Чтение онлайн

Глава Двенадцатая

Планы Великих

Темнота, протяни руку – ладони не увидишь. Неужто ошиблась? В глубине помещения замелькал голубой огонек. Кажется, мне туда.

Медленно и осторожно ступая, кто знает, что меня ждет на пути, шла в направлении огонька. И чем ближе я приближалась, тем ярче он разгорался, а значит, я на верном пути. Огонек стал обретать форму сферы, которая парила в воздухе, окутанная легкой нежно-голубой дымкой. Руки сами потянулись к ней. Стоило ладоням коснуться сферы, как меня моментально затянуло внутрь.

И вот я стою на небольшой поляне. Вокруг зеленая трава, деревья, цветы, напоминающие наши розы, только лазурного цвета.

“Если это часть испытания, тогда где?.." – крутится в голове мысль.

– В моем саду, – откуда-то позади послышался женский мелодичный голос.

От неожиданности испугалась, повернулась туда, откуда доносился голос. Возле дерева стояла женщина невероятной красоты: густые волосы платинового цвета волнами лежали на плечах, длинные черные ресницы, из-под которых насмешливо смотрели полуночно-синего цвета глаза, немного пухлые кораллового цвета губки с надменной улыбкой. Добавьте к этому тонкую длинную шею и выпирающие ключицы. Худенькая, в простом свободном платье цвета темной лазури. При этом от девушки исходила власть и какое-то подавляющее чувство превосходства.

“Красивая”, – подумала про себя.

– Спасибо, Зоря, – мягким голосом произнесла незнакомка.

– Вы знаете меня? – удивленно спросила, в голове рой мыслей, одна лучше другой.

Словно серебристый колокольчик прозвенел ее смех и, переплетясь с тишиной, эхом пронесся по поляне.

– Конечно, я всех своих детей знаю, – нежно улыбаясь, мягко произнесла незнакомка, вот только взгляд по-прежнему холодный.

– Богиня, – прошептала, осознав, кто перед кем стою. И вот как с ней общаться? Опыта общения с божественными личностями у меня нет.

– Как с подругой, – пришел мне ответ. Ну да, конечно! Вот не верю. – Давай так, если тебе будет проще, – махнула рукой, и на поляне словно из воздуха возникли стулья и стол, на котором стоял чайный сервиз из белого фарфора, а также варенье в пиалке и печенье.

Не спешила садиться, какое-то свербящее чувство не давало покоя.

– Богиня Викки, – неуверенно, с запинкой прошептала я.

– Не бойся, – с долькой лени произнесла она, присаживаясь за стол. – Присаживайся, поговорить нам надо.

Пока медленно, не спеша шла к столу, она продолжила говорить:

– Селена, Артемида, Диана, Бендида, Бастет, Иштар, Мара, Чан-Э, Амэ-но удзумэ, Даная, Шеларди, Ассирия, Аннит, Викки, – это не все мои имена: в каждом мире, в каждом времени мне давали разные имена. Мне понравилось, как ты защищалась перед драконом, и то, как ты ткнула его носом. Но только вот подумай, все ли драконы такие плохие? Твоя мать, например, она приютила тебя, ухаживала, когда ты переместилась, приняла в род, дает надежду на будущее. И это я не беру в рассчет ее переживания, любовь, в конце концов, – делая небольшой глоток чая, произнесла богиня, глядя на меня.

А ведь она права. Я вызверилась на дракона, обвинила его во всех грехах против лунных, а ведь моя мама-дракон дала мне так много. Как и в каждой нации нет плохих и хороших, так и в каждой расе в тебе либо есть человеческое либо нет. Совесть, не скажу, что она меня замучила, я продолжаю считать себя правой, что высказала это все дракону.

– Браво, вот этого я от тебя и ждала, – отставив от себя чашку, восхищенно проговорила богиня. – Я не ошиблась, когда договаривалась с Янусом, переправляя в тот мир своих детей.

– Это сделали вы? – удивление, неверие – все это отразилось в моей интонации.

– Конечно, а кто ж еще? – ответила вопросом на вопрос. – Понимаешь, они все мои дети, и как каждая мать я не могу не любить даже самого провинившегося ребенка. Вижу непонимание в твоих глазах, – в ее голосе послышалось сожаление, и мне тут же пояснили: – когда согласилась принять драконов, я взяла за них ответственность, они стали мне такими же детьми, – несколько минут мы молчали, затем богиня продолжила. – Когда они только переселились, все было хорошо, лунные их приняли и во многом помогли, но вскоре старший сын императора влюбился в в единственную дочь императора лунных. Естественно, она не ответила ему, так он не был ее истинным, да и девушка была уже замужем за тремя истинными. Разум императора затмили обида, злоба и ревность. Вопреки предостережению отца он собрал драконов и пошел войной на лунных. На их защиту многие встали, – предопределила мой вопрос богиня. – Но его и это не остановило. Томимый желанием, он убил двух ее мужей, но ее и третьего мужа так и не нашел. Часть лунных переселилось в твой мир.

– А часть? – осторожно поинтересовалась я.

– Молодец, внимательная, – похвалила богиня. – А часть спрятали у себя демоны. Единственные, кто способен под самым носом спрятать так, чтоб никто не догадался, скрыть магией смерти.

Запах чая с запахом бергамота летал в воздухе. Не выдержав, я все же присела за стол.

– С Земли, – произнесла богиня. – Знала, что оценишь.

– Почему другие решили уйти на Землю, и зачем надо было договариваться с Янусом?

– Понимаешь, как бы я ни любила своих детей, но понимала, что лунные с данной им магией не ценят то, что имеют. Вместо того, чтобы бороться за свою независимость, а они не слабее драконов, лунные пошли просить помощи у других рас. Их уничтожали, а они только смотрели на смерти близких и ничего не предпринимали, жалея себя, прося моей помощи. И я поняла, что так больше не может продолжаться, ведь если их возьмут в плен, в рабство, то они воспримут это как положенное, за свои прегрешения. И тогда я обратилась к богу времени, чтобы часть народа переселить на Землю, он помог мне. И вот удивительная вещь, не многие смогли приспособиться, и только их дети и внуки начали хоть немного бороться, но счастья так и не находили. Я же не просто так их перенесла туда, – стала оправдываться богиня. – А чтобы они там научились хоть немного бороться за себя, отстаивать свое. Но тщетно: они сами воспринимали все, как должное, и тому же учили своих детей.

Вспомнила свою мать. Вот про нее-то я бы этого не сказала: она всегда, везде и во всем ищет выгоду.

– Такие, как твоя мать, они потеряли свою душу, – прошептала богиня.

– В смысле, потеряли? – чуть ли не подскочила на стуле.

– А в том, что это был неудачный эксперимент. Они ищут, но не находят, бросают своих детей, чтобы найти себя, понять… И так будет всю жизнь.

– Ну знаете! – не сдержалась я. – Как раз моя-то мать отлично знает, чего она хочет!

– Богато мужика, забыв про собственного ребенка, не испытывая к собственному дитя чувств? – мне действительно казалось, что мама меня не любит. Порой она смотрела на меня холодным взглядом, будто сама задается вопросом. И ответ я услышала:

– Твоя мать и подобные ей лишены чувств, но это не значит, что я бросила вас. Вспомни, порой помощь тебе приходила из ниоткуда, и мне нравилось, что ты даже в самых сложных ситуациях всегда находила выход. Даже уставшая и выжатая, ты шла до конца, ты боролась. И мне это нравилось в тебе.

– Можно сказать, я ваш удачный эксперимент? – иронию в голосе скрыть не могла, да и не хотела, потому как вот именно такой я себя и почувствовала – собачка, которую постоянно водили за косточкой. Мне почему-то стало горько и обидно за маму. Ведь она могла быть другой, и я с самого детства могла бы иметь МАМУ. А все почему? Потому как такова прихоть богини.

– Ты не так поняла!

– А как? – громко отставила от себя чашку и позволила себе повысить голос. – Как? Может, объясните? Вы решили поставить опыт: выживут они в чуждой для них среде или нет? А что при этом испытывают подопытные, Вам не интересно, главное ведь результат. Ведь так?

– Так, – не ожидала, что она так легко согласится. – О последствиях я не подумала.

 Вот что на это ответить?

– Я не последняя лунная. И это радует. Где они?

– Когда-нибудь ты их найдешь, но в твоем приоритете должна быть учеба.