Люби меня
Шрифт:
Да и плюс ко всему, внутри царапала совершенно нелогичная и беспочвенная, но почему-то крайне удручающая, невысказанная обида на него за то, что в эти две недели моего вынужденного больничного, он ни разу даже не поинтересовался моим самочувствием.
Не то чтобы я прям очень этого ждала или на это рассчитывала, но мне показалось, что в ту ночь в лесу, между нами что-то изменилось. Он тогда искренне за меня испугался, я чувствовала это и видела отчетливо в его взволнованном поведении, бережном отношении ко мне в течение всего вечера и тревожном, обеспокоенном взгляде, в глубине которого время от времени проскакивали крупицы нежности, но тут же исчезали, будучи спрятанными в темной непроглядной синеве мужских глаз.
С того самого момента, когда Джейк вытащил меня из ямы в лесу, он буквально ни на минуту не выпускал меня из своих сильных рук! Донес до своего автомобиля, а путь этот, на минуточку, был совсем не близкий, отвез в лучшую клинику, всех врачей на уши поднял посреди ночи, чтобы мне срочно оказали всю необходимую помощь. Как будто мне не ногу осмотреть нужно было, а сделать пересадку парочки жизненно важных органов! А после следовал за автомобилем скорой помощи до самого моего дома, проследив за тем, чтобы меня доставили в целости. Ну если это все не забота, тогда я вообще не знаю что этот термин обозначает!
А потом ничего…
Найти мой номер телефона, ему бы не составило труда. Написать хоть разок и поинтересоваться моим самочувствием, тем более. Поэтому, некий неприятный осадочек от его холодности в мой адрес, все же остался. Да и сегодняшний игнор на парковке университета…
В общем, я была слегка расстроена, чуточку рассержена и в итоге, ощутимо перегнула палку, в своем желании побесить и его.
Нырнула под воду, как бы случайно соскользнув. Слышала, как он злился и кричал, видела, как бежал ко мне. А потом…
Потом тишина.
И до какого-то момента, я даже думала, что ничего не получится. Я ведь специально под водой долго оставалась. Легкие у меня сильные, еще со времен занятий по плаванию натренировала дыхалку. Но, напрягло меня то, что он за мной не пошел…
Точнее не сразу.
Как будто решал, нужно ли ему это?!
А потом, он все- таки пришел, вытянул меня из пучины. Но то, что я увидела, заглянув в его глаза в тот момент… Это меня надломило, разрушило и превратило в прах каждую крупицу необоснованной обиды, каждую толику абсурдной злости на него. Я застыла на месте, потеряв не только дар речи, но и полный контроль над конечностями и всем телом. Находясь уже на воздухе, где полно, доступного для моих легких кислорода, не могла сделать вдох. Вся дыхательная система будто в комок сжалась не пропуская необходимую газовую смесь дальше, перекрытой плотным комочком горечи, гортани.
Поплывший взгляд Джейка, направленный на меня, излучалледенящий душу страх и тотальный ужас.
Глаза были красные и воспаленные, он весь дрожал, но явно не от холода. Лицо исказила гримаса боли, которую он пытался контролировать, но она то и дело проскальзывала обратно.
И в тот момент я поняла, что он не сомневался, не раздумывал, стоит ли идти за мной, не хотел меня здесь оставлять. У него просто случился панический приступ.
Я знаю, о чем говорю. И знаю, что это происходит в результате взаимодействия с каким-то сильным личным триггером. Видимо, для Джейка, таковым является это озеро. Наше озеро. А я таким подлым, гадким способом заставила его страдать.
Боже, если бы я знала…
Но я и подумать не могла, что моя нелепая глупость приведет к таким ужасающим последствиям.
А он ко всем моим душевным терзаниям вдобавок, взял и так трепетно прижал мое лицо к своему…
По всему телу прокатилась горячая волна трепета. Кожа покрылась мурашками, а сорвавшийся пульс, остервенело застучал в висках. И я, наконец, смогла сделать тягучий болезненный вдох.
