Чтение онлайн

6 Чи — традиционная китайская мера длины, около 30 см.

«Хань Юань, ублюдок! Трус! Идиот! Хвастун! Бездельник! У тебя нет чувства стыда, и ты не знаешь ничего, кроме как лебезить перед учителем!»

Чэн Цянь мысленно отчитал Хань Юаня, заложив руки с камнем за спину, при этом взгляд его, направленный на никчемного младшего брата, все еще оставался мягким. Он был не в настроении бить его сейчас. Чэн Цянь не хотел утруждать себя обидами.

Когда они вернулись с рыбой, их учитель уже «проснулся» и с удовольствием посмотрел на них.

Как только Чэн Цянь встретился взглядом со стариком, у него в животе, почему-то, появилось ужасное чувство и его чуть не вырвало.

Прежде чем он успел что-то сказать, Хань Юань неуклюже поднялся. Он рассказал историю о том, «как старший брат хотел съесть рыбу, как ему удалось нырнуть в реку, чтобы поймать еще, и как он, Хань Юань, победил собаку, голова которой была размером с быка».

Чэн Цянь: …

Он чуть не рассмеялся от всех талантов своего младшего брата.

Около полутора месяцев Чэн Цянь путешествовал со старым шарлатаном и маленьким хвастуном.

В конце концов, они добрались до клана Фуяо.

Поначалу Чэн Цянь не испытывал восторга, ожидая увидеть что-то похожее на свободную общину. Он думал, что клан Фуяо, вероятно, был старым храмом на пустыре, где нужно жечь благовония и низко кланяться основателю, одетому соответствующим образом и всегда гуляющему с улыбкой на лице.

Но увиденное превзошло все его ожидания.

Клан Фуяо занимал целую гору, с трех сторон окруженную водой. Подняв глаза вверх, Чэн Цянь ясно увидел яростные зеленые волны и деревья, колышущиеся на ветру.

Щебет птиц и насекомых время от времени смешивался с криками журавлей. Иногда ему удавалось мельком заметить белые силуэты в небе и почувствовать магическую ауру, скользящую над горой. От подножия к вершине вели пологие ступени, которые, очевидно, часто подметали. Маленький ручей сбегал вниз с чистым и протяжным журчанием.

У горной гряды величественно возвышались старые каменные ворота, покрытые мхом. Два символа «Фуяо» написанные на них, отличались небывалым изяществом и энергичностью линий, как летающие драконы и танцующие фениксы.

Чэн Цянь не мог сказать, хороший это был почерк или плохой. У него сложилось впечатление, что два символа вот-вот оживут и вылетят за ворота, будто они действительно могли взмыть в небо и нырнуть в море.

Это место не было какой-то небесной горой, скрытой от взора туманом и облаками, где люди освобождались от мирских забот. Но все же здешние края хранили в себе природу неописуемой красоты. Как только Чэн Цянь ступил на каменную лестницу, он почувствовал, что с каждым вдохом становится все легче.

Сквозь просветы между зелеными листьями виднелось небо размером с ладонь. Ощущение необъятности, которое можно было почувствовать, глядя наверх со дна колодца, затопило Чэн Цяня, заставив почувствовать себя так свободно, что ему захотелось кричать и смеяться.

Но Чэн Цянь сдержался — он не осмеливался кричать дома, чтобы его не избил отец, да и сейчас не станет: на случай, если потеряет благопристойность, которую приобрел, находясь в компании своего презренного младшего брата.

Мастер погладил обоих своих учеников по головам и ласково сказал:

— А теперь идите, примите ванну, зажгите благовония и переоденьтесь.7 Мы пойдем навестить…

7 Подготовка к торжественному случаю, иногда требуется сделать это быстро.

«Основателя, который всегда улыбается?» — беззаботно подумал Чэн Цянь.

— Первого старшего брата, — сказал их учитель.

Неприятный разговор с беспутным сыном

Зачем учителю так официально навещать своего ученика?

Чэн Цянь и Хань Юань пришли в полную растерянность, а их учитель продолжал, будто хотел запутать их еще больше:

— Ваш первый старший брат простодушен, не нужно его бояться. Просто ведите себя, как я.

Что он имел в виду, сказав «просто ведите себя, как я»?

Так или иначе, Мучунь чжэньжэнь с успехом превратил легкую растерянность своих маленьких учеников в абсолютное недоумение.

Проходя сквозь ворота, они увидели нескольких детей, следовавших вдоль журчащего ручья.

Все они были подростками, к тому же, выглядели очень умными и красивыми, словно золотые мальчики 1 настоящих бессмертных. Их рукава изящно развевались без всякого ветра.

1 Золотые мальчики — слуги бессмертных.

Глядя на них, даже Чэн Цянь, заносящийся всю дорогу, почему-то испытал чувство неполноценности, не говоря уже об ошеломленном Хань Юане.

Из-за чрезмерной чувствительности Чэн Цянь самопроизвольно занял оборонительную позицию. Его взгляд стал строгим, он выпрямил спину и попытался скрыть свое любопытство и невежество.

Лидер младщих адептов увидел Мучунь чжэньжэня издалека, и его смех достиг ушей новоприбывших, прежде чем юноша успел подойти.

— Глава клана, где вы были на этот раз? Как вы стали таким лохматым? Где… Где вы похитили молодых господ? — спросил он совершенно непринужденно.

Чэн Цянь внимательно изучил каждое его слово и фразу, но не нашел в них ни капли уважения, будто бы младший адепт приветствовал не «главу клана», а «дядюшку Ханя из соседней деревни».

Мучунь чжэньжэнь против такого нисколько не возражал. Он беззаботно улыбнулся, указав на Чэн Цяня и Хань Юаня:

— Это мои недавно принятые ученики. Могу я попросить тебя помочь им устроиться

— Где мне их поселить? — улыбнулся младший адепт.

— Этого — в Южном дворе, — Мучунь чжэньжэнь небрежно указал на Хань Юаня. Затем он опустил голову и случайно или намеренно встретился взглядом с Чэн Цянем.

Непринужденная улыбка Мучунь чжэньжэня внезапно исчезла. Помолчав немного, он почти торжественно произнес:

— Отведите его в боковой павильон.

На самом деле «боковой павильон» был не павильоном, а небольшим уединенным двориком, находящимся в отдалении. По одну сторону стены протекал спокойный ручей, а по другую находился бамбуковый лес, казавшийся чрезвычайно мирным.