Чтение онлайн

Я вздрогнула, резко подскакивая на ноги.

– Не одобрил? – смачивая пересохшее горло слюной, спросила я дрогнувшим голосом.

– Он сказал «отличная работа» после того, как просмотрел список, – рыкнул Демид.

Я удивилась, каким серьезным и раздраженным выглядело обычно добродушное лицо Демида: подбородок ещё сильнее вытянулся, черты заострились, голубые глаза посерели, словно затянулось тучами небо.

– Но стоило сказать ему, что это ты составила, скривился, будто лимон съел, и попросил меня переделать, – босс словно обессиленно рухнул в своё кресло, проводя рукой по волосам и ослабляя галстук.

Я поджала губы, тихонько вздохнув и неловко переминаясь с ноги на ногу.

– Прости, – вдруг выдохнул Демид, потирая глаза. – Я слишком эмоционален, да? Честно говоря, я даже немного тебе завидую.

– Что? – я ошарашенно уставилась на него.

– Мы с Яром столько лет друзья. Прошли… настоящий ад, – босс качнул головой, словно сбрасывая неприятные воспоминания. – Но тут появляешься ты, его школьная подруга, и оказывается, что есть кто-то в этом мире, кто знает Яра лучше, чем я.

Демид засмеялся, откидываясь на спинку кресла.

– Забавно, правда? Ты с точностью угадала его реакцию. Браво.

– Я ему не подруга, – нахмурившись, поправила я. – Просто знаю, как он ко мне относится, вот и всё.

– Не думаю, что он запомнил список, – спустя пару секунд неловкого молчания сказал начальник. – Я утверждаю заявки, которые ты выбрала. Если что, сам с этим разберусь.

– Спасибо большое, Демид Андреевич, – я улыбнулась, комкая в руке край блузки. – Надеюсь, оправдаю ваше доверие.

Остаток рабочего дня я провела, составляя расписание собеседований с выбранными кандидатами. Демид решил лично их посмотреть. Также и я сама буду при этом присутствовать. Затем я ещё успела составить отчёт по рейтингам нового сезона интервью-шоу, где одним из гостей, кстати, был Вир.

К сожалению, отчёт следовало передать самому президенту. Не понимаю, почему он вообще занимается подобными вещами? Он же должен только сделки со спонсорами заключать. А для анализа рейтингов есть целый отдел, разве не так? Однако Демид, пряча глаза, как бы между делом сообщил, что отчёт мне нужно отнести Яромиру.

Рабочий день подходил к концу, часы показывали половину шестого. Вздохнув, я забросила удочку на Алёну.

– Не могла бы ты отнести этот отчёт президенту? – неловко улыбаясь, я стояла перед её столом, протягивая небольшую стопку бумаг.

– Прости, нет, – не отрываясь от клацанья по клавиатуре, быстро проговорила Алёна. – У меня дедлайн, президент рассердится, если не закончу до шести.

Я снова тяжело вздохнула. Понимаю. С таким не шутят, так что настаивать не буду. Придётся идти самой.

Несмело постучав, я дождалась раздражённого “войдите” и открыла дверь. Яромир тоже оказался полностью погружён в работу, его глаза быстро бегали по экрану. Он недовольно жевал нижнюю губу, подперев подбородок рукой.

– Я принесла отчёт по рейтингам интервью-шоу, – собственный голос показался блеянием овцы перед волком.

– О, неудачница! – вдруг встрепенулся президент, отрываясь от экрана. До этого нахмуренные брови вернулись к обычному положению, складка на лбу разгладилась, а лицо засияло. – Иди сюда, живо. Кстати, как тебе фотка?

Он быстро указал рукой на огромную доску, часть которой теперь закрывало моё изображение. Не соврал придурок: на фото я привязана к столу, в ужасе распахнула рот, по животу ползёт огромный зелёный питон, а по руке – тарантул. Во всей красе так сказать.

Поморщившись, я подошла к его столу, не без труда огибая наваленные на полу стопки папок и бумаг.

Президент торопливо взял у меня из рук отчёт даже прежде, чем я его протянула. Отложив бумаги куда-то в сторону, он сжал моё запястье длинными цепкими пальцами и заставил встать слева совсем рядом с его креслом.

– Смотри! – он тыкнул пальцем в экран.

Я чуть наклонилась, чтобы монитор не отсвечивал. Внутри всё клокотало. Этот мужчина опять нарушил все рамки личного пространства. Моё тело снова покрылось мурашками от одного его прикосновения. Дура! И почему я его так боюсь?!

– Ну, что скажешь, какой вариант лучше?! – не унимался президент.

Удивлённо дёрнулось сердце в моей груди. Зачем он спрашивает об этом меня?

Мотнув головой, я постаралась выкинуть эти мысли и сосредоточиться на том, о чём меня просят. На экране “висели” две картинки. Два варианта логотипа нового шоу. Это я поняла, так как и там, и там внутри лого читалось название “Сильнейшие”. Нервничая, я указала на вариант, который мне нравился больше, молясь, чтобы это оказалось правильным ответом.

– Вот! – воскликнул Яромир с явным торжеством в голосе. – Что и требовалось доказать! Даже такая тупица и неудачница, как ты, понимает, какой логотип лучше. Тогда почему же этот идиот настаивает на другом варианте?! Ненавижу спонсоров, которые ни черта в деле не понимают, но пытаются внести поправки только потому, что вкладывают деньги. Ррр.

Я поджала губы, испытывая двоякие чувства. Меня вроде как похвалили… при этом обозвав. И как на это реагировать?

– Рада была помочь, президент Ким, – сквозь сжатые зубы буркнула я. – Пойду тогда, раз это всё.

– Иди-иди, – махнул рукой он, возвращаясь к работе. – А хотя нет, подожди!

Уже сделав пару спасительных шагов в сторону, я замерла, медленно прикрыв глаза. Только-только отпустившее напряжение вернулось вновь, и, подобравшись, я оглянулась на Яромира.

– Да?

– Руку, – расплывшись в своей наглой ухмылке, потребовал президент. – Почему сама не нарисовала? Я что ли должен каждый день это делать?

– Т… Вы серьёзно? – от удивления я чуть снова не перешла на “ты”. – Рабочий день уже заканчивается.

– Да. Поэтому принеси мне чай. Алёна слишком занята для этого, – оскалился мужчина. Мягкий свет бликами заиграл на гладкой коже его щёк.

Практически рыча, я резко подошла ближе, буквально суя под нос президенту свою руку. Он заулыбался ещё шире, выхватил из канцелярской подставки чёрную гелиевую ручку и красиво вывел большую “Н” поверх голубой венки на моём запястье. В этот раз он даже украсил её парочкой вензелей.

Не дав ему полюбоваться на свою работу, я раздражённо вырвала руку и поспешила покинуть кабинет. Место на коже, где касались его пальцы, горело огнём. Хотелось забраться в душ и тереть запястье мочалкой до болезненного покраснения.