Чтение онлайн

– У мужчин тоже есть чувства, – резко перебил Пирз. – Но если ты будешь думать только о дочери, то никогда не достигнешь успеха, а если не достигнешь успеха, то не сможешь бороться за нее. Это заколдованный круг. Ты должна с головой погрузиться в работу, миленькая. В твоей жизни нет пока места ничему, кроме танца.

Люси невесело рассмеялась:

– Мне казалось, раньше ты говорил, что мой танец слишком холодный. Будем надеяться, что эмоциональные переживания сделают меня более выразительной балериной.

– Только если ты не позволишь им овладеть тобой. Нельзя выходить на сцену и свои чувства изображать, тебя не поймут. Эмоциональные переживания могут придать твоему танцу глубину, но саму эмоцию выставлять напоказ нельзя. Иначе танец будет просто неврастеничным.

– Ясно. Ты заставил меня почувствовать себя нездоровой.

– Наоборот, ты была бы нездоровой, если бы не хотела увидеть своего ребенка. Но если ты хочешь быть балериной, то должна научиться владеть собой.

– Возможно, я стану темпераментной.

– Не станешь, если будешь танцевать со мной. – Пирз принялся смывать грим. – Стандартное представление о темпераментном балетном танцоре обычно неверно. Не стоит путать темперамент с настроением.

Люси с улыбкой посмотрела на своего наставника и партнера:

– Весь этот разговор так и не решил моей проблемы. Пирз, я не смогу уехать в Америку, не повидав Аманду!

– Ты хочешь увидеть дочку или надеешься помириться с мужем?

– Я знала, что ты спросишь об этом. Если бы у меня была гордость, я бы ответила «да» на первый вопрос и «нет» – на второй. Но это будет неправда, в глубине души я надеюсь, что если мы с Джулианом увидимся, то сможем начать все сначала.

– А балет, все эти месяцы работы? Ты готова все бросить?

– Честно говоря, не знаю. Если мы с Джулианом начнем заново, ему придется любить меня, потому что я – это я, а не балерина. Но сейчас нет смысла об этом говорить. – Люси поднялась. – Когда мы улетаем?

– В пятницу.

– Тогда я отправлюсь в Девон в эти выходные.

– Если ты решишь ехать в субботу, я могу поехать с тобой.

Когда поезд остановился на станции Тейнкумб, Люси было трудно поверить, что она уехала отсюда несколько месяцев назад, исполненная самых больших надежд.

Они сели в такси и по узкой пустынной улочке поехали в сторону Шэлфорда. Когда машина поднялась на холм, с которого открывался вид на Кумб-Хаус, ладони Люси вспотели, и Пирз сжал ее руку.

– Скоро все будет позади, милая. Я попрошу водителя подождать, чтобы мы могли сразу уехать. Джулиан знает, что ты приедешь?

– Вряд ли. Я даже не уверена, что он дома. Я написала сестре Ричардс о своем приезде.

Такси остановилось перед Кумб-Хаус. Он по-прежнему выглядел ухоженным, так же безмятежны были гладкие лужайки и цветущие клумбы перед широкими окнами и террасой.

Чуть больше года назад Люси приехала сюда женой, а теперь – чужой женщиной, простой гостьей, получившей милостивое позволение Саммерфордов шагнуть на порог этого дома. Она сглотнула и дрожащей рукой откинула волосы со лба, но, когда вышла из такси со своим спутником, вид у нее был решительный, а лицо бесстрастным. Высокая узкая дверь с блестящим молоточком была плотно закрыта, и пришлось постучать. Послышались шаги, и на пороге возникла служанка Глэдис.

Люси уверенно шагнула в дом.

– Думаю, меня ждут. Аманда в детской?

– Наверное, миссис Джулиан. Сестра Ричардс не повела ее на прогулку.

– Отлично, идем Пирз.

По пути в детскую Люси задержалась перед своей старой спальней и через полуоткрытую дверь заметила расчески свекрови на столике. Как быстро все в доме вернулось на свои места!

Она уверенно прошла мимо комнаты, всколыхнувшей приятные воспоминания, и распахнула дверь в детскую. Аманда лежала на коврике на полу, дергая ножками и хихикая. Мгновение Люси смотрела на нее, потом с радостным криком упала на колени и схватила ребенка на руки, раскачивая маленькое тельце и вдыхая запах талька, смешанного с молоком.

Пирз негромко откашлялся и указал на балконную дверь:

– Я подожду там.

Люси не заметила его ухода и следующие полчаса занималась только малышкой. Неужели у нее всегда были такие серые глаза, такие мягкие и светлые волосы на красивой головке?

– Мэнди, Мэнди, – шептала Люси, – моя милая Мэнди!

Хотя она понимала, что ребенок не мог узнать свою мать, на сердце у нее теплело всякий раз, когда Аманда беззубо улыбалась или пухлой ручонкой хватала ее за волосы.

Дверь за спиной неслышно открылась, и Люси подняла голову. На пороге стоял муж, и какое-то время они молча смотрели друг на друга. Наконец мать опустила ребенка на ковер и поднялась на ноги.

– Здравствуй, Джулиан, не думала, что ты будешь дома. Я с трудом узнала Аманду, она так выросла.

– Аманда делает успехи, – натянуто произнес он. – Сестра Ричардс хорошо за ней ухаживает.

– Не так хорошо, как могла бы это делать мать. – Люси наклонилась и подняла ребенка.

– Поздоровайся с папой, милая.

Не успел Джулиан и слова сказать, как Люси вложила ему в руки девочку, и тот инстинктивно прижал к себе маленькое тельце. После ухода жены он едва смотрел на ребенка.

Теперь, глядя на крошечное личико, отец испытывал восхищение, что в этой крошке есть часть его.

– Какая ты большая девочка, да, Аманда? – нежно произнес он. Ребенок заворковал и ударил его по щеке. – Эй, юная леди, не распускайте руки! – В ответ девочка ударила его еще раз, и лицо Джулиана было таким забавным, что Люси не удержалась от смеха.

– Она быстро учится, да? Надеюсь, когда она вырастет, то сможет постоять за себя, – с горечью заметила Люси.

– Думаешь, это так необходимо для женщины?

– Знаю из собственного опыта. Надо уметь бороться за то, что тебе дорого.

– А что нужно тебе?

– Почему ты спрашиваешь? То же, что и любой женщине: дом, дети и муж, который меня любит и считается со мной.

– А твоя карьера?

– Я с радостью отказалась от нее, чтобы выйти замуж, потому что жизнь с любимым значила для меня больше, чем успех.

– Люси, милая, ты хочешь сказать… – Джулиан шагнул к ней, но в эту минуту в комнате появился Пирз.

– Нам лучше идти, если ты хочешь успеть на ближайший поезд, – начал он, но тут же осекся. – Добрый день, Саммерфорд. Надеюсь, я не помешал.