Чтение онлайн

Тут же опомнившись, она подумала, что у нее это прозвучало прямо, как у Барта Девлина.

Кристина открыла ворота, и Хейл вышел из машины.

— Как, черт побери, я свяжусь с тобой? У тебя нет телефона; я не смогу подъехать к дому…

— Ты можешь доехать до цепи, а остальное пройти пешком.

— Пешком? Это место совсем тебя погубило, Тина!

— Здесь всего-то полтора километра, — она шутливо свела брови. — Тебе это будет раз плюнуть.

— Хватит, женщина! Ты знаешь, что это не мой вид спорта. Проведем завтра вместе ланч, раз ты отказываешься от завтрака. Я думаю, здесь найдется местечко, где можно заказать что-нибудь, кроме фасоли с блинами?

— Откуда ты знаешь, что я не буду настаивать на фасоли и блинах?

— Встретимся, Тина?

— Хорошо, договорились.

— Значит, в час у меня.

Он хотел ее обнять, но Кристина отступила назад.

— Спокойной ночи, Хейл.

Расправляясь с утренними делами, Кристина размышляла над предложением Хейла. Над предложением и тем, что за ним стояло: развлечения, роскошь и любовь. В жизни Хейла это было основным, и он щедро мог всем поделиться.

Что же касалось пробуждения, это была другая сторона медали. Был ли интерес Хейла к ней только вызовом, желанием взять наконец реванш в затянувшемся завоевании? Или она затронула в его душе какие-то струны, которые при их встречах всегда дрожали? Не показалось ли ей, что после жизни «с музыкой, икрой и шампанским» он вдруг страстно возжелал тишины и домашней пищи только с хлебом и маслом?

А если это было так, могла ли она ответить тем же или хотя бы испытать его хваленые способности любовника. Она вспомнила его поцелуй, его мягкие и сильные руки, и как задрожали ее губы и руки в поисках ласки, и как по спине пробежал нервный холодок, и горячая волна желания превратила ее худощавое тело в нечто легкое нежное и невесомое… Кристина призналась себе, что отклик ее женского начала после года одиночества был ей совсем не неприятен.

И тут же на нее нахлынула невероятная тоска. Это было похоже на эхо жизненных весен, но не более. А большего ей не хотелось. По крайней мере, так Кристине казалось сейчас. Может быть, сегодня, когда она увидит его снова, что-то поможет тайным мыслям и чувствам проснуться и тоненькими ручейками, неслышно и неуловимо слиться в огромный поток любви и страсти.

Хейла трудно было понять и трудно было определить их отношения еще и потому, что она ничего не знала о его прошлом. За все время их знакомства он ни разу не упомянул о том, что произошло с ним до того, как он открыл магазин в Беверли Хилз, а это был не один десяток лет. Все было так, как-будто он попал в этот мир взрослым, без детства, без родителей, без учебы. Хотя ранняя молодость Кристины и прошла в разъездах, привязанность к семье была сама собой разумеющейся, и именно в семье она всегда находила поддержку.

Кристина подметала крыльцо веранды, когда увидела Антонио Альварадо Переса, свернувшего с дороги, которая вела к ее дому. Горнист зарычал и подал голос на самой высокой ноте, затем подбежал, уселся у ее ног. Кристина отложила веник. Она обратила внимание на мягкую походку Антонио и окликнула его.

— Снова забыли свою флягу?

На его загорелом лице сверкнула улыбка, и он похлопал по фляге у себя на поясе.

— Учусь на ошибках, сеньорита. Их у меня уже достаточно, чтобы не повторять. Я пренебрег правилами этого места — заметьте, я остался на дороге, — и рискую вызвать ваше негодование, но я хочу вам отплатить сегодня за то, что вы вчера спасли мою жизнь.

Кристина улыбнулась в ответ на его причуду.

— Я благодарна вашей добродетели, и настоящая награда для меня знать, что солнце пустыни не высушило ваши кости.

Это прозвучало не совсем весело. Лицо Кристины помрачнело; она вдруг вспомнила про кость, которую нашел Горнист.

Но Антонио не обратил на это внимания. Он облокотился на каменный столб.

— Для вас, может быть, достаточно, а для меня нет. Сейчас, когда мне возвращена прелесть жизни, я должен как-то отметить это и выразить свою признательность. Мы очень мало знакомы. Не мешало бы нам наладить более прочную связь как спасителя — он смешно пожал плечами — и спасенного? Вы мне окажете большую честь, если сегодня вечером мы вместе поужинаем. В деревне у въезда в Монумент есть мексиканский ресторан. Интересно будет узнать, готовят ли они традиционную еду, правда?

— Ой, я не могу сегодня, честное слово, — сказала Кристина. — Спасибо, но боюсь, что вам придется отметить это каким-нибудь другим образом.

Он приоткрыл рот, изображая трагедию.

— Вы отвергаете меня и единственное желание за всю мою жизнь? Хотя вы правы в своей предусмотрительности. Могу заверить вас, что я респектабельный городской служащий. Да, но как вы узнаете, что я говорю правду?

Он немного помолчал и снова заговорил, прежде чем Кристина смогла ответить.

— Если бы мы встретились у ресторана…

Кристина неохотно выслушала его. Возможно ли за один день покинуть кокон и сразу стать прекрасной бабочкой? Она сегодня позвонила Эмми Хокинс и сказала, что должна идти по делам. Увы, прошло много времени с тех пор, когда она могла думать о развлечениях в чьей-нибудь компании.

— Хорошо, — вздохнув, сказала она. — Мы встретимся там.

— Значит, в семь часов? Этот день для меня, наверное, никогда не кончится.

Они с Горнистом подозрительно посмотрели друг на друга, затем Антонио смело взял Кристину за руку и склонился перед ней.

— До вечера, сеньорита Кристина.

Она стояла и смотрела, как он буквально скатился вниз по дороге, обернувшись только, чтобы помахать ей рукой. Его дерзость и настойчивость произвели определенное впечатление, но только потому, что у него был такой великолепный юмор. Да что же с ней происходит, что это за безрассудство?

Она оценивающе откинула назад голову. А с другой стороны, этот контраст, сравнение будет полезным, если Хейл снова начнет ее домогаться.

— Боже, и ланч и ужин в один день!

Не задумываясь больше ни о чем, Кристина оделась к ланчу в красное с белым платье западного производства и повязала на шею красную шелковую косынку. На ногах у нее были босоножки «леви». Если бы у них с Хейлом что-нибудь получилось, это одинаково переменило бы жизнь их обоих. Но как бы все ни обернулось, она всегда будет бесконечно предана этому краю пустынь, она открыла его…

Кристина с сожалением оставила Горниста дома. Ему было бы очень жарко находиться в машине, пока они будут обедать. Уезжая, она встретила пикап Барта Девлина и посигналила.

— Вы больше ничего не слышали? Про кость?

— Пока нет, хотя уже прошло немало времени. В город?

Она кивнула.

— Приехал старый друг. Я собираюсь с ним пообедать.

На его суровом лице появилось какое-то странное выражение еще до того, как она успела пояснить.

— Это тот друг, который был у вас вчера вечером?

— Да. Откуда вы знаете? — Кристина вздрогнула.

— Моя работа, мэм, следить за тем, что происходит в Монументе. Трудно было не заметить этот «линкольн».