Чтение онлайн

— Ситуа-а-ация, — протянул Дон и задумчиво отхлебнул пива.

— Это ещё не ситуация, ситуация сейчас начнётся. Мне один добрый человек намекнул прозрачно, что есть секретная технология по прописыванию виртуального сознания в реальный человеческий мозг. До того, чтобы получить на такой звездец разрешение — лет сто, не меньше. Однако в эксперименте все крайне заинтересованы. Но, сам понимаешь, подопытную крысу достать непросто.

— Так, — тихо сказал Дон. — То есть, ты хочешь, чтобы тебя отсюда прописали в твой реальный мозг? Ты очнёшься в реале и лишишь своего брата всех прав?

— Мудрость в тебе, Донни. Великая мудрость. Только тут не всё так просто, понимаешь. Процесс сложный, и всё придётся делать с этой стороны. Всю сложную галиматью уже научились переводить на язык нашей педовни.

— Объясни человеческим языком.

— Пытаюсь, даже без мата. Ну, я — типа, инородное сознание. Мозг заточен под другое. Будет сопротивление клеток изменениям. Логично?

— Предположим.

— Для меня это будет выглядеть, как квест, где мне придётся побеждать всякую белогвардейскую сволочь. В конце — рейд-босс. Я его мочу, и путь открыт. Мёрдок открывает глазки. Так вот, я ж тебе зачем всё это рассказываю? Я ж в одну каску такой рейд не потяну. Что скажешь, Донни? Как в старые добрые времена, а?

Дон долго думал, я даже заволновался. Накапал себе в пиво полкружки успокоительных капель вискаря. Глотнул — успокоился. Подсвежил — опять вискарём. А что делать, если пивка налить некому! Не самому же через стойку лезть. Я в таком состоянии, что ещё и на пол грохнусь и усну, не достигнув цели.

— Помощь другу — святое дело, — сказал Дон. — Меня только одно тревожит, Мёрдок.

— Ну-ка?

— Ты очнёшься там, в реале. Значит, отсюда ты исчезнешь... Ведь став живым, ты не променяешь жизнь на виртуал?

Я поставил кружку на стол и закрыл глаза.

— Спроси чего полегче, Донни...

Да, после разговора с Доброжелателем мои психологические проблемы никуда не делись. Наоборот, даже усугубились.

В охеренную позицию меня поставили. С одной стороны в жопу е**т, а с другой — х*ем в рожу тычут. То есть, технически, мне дают возможность спасти грядущий мега-концерт. С другой стороны, если я реально оживу, то нахер мне этот концерт сплющился! А если не оживу, если обосрусь в рейде — то концерт по п**де пойдёт.

— Мёрдок, я с тебя — просто х*ею, — сказала Сандра, тяжело дыша после обязательной вечерней программы в три часа ночи у неё в койке. — У тебя две возможности. С большой буквы — Возможности! Ты можешь спасти наш концерт и можешь вернуть себе жизнь, которой тебе так не хватало! А ты вместо этого видишь одни проблемы и ограничения. Ты когда-нибудь бываешь доволен жизнью?

— Иногда, когда очень-очень пьяный, только я этого не помню. — Я прикурил сигарету и задумчиво выпустил клуб дыма в потолок. — А может, и тогда не бываю. Что есть «счастье», Сэнди? Лист подорожника на раздолбленном очке пидараса...

— Ты ведь вернёшься? — спросила Сандра. — В смысле... Нет, Мёрдок, я не хочу на тебя давить, ты не подумай. Я просто хочу знать: вернёшься ли ты.

— Да чё ты начинаешь, — поморщился я. — Доброжелатель говорит, шансов на то, что моё тело будет нормально функционировать — ноль целых, ноль десятых. Если смогу хотя бы бумажку нужную подмахнуть — уже успех. Только перед этим хорошо бы психологическое освидетельствование пройти успеть, а то Федька залупится, что я невменяемый был спросонок.

— Но всё-таки есть шанс на то, что ты восстановишься. И если...

— Сэнди, — перебил я. — От**бись. После таких разговоров отваливаются даже те, кто не слился с предыдущего трека. Откуда я могу знать, как поступлю? Это же я.

Сандра долго молчала. Потом сказала:

— Курить на ночь вредно. Возбуждаешь нервную систему. А у тебя и так со сном проблемы.

Я послушался и немедленно затушил окурок. Х*ли я, бич, что ли — окурки курить.

***

— Эй, Мёрдок! — крикнул Иствуд, когда я вошёл в кабак. — Теперь ты доволен?

Я остановился в изумлении.

Иствуд стоял ко мне спиной со спущенными штанами. А перед ним стояла раком со спущенными штанами какая-то деваха. И, судя по специфике движений, они трахались.

— Молодец, ковбой! — воскликнул я. — Вот так оно, вот оно как полагается-то!

— Всё оказалось просто. Я нашёл член — и немедленно его применил.

Тут я чутка пригрузился и начал двигаться по окружности, центром которой была трахающаяся пара.

— Да это же мой член! — заорал я. — Где ты его взял?!

— Там же, где твоё лицо, — сказал Иствуд своим голосом. — И там же, где твой голос, — добавил он моим голосом.

Из-под шляпы на меня смотрел — я. А потом и шляпа исчезла.

— Быстрее, Ваня! — простонала девушка и выгнулась назад. — Давай, я уже почти!

— Инга?! — заорал я. — Ты охерела? Я тут, перед тобой стою!

— Да, Ваня! Да, ещё!

Я хотел достать убивающий меч из инвентаря, но меча не оказалось. И инвентаря не оказалось. Вообще ничего не оказалось. Меня не было. А передо мной трахались Инга и я. Или не я?..

***

— А-а-а-а, шлюха е**ная, убью! Вот мой член! Вот он, стоит пред тобою...

— Мёрдок!

Когда на меня вот так рявкают, я обычно останавливаю любую свою деятельность, потому что хрен его знает, вдруг правда х*йню творю.

Как в воду глядел.

Оказалось, что я, голый, стою на коленях перед сортиром и, сжав обеими руками свою мужскую гордость, показательно ею трясу.

Ночь. Только пули свистят по степи... Хотя нет, п**жу, никакие пули не свистят на самом деле. Это дыхание моё хрипит и свистит. Аж колотит всего, и здоровье с какого-то перепугу на нуле почти.

— Ух, убедила, — пробормотал я. — Не буду больше курить перед сном.

— Мёрдок... — Сандра присела рядом со мной на корточки и даже положила ладонь на пенис, чтобы успокоить. — Это уже за гранью. Тебе нужна конкретная помощь. Прекрати вы**ываться, пошли утром опять к Нику. В таком состоянии ты не то что концерт не отыграешь, ты и рейд этот свой запорешь с гарантией.

Член в ответ на поглаживания Сандры почему-то не успокаивался совершенно.

— Ладно, — сказал я. — Только сначала пошли в кусты.