудеть, нужно меньше жрать и больше двигаться. Разговоры не помогут сбросить килограммы.

– Пожалуйста, не обесценивай мои чувства.

– Ой, вот только не надо этого! Говоришь словами своей этой Ирины. Хочешь, чтобы я попросила прощение, что проводила с тобой мало времени? Ну прости. Мы жили в тяжелое время. Твой папка, царство ему небесное, сначала бухал, а потом ходил по бабам, блять, как кобель озабоченный. Знаешь, почему у тебя не было подарка на девятилетие? Володя стащил отложенные деньги на велосипед и купил своей очередной шлюшке пальто, – Зоя говорила холодно, почти без эмоций, и от этого Дина покрывалась колючими мурашками. – Только вот со своей Ириной ты вряд ли говоришь про отца. Меня обсуждаете. Ну валяйте! Что еще? За что еще попросить прощение? Давай!

Дина с трудом сдерживала слезы. В ее представлении беседа должна была течь по-другому. Кончено, она не ожидала теплых объятий матери, но и такой резкой реакции тоже. А еще больно было услышать такое про отца. Воспоминания Дины хранили образ доброго и светлого человека. Он, будучи пьяным, часто садил дочку на колени и от всего сердца просил прощение за то, что он такой никудышный, а потом осыпал комплиментами. Так что Дина росла с убеждением, как она умна и красива. Потому что папа так сказал.

– Хватит! Я просто… – Дина вдруг забыла те вопросы, которые подготовила по дороге в Минск. Теперь в пустой голове гулял сквозняк. Она только сейчас заметила, что так и не сняла туфли и сумочку держала прямо на груди, будто ее хотели отобрать. – Ладно. Я лучше пойду. На улице меня ждет подруга.

Зоя вновь закинула ногу на ногу и спросила:

– Это все? Не похоже, что ты выполнила задание Ирины.

В гостиной было неуютно. Солнце спряталось за тучей, ползущей по голубому небу. Из приоткрытого окна потянуло холодом. Дина все никак не решалась уйти. Она знала, что мама будет внимательно наблюдать за ее неловкими попытками подняться.

– Ничего… Я попробую еще… Короче, ладно, – Дина перекатилась на бок и, упираясь ладонями в подлокотник дивана, встала. Зоя не отправилась следом, чтобы проводить.

Дина не помнила, как преодолела испытание лестницей. В груди жгла горячая обида, слезы мешали глядеть под ноги, и в какой-то момент она подумала, что сляжет прямо в этом подъезде. Но желание больше никогда не видеться с матерью придавало силу, правда, какую-то злостную и разрушительную.

Сквозь пелену дневного света Дина разглядела мерседес. Еще немного – и она окажется внутри, рядом с Олесей, в безопасности и вдали от этого адского портала. Только вот подруги нигде не было.

– Нашла время для экскурсии! – проворчала она и вытащила телефон из сумочки. Однако телефон выскользнул из трясущихся пальцев и упал под скамейку. – Сука! Как тебя теперь поднять?

Дина сейчас хотела только одного: громко заорать и затопать ногами, но она была уверена, что мать наблюдала за ней из окна гостиной. Она попыталась опуститься на одно колено, но поскользнулась и распласталась на скамейке. В это самое время хлопнула дверь подъезда и женский прокуренный голос спросил:

– Что случилось? Вам помочь?

Раздался и второй голос. Женщина говорила шепотом, но, конечно, Дина все слышала.

– Хочешь попасть под грузовик?

– Да заткнись ты!

Дина решила обозначить свое присутствие, мол, не сплю тут пьяная:

– Все в порядке. Я просто поскользнулась. Не могли бы вы подать мне руку?

Женщины помогли Дине подняться. Одна из них, высокая и курносая, показалась знакомой.

– Динка? Это ты? Какими судьбами? Я тебя и не узнала сразу, вернее, твою жопу, ха-ха, – женщина улыбнулась, выставляя на показ крепкие желтоватые зубы. В короткой кожаной куртке и обтягивающих джинсах она казалась вышедшей из двухтысячных годов. – Ты меня не помнишь? Я Маша Токарева. Сейчас я уже не Токарева, конечно, – она многозначительно посмотрела на свою подругу, которая тоже вырядилась в короткую куртку и обтягивающие джинсы.

Дина помнила обрывочно и смутно. Кажется, Маша была на пару лет младше и жила на пятом этаже.

Маша спросила:

– Маму навещала? Чего так редко появляешься?

Машина подруга, с брезгливостью разглядывая Динину фигуру, усмехнулась:

– Понятно почему.

И тогда Маша ударила подружку в плечо, взывая к вежливости.

Дина не знала, как отвязаться от неприятной компании, но телефон по-прежнему валялся под скамейкой, а Олеси нигде не было видно. Идти все равно некуда.