Сердце Джейка тоже стучало как бешенное, соединяясь с моим в диком огненном танце. Я ощущала это своей грудной клеткой, плотно прижатой к его мощному торсу. Его частое лихорадочное дыхание срывалось, опаляя мои губы нестерпимым жаром. И мне вдруг захотелось почувствовать его еще ближе. Максимально близко. Так, чтобы даже легкое дуновение ветра не проскользнуло сквозь наши склеенные тела. Не представляю, кому из нас это было нужнее в тот момент. Но то, что так НЕОБХОДИМО, знала наверняка.
Я приподняла ожившие ноги и плотно обвила ими, вмиг сократившийся торс Джейка, а руками бережно обхватила напряженную шею. Медленно и аккуратно обводила сильные плечи руками, стараясь хоть немного облегчить его душевную тревогу.
Он дрожал. Я тоже. Так и замерли без движения на неопределенный срок. А потом из меня внезапно вырвались искренние слова утешения для него. Знаю, что ему нужно было дать понять, что все в порядке, через все вербальные средства связи: увидеть, услышать и почувствовать. И я ему дала все это.
А потом, выйдя на берег меня окатила такая мощная, разрывная волна жгучего стыда и беспросветной вины…. Я буквально тонула в них, захлебывалась и уходила глубоко на самое дно самоуничижения. И там бы мне и оставаться, да подольше, но нет же!
Черт меня дери, как только Джейк снова начал глумиться надо мной, мой внутренний дракон поднял голову, и снова начал метать огненные шары, сжигая все вокруг.
Разговор наш, ожидаемо, закончился очень печально.
Он ушел, а я осталась стоять там, переваривая все произошедшее.
Было очень стыдно, страшно, горько и… одиноко.
***
Всю неделю мы с Джейком снова существовали в разных мирах. Практически не пересекались. Даже, когда я наведывалась в гости к Джемме, его либо не было дома, либо он не выходил из своей комнаты.
Наверное, я должна была чувствовать облегчение, но на деле же, ощущала совсем другое. Мне было тоскливо. Мучительные угрызения совести, и испепеляющее чувство вины пожирали меня изнутри.
Я не знаю, что произошло с Джейком и как это связано с тем злосчастным озером, но чувствую, что причинила ему своим идиотским, малодушным поступком сильную боль и от этого осознания хотелось буквально на стену лезть от досады и разочарования в себе.
Я была готова любыми способами загладить свою вину перед ним, но пока совершенно не представляла, как это сделать. В голову приходило лишь откровенно поговорить и объясниться, но ЧТО я ему скажу? Кроме того, что я законченная идиотка больше ничего в голову не приходило. И пока я искала варианты решения этой проблемы, большую часть свободного от учебы времени, стала проводила дома: залипала в книгах и обрабатывала многочисленные фотографии, сделанные на досуге. Мне на руку играло то, что у Джеммы внезапно появился парень — Блейк, и она стала все чаще пропадать с ним вечерами, избавляя меня от необходимости проводить много времени у нее, терзая свою и без того растрепанную душу.
В пятницу вечером подруга, неожиданно, позвала меня провести время с ней и Блейком. Они собирались на какую-то тусовку, и предложили составить им компанию. Поломавшись немного, я все-таки согласилась. Нужно же хоть иногда вылезать из своей берлоги, а то такими темпами я рискую скоро впасть в спячку как бурый Гризли.
Времени на сборы у меня было в обрез, поэтому я по-быстрому привожу себя в порядок: принимаю душ, наношу минимальный макияж и немного причесываю волосы, превратившись после этих нехитрых манипуляций из гадкого утенка в утенка посимпатичнее. Так как дресс — код Джемма не указывала, мой выбор пал на любимые белые джинсы клеш, лонгслив цвета фисташки и светлые кроссовки Nike. Волосы я решаю не собирать и оставляю их спадать на плечи непослушными кудряшками, а в уши вставляю крупные серьги-кольца.