Чтение онлайн

Стоит мне затеряться между густо посаженных кустарников в незнакомыми мне цветами, как я слышу за спиной знакомые шаги.

— Астра, — ну, конечно же, виллару без труда удалось меня догнать. — В чем дело?

Я выжидаю несколько секунд, прежде чем развернуться к нему лицом. Смотрю на него, и сердце начинает биться в особенном ритме. Что я делаю?..

— Ты не сказал мне, что именно это за праздник. Знал, но не сказал, — в моем голосе проскальзывает упрек.

— Это претензия? — виллар щурит веки и медленно сокращает дистанцию.

— Да, — скрещиваю руки, что еще сильнее выпячивает мою грудь.

Взгляд Кассиуса на секунду опускается к ней, но буквально сразу же возвращается на лицо.

— Это всего лишь праздник.

— Оргия, — поправляю я его.

— Взрослые люди вольны делать что хотят. Разве нет? — его руки ложатся мне на плечи, ласково обнимают. — И я несколько раз предлагал тебе уйти.

— Предлагал, — вымученно произношу я. — Ты правда не понимаешь, в чем дело?

— Правда, — он спокоен и серьезен.

Что ж. Глупо было ожидать, что мои земные понятия будут совпадать с понятиями иномиряниина.

— Если бы мы остались там, то…

— Что, милая? — он мягко прижимает меня к себе, отчего по телу расплывается сладкая нега, и я расслабляюсь.

— То ты бы тоже пытался заняться со мной сексом у всех на глазах? — это честный вопрос.

Кассиус вдруг отстраняется и, держа меня за плечи, всматривается мне в лицо, будто мои слова его поразили.

— Конечно, нет, — отрезает он резко. — Никогда. Ты только моя и создана для моих глаз. Что заставило тебя так подумать?

— Но твои воины и те девушки…

— У нас с тобой все иначе, — он даже не дает мне договорить. — А там всего лишь праздник, и утром, когда похоть утихнет, он закончится.

— Что будет, когда утихнет твоя похоть? — вопрос сам срывается с губ и его уже не вернуть.

Я одновременно жалею о том, что спросила виллара об этом, и не жалею вовсе. Мне важно знать, что у него ко мне есть чувства, выходящие за грани просто желания секса.

— Землянка, — виллар наклоняется и я чувствую его дыхание у себя на губах. — Советую тебе выбросить страхи такого рода из своей головы.

— Это еще почему?

Вместо ответа он молча ведет меня за собой, садится на резную деревянную лавку около небольшого фонтана и привлекает меня себе на колени.

— Тебе нужно опасаться других вещей, милая. Я бы даже сказал противоположных, — он отводит прядь волос от моего лица, затем кладет руку мне на затылок и притягивает меня к себе для поцелуя.

— Кас, — выдыхаю в его губы. — Это не ответ.

Он меня не слушает и не останавливается. Его рот накрывает мой в атакующем и сносящем все на своем пути поцелуе. Я вспыхиваю как фитилек, которому суждено ярко сгореть дотла.

Слух ловит не только учащающееся дыхание виллара, который руками жадно исследует мое тело, но и удары барабанов. Они словