Чтение онлайн

Охранник настиг Меган и, вытащив из сапога кинжал, приставил его к ее шее.

– Не приближайтесь к ней!

Росс остановился как вкопанный и опустил меч.

– Прекратите, Комин. Вы окружены моими людьми, – сказал он, сознавая, что все бесполезно.

Комин откинул голову и захохотал. Затем подошел и забрал нож из рук своего воина.

– Может, так оно и есть, но ваши фигуры у меня в руках.

Последние лучи заходящего солнца зловеще поблескивали на лезвии ножа, который он перекидывал из одной руки в другую.

– И что теперь? – спросил Росс, чтобы только заставить Комина говорить.

Краем глаза он видел, как Дейви огибает скопление людей, приближаясь к тому месту, где разворачивалась ужасающая сцена. Только бы потянуть время…

– Меган мне не нужна. Вы можете взять ее с собой. Но ублюдок останется со мной.

– Нет! – Не обращая внимания на стоящего над ней Комина, Меган села, прижав руку к больной ноге. Росс поморщился, будто это его собственную ногу свело судорогой. – Я не оставлю Киерана. – Другой рукой она покрепче прижала хнычущего младенца. – Я пригожусь тебе, Комин, чтобы ухаживать за ним, – торговалась Меган.

– Мег! – закричал Росс и, объятый ужасом, хотел кинуться к ней.

Но действия Комина удержали его. Тот грубо схватил Меган за талию и поставил на ноги. Лезвием ножа он щекотал под ее упрямым подбородком.

– Ни с места, – предупредил он. – И ты, оруженосец, тоже, – добавил он, обернувшись к Дейви, подкравшемуся справа. – Мне нужен ребенок.

– Мег, отдай Киерана Комину и иди ко мне, – хриплым от страдания и тщетности усилий голосом сказал Росс.

Меган разделяла его чувства. Больше всего ей хотелось сделать так, как просил Росс, – убежать под прикрытие его сильных рук. Комин ведь ненавидел ее… и давно. Она ужасно боялась того, что он с ней сделает, если она попадет в его башню и окажется совсем одна и беззащитна. Но покинуть Киерана она также не могла.

Стараясь не пораниться о кинжал, Меган повернула голову, чтобы видеть лицо Комина. Глубоко в прорезях шлема его глаза блестели от дьявольской жажды мести. Он сумасшедший. Только безумный может заставить малютку Киерана платить за то зло, которое, по его мнению, ему причинил Лайон. Она не в силах умерить эту кипящую ненависть, но использовать ее попытается.

– Ты думаешь, тебе доставит удовольствие пытать трехмесячного младенца? – выдавила Меган.

Комин часто замигал, явно пораженный ее прямотой.

– Что…

Меган чувствовала, что Росс наблюдает за ней. Надвигающаяся темнота и шлем скрывали выражение его лица. Но его гнев был осязаем. Он стоял, весь напрягшись, с мечом в руке и высоко поднятой головой, словно хищник, готовый к нападению. Если он до сих пор не возненавидел ее за ложь, то теперь возненавидит за предательство.

Росс вспомнил о Рианнон. Ее преступление было намного хуже – оно стоило ему жизни сотни его воинов. А Меган отдает свою жизнь, которая значит для него больше, чем собственная. Она ведь поклялась, что позаботится о Киеране, чего бы это ей ни стоило.

Подняв глаза, Меган смело встретилась с дьявольским взором Комина.

– Он слишком мал, чтобы понять, что страдает за грехи отца. – Простите меня, Киеран, Лайон, Сьюзан, мысленно произнесла Меган. – Без женской заботы ему не выжить. – Она молча попрощалась с Россом и спокойно шагнула в чистилище: – Я нужна тебе, чтобы дать ему вырасти…

Губы Комина скривились в улыбке под забралом шлема.

– Ты тоже окажешься в моей власти, Меган. – Улыбка предвещала будущее жестокое обращение. Меган вздрогнула, а он рассмеялся.

Нет, она не сможет этого вынести. Но тут внутри одеяла пошевелился Киеран, появился его крохотный кулачок и уперся в ворот ее туники. Продрогший малыш искал у нее тепла. Он захныкал, ротик потянулся к ее груди, требуя пищи. Слабый писк, ощущение его пальчиков, сжавших ей ладонь, молнией пронзили Меган, разбудив инстинкты, о которых она и не подозревала. Он принадлежал ей, был отдан ей любимой сестрой. В нем течет и ее кровь, и она не оставит его одного по ту сторону ада. А в том, что их ждет ад, Меган не сомневалась.

– Он вне себя, – прошептал Дейви, обращаясь к Оуэйну. – Когда этот негодяй уводил леди Меган и ребенка, милорд чуть не сошел с ума.

Оуэйн вздохнул и с беспокойством взглянул на Росса. Тот стоял один посередине травянистой пустоши. С опущенной от горя и отчаяния головой, с теперь уже ненужным мечом в руке он был похож на каменное изваяние. Он ничего не слышал: ни просьбы Дейви поесть и попить, ни попыток Оуэйна наметить план дальнейших действий. Он просто неподвижно стоял.

– Это не может так продолжаться. – Оуэйн зашагал по шуршащей траве, остановился около Росса и осторожно коснулся его руки. – Росс…

– Оставь меня! – заорал спокойный и выдержанный наследник Кармайклов.

– Росс, будьте же благоразумны…

– Благоразумен! – Он обернулся к Оуэйну, дрожа всем телом. Покрасневшие глаза с мукой смотрели из прорезей шлема. – Какое там благоразумие, когда они оба в его власти, я же, будь все проклято, ничего не могу сделать, лишь стою здесь, вместо того чтобы взобраться на холм и дубасить стены этого проклятого замка голыми руками. – Воздух был холодный, и от его прерывистого резкого дыхания клубами шел пар.

– Замечательно, – спокойно произнес Оуэйн. – Мы пойдем с вами, и пятьдесят пар рук справятся быстрее.

Росс замигал глазами и вздрогнул, словно стряхивая с себя приснившийся ему кошмар.

– Но это бесполезно… и глупо…

– И тем не менее если вы считаете, что иначе нельзя вызволить леди Меган и младенца, то мы – с вами.

Росс вскинул взор на валлийца. Потрясение его несколько улеглось.

– Не говори так, Оуэйн. Не возлагай на меня ответственность за ваши жизни. У меня и так сумбур в голове и тяжесть на душе.

– Вы сами знаете, как лучше помочь нашей госпоже, – ответил Оуэйн, успокоившись, так как увидел, что Росс пришел в себя.

– Лучше! – Росс резко кивнул в сторону нависшего огромного, причудливой формы силуэта Шур-Мора на фоне сумеречного неба. – Лучше было бы, если бы эта неразумная женщина сидела у себя дома.

– Но ведь благодаря ей ребенок не остался один, без любви и ухода, – мягко напомнил Оуэйн.

– Благодаря ее безрассудству Комин может теперь мучить их обоих. – Росс отвернулся от крепости. – Комин ненавидит ее. И почему только я этого не замечал? Почему не верил ей?