Чтение онлайн

Следующим пунктом в моей программе стал ближайший книжный магазин, где нашлась карта графства Сомерсет. Темпл-Клауд оказалась крошечной деревушкой неподалеку от городка под названием Мидсомер Нортон, чуть южнее каменного круга Стэнтон-Дрю. За выбор места с таким названием наши друзья заслуживали наивысшего балла. Оно наверняка как-то было связано с тамплиерами, хотя вряд ли это имело значение в нашем случае. На окраинах деревушки я обнаружил пару весьма подходящих местечек для Пиккерелл-хауса, но это предстояло выяснить только на месте. Первое, что мне предстоит, это разведка местности, потом надо выяснить, кто там находится, и принимать план действий. Если потребуется, меня обеспечат группой поддержки, но я, если имеется хоть малейшая возможность, предпочитаю действовать в одиночку. Хотя освобождение Энни представляется нелегкой задачей.

Содержимое кассы Бенни я бросил в первый попавшийся ящик для пожертвований, а потом помчался на служебную квартиру с такой поспешностью, словно задницу мне припекали угли из преисподней. Когда я добрался туда, уже наступило время вечернего чая, и сразу начались торопливые сборы. Проверка, перепроверка, в сумку. Очки для ночного видения, электронная аппаратура для слежки, камуфляжный костюм, черный маскировочный костюм, портупея и оружие. Все орудия нашего ремесла. Я аккуратно привинтил к пистолету глушитель, потом проделал то же самое с полуавтоматической винтовкой. Глушители для меня как заноза в заднице, они годятся только для ближнего боя, но я доверял своим способностям маскироваться и верил, что смогу подобраться как можно ближе, чтобы рискнуть ими воспользоваться. Я никогда не считал себя снайпером, и их темное искусство мне так же непонятно, как и мое им. Пластиковые мешки для физиологических отходов — на всякий случай, если придется долго пролежать в засаде, и запас еды и питья на пару дней. Бинокль с антибликовыми линзами, встроенной камерой и дальномером. Потайная ударобезопасная рация с отличной защитой, чтобы Босс мог знать, как идут дела, и чтобы позвать парней из Херефорда, если ситуация станет слишком напряженной для меня одного. Все это вместе с запасными обоймами разместилось в моей портупее и небольшом рюкзаке. Перед самым выходом я проверил лезвие моего любимого десантного ножа фирмы «Сайке Файрбэйрн» — лучшего, по моему глубокому убеждению, оружия для ближнего боя в человеческой истории войн. Как только нож скользнул обратно в ножны, мое снаряжение было готово. Напоследок я отослал Боссу сообщение, чтобы он знал, куда я направился и зачем. Потом швырнул багаж в машину и в свете заходящего солнца покатил на юг.

Машину я оставил на придорожной стоянке, в двух милях от цели. По пути в Манчестер при помощи спутникового навигатора в машине я точно определил искомое место, и после этого нам даже удалось запустить с местного аэродрома самолет-разведчик, так что у меня вдобавок появилось два кадра аэрофотосъемки. Один большой дом и что-то вроде конюшни справа, если стоять лицом к входной двери. Засыпанная гравием аллея поворачивает от дороги к дому под углом в девяносто градусов, и это может стать отличным укрытием от назойливых взглядов. По обе стороны от аллеи лежит ровная лужайка, футах в тридцати к югу протекает ручей, но, что более важно, с северной стороны к дому подходит небольшая рощица. Ее-то я и выбрал в качестве укрытия для первичного наблюдения за домом.

Я забрал свой багаж и направился в сторону Пиккерелл-хауса, двигаясь немного медленнее, чем обычно, чтобы не слишком тревожить местных обитателей. Еще на час я задержался в лесу, чтобы набрать листвы и приклеить ее к камуфляжному костюму. Стандартный камуфляж может отчасти обрисовать ваш силуэт, и для того, чтобы надежнее ускользнуть от посторонних взглядов, нет ничего лучше местной растительности, особенно если листва расположена должным образом. Затем я неторопливо добрался до выбранного наблюдательного пункта. К тому времени уже перевалило за полночь, так что я устроился поудобнее, чтобы осмотреться и выработать сценарий, и ждал подходящего момента для подробного осмотра местности.

Последний огонек погас около двух, но я выждал еще час, а потом вышел из укрытия, надеясь как следует изучить здания. Основную проблему представляли конюшни — в обращенной ко мне стене в них не было окон, а сама постройка загораживала главный вход в дом. Идти по гравийной аллее было слишком рискованно. Приходилось немного дорабатывать план на ходу. Большой куст, росший неподалеку от дорожки, показался мне вполне подходящим, и я решил подойти ближе, чтобы его обследовать. Растение обладало преимуществом открытого вида на главный вход, но было усыпано шипами, что могло создать трудности, если бы пришлось выбираться оттуда в спешке. Однако другого варианта не было, и новая позиция приближала меня к цели на пятьдесят футов. При соблюдении разумной осторожности все должно быть отлично.

К тому времени, когда на востоке забрезжил рассвет, подготовка была закончена. Я лежал в неглубокой траншее под пластиковым лоскутом, замаскированным землей и травой, так что он сливался с поверхностью почвы. Направленный микрофон «Волчье ухо» смотрел в сторону дома, и, кроме него да еще затененных линз бинокля, ничто не выдавало моего присутствия. На последнем испытании при обучении маскировке на местности за нами охотились гуркские стрелки, и из пятнадцати человек тестирование прошел только я один. Грязь и глина меня ничуть не раздражали, поскольку они были моими союзниками, так же как и насекомые, ползавшие по спине, и птичка, возвещавшая о возвращении солнца звонкими трелями с верхушки куста.

В течение двух последующих часов в доме ничего не происходило, и за это время я протолкнул в горло немного еды, а потом стал обдумывать способы проникновения внутрь. Задача не из легких; в идеальном случае хорошо бы застать их всех в одном месте и пустить в ход автомат. Неплохо было бы оглушить шумовой гранатой, но у меня таких не было. Я не очень-то их люблю, как и слезоточивый газ или другие способы, применяемые парнями в армии. Я не против хорошего взрыва, но всегда гордился тем, что грубому эффекту предпочитаю скрытность. Самое лучшее оружие, на мой вкус, это хорошие мозги, и мне больше нравится использовать ум, чем ружья, гранаты и всю прочую громкую музыку.

Около семи дом начал просыпаться. В окнах зажегся свет, и я без колебаний отметил на своем плане спальни, а после того, как были раздвинуты шторы, нанес на схему и имена их обитателей. Потом в наушниках послышались признаки активности в доме. По моим подсчетам выходило, что там не меньше семи человек, но, даже слыша голоса, из-за толстых стен я не мог разобрать ни слова. Хотя казалось, что все идет хорошо: голоса звучали спокойно, без всякой настороженности. Утро обещало быть ясным, и мне оставалось только неподвижно лежать, ждать и наблюдать.

В течение дня активность в доме была невысокой. Время от времени кто-то покидал сборище и отправлялся на прогулку, а после ланча одна из женщин завела стоящий снаружи старенький «вольво» и уехала, а потом вернулась с покупками. Судя по времени, затраченному на поездку, она воспользовалась ближайшим магазином в местной деревушке. Довольно разумно, поскольку мы могли бы вычислить их местоположение в первый же момент, когда кого-то засекла бы камера наблюдения в городском универсаме. Я никогда не сомневался в умственных способностях своих противников, и этот факт стал еще одним подтверждением моей правоты.

К тому времени я уже пришел к заключению, что существует всего два способа разрешения стоящей передо мной задачи: прокрасться в дом под покровом ночи и уничтожить женщин в кроватях или вызвать штурмовую бригаду и брать приступом. Ни один вариант не вызывал у меня большого энтузиазма. Вызов массированного подкрепления грозил нашей службе осложнениями как с точки зрения оперативности, так и в политическом смысле, поскольку подобные действия могли привлечь нежелательное внимание МИ-5 и средств массовой информации, что очень плохо для отдела, официально не существующего. И что бы ни говорил Босс, мне совсем не улыбается шнырять по дому с ножом, изображая серийного убийцу. Но, как говорит пословица, не можешь ударить, не замахивайся. Я начал обдумывать способы незаметного проникновения в дом.

На закате дверь дома распахнулась, и женщины в черных балахонах стали выходить друг за другом, направляясь к конюшне. Первой шла Гамильтон, поблескивая серебряным медальоном на груди, следом за ней показалась Каролина Блейк. Энни шла предпоследней в цепочке и выглядела не слишком счастливой. Это хорошая новость — она еще жива и ее до сих пор не раскусили. Я задумался, почему она до сих пор не попыталась сбежать, но решил, что Энни не хотела их настораживать до тех пор, пока я сам с ними не разберусь. Хорошая девочка. Похоже, она входит во вкус в нашей игре.