Чтение онлайн

Росс понимал его, но Меган он доверял. Проглотив комок в горле, он ласково обнял плечи своего старого друга и учителя.

– Если Мег говорит, что она ее не отрежет, значит, не отрежет.

– Я дал ей повод невзлюбить меня, – сказал Эндрю.

Росс увидел, как печально сжала губы Меган.

– К сожалению, в этом ты не одинок, но у моей Мегги всепрощающее сердце. Ты виноват перед ней меньше, чем я, но она ведь спасла меня от яда, так что можешь доверить ей свою руку. – Росс почувствовал, как Эндрю расслабился. – Дейви, принеси другую чашу со снадобьем и помоги ему выпить, – сказал Росс.

Меган улыбнулась Россу с благодарностью… и не только за помощь. Его поддержка согрела ее, придала мужества выполнить то, что ей предстояло. Через плечо она велела Дейви принести иглу и нитки из мешка, поспешно собранного женщинами из Ларига.

Эндрю лежал с закрытыми глазами, но, когда игла вошла ему в тело, он сморщился. Меган едва сдерживалась, чтобы не дрожать – это «вышивание» ей было особенно не по душе, но ведь он истечет кровью, если она не соединит края зияющей раны от плеча до локтя. Несмотря на то что ему ремнем перевязали подмышку, кровь лилась потоком.

Меган обуревали сомнения. Она хорошо умела лечить больных травами, принимать роды, а вот зашивать раны, полученные в сражениях… Ей казалось, что у нее ничего не выйдет, она боялась не оправдать доверие Росса. Подняв на него обеспокоенный взор, она увидела, что он ей улыбнулся.

– Ты просто постарайся, любовь моя. Больше от тебя ничего не требуется.

Любовь. Да, именно любовью светились его глаза. Это придало крепость ее рукам. На этот раз Эндрю не пошевелился, когда в него вонзилась игла. К счастью, либо он потерял сознание, либо подействовал опиум.

Преданный Дейви сидел с одной стороны, промокая кровь, чтобы ей было видно, что она делает. Росс не отходил от нее с другой стороны. От него веяло надежностью, и в ней Меган черпала силу, столь необходимую для этого долгого и тяжелого испытания. Время от времени он вытирал пот у нее со лба и вдевал в иглу новую нить.

Когда наконец рана была зашита, обложена листьями крапивы, чтобы уменьшить опасность воспаления, и перевязана, Меган в изнеможении откинулась назад. И тут же почувствовала объятия Росса. Затем он стал мыть ей руки, а она слабо возражала.

Он смывал с нее кровь Эндрю, и его прикосновения были такими же нежными, как прошлой ночью, когда он обучал ее искусству любви. Было так приятно опереться о него и дать ему позаботиться о ней. Он вытер ее и поставил на ноги. Меган снова напряглась.

– Я должна заняться Лукасом.

Парень лежал по-прежнему с закрытыми глазами и такой бледный, что веснушки выступали на лице, словно рассыпанная корица. Меган еще раньше обмыла и перевязала ему рану на голове, но он так и не пришел в сознание, и она боялась, что не придет никогда.

– Дейви посидит около него, – заверил ее Росс. – Тебе и так уже досталось сегодня.

– Но… – она пыталась сопротивляться, однако Росс крепко держал ее, лаская взглядом.

– Я, конечно, не лекарь, но знаю, что если ты не поспишь, то завтра утром от тебя не будет никакой пользы раненым.

Меган вздохнула и сдалась.

– Хорошо.

То, что она так быстро с ним согласилась, насторожило его больше, чем ее бледность и фиолетовые тени под глазами. В его объятиях она казалась такой хрупкой и уязвимой. Он вынес ее на свежий ночной воздух. Было холодно, и Росс крепко прижимал Меган, как бы вбирая ее всю в себя и оберегая. Но никто из них не может уберечься, подумал он, идя к своему шатру и глядя на раненых, лежащих на одеялах по всему лагерю. Пока не закончится это адское путешествие, угроза остается.

Росс был удивлен, что чувствует настоятельную необходимость защитить Меган, и не только от других, но и от нее самой. Я люблю ее, подумал Росс, глядя на свою драгоценную ношу. Понадобилась уйма времени и их полное опасности положение, чтобы он это понял. Но в их браке все было не по правилам.

– Росс? – Он вздрогнул, очнувшись от своих мыслей. Она пристально глядела на него. Легкая улыбка играла у нее на губах. – Я не могу дышать, – ласково сказала она.

– Что? Ох! – Покраснев, он ослабил объятия, но совсем отпускать ее не собирался.

Меган провела ладонью по его небритой щеке.

– Спасибо тебе за помощь. И за доверие.

– Это я должен благодарить тебя, Мегги. – Он немного опустил ее, так что их тела соприкасались от груди до колен, крепкое мужское и нежное женское. – О, Мегги. Я… – Он хотел сказать: «Я люблю тебя». Слова вертелись у него на кончике языка, но прежние опасения оказались стойкими. Он любил ее и тем не менее боялся дать ей слишком много власти над собой.

Меган обвила его руками и прижалась к нему. Неважно, что ей по-прежнему тяжело дышать. Он ее любит, и она это знает, чувствует по биению его сердца, по дрожи руки, гладящей ее спину и голову. Такой человек, как Росс Кармайкл, не станет просто так дрожать.

– О, Мег. – Он поднял голову. Глаза у него были ласковые, как летнее небо, и в них светилось удивление. – Я… я…

– Ты любишь меня. – Зажав его лицо ладонями, она поцеловала его в губы, почувствовав его изумление и… страх.

– Дамы обычно ждут, когда им об этом скажут, – заметил он, когда она оторвала свой рот от его рта.

– Я нетерпелива. – Меган была не совсем уверена в себе, но все же лукаво улыбнулась ему. – Я не могу ждать, когда же ты забудешь Рианнон и поймешь, что любишь меня.

Он напрягся, а она прокляла свой длинный язык.

– Я не…

– Не хочешь говорить о ней. Я это знаю, – мягко сказала Меган. Какая-то часть внутри ее опасалась услышать об этой таинственной женщине, но Меган знала, что им не быть счастливыми, пока он не скажет правду. – Но ведь она словно болезнь, отравляющая наш брак. Почему ты не можешь мне рассказать о ее грехах, из-за которых ты стал ненавидеть всех женщин?

На лице Росса было написано такое страдание, что она чуть не пожалела о сказанном. Он сжал ее еще крепче и начал говорить. Тихо, хрипло. Слова с трудом срывались у него с языка:

– Я встретил Рианнон спустя несколько дней после того, как мы пересекли горы, чтобы начать сражение в Уэльсе. Она…

– Была очень красива? – уныло спросила Меган.

Презрительная усмешка исказила его губы.

– Она была темноволосая, необычная и хитрая, как паук, затаскивающий таких дураков, как я, в свою паутину. Это из-за нее я понял, что права святая церковь, заявляя, что все женщины прирожденные лгуньи и обманщицы.

– Мне это обидно слышать, – надулась Меган. – Та неправда, что я говорила, оберегала от боли других людей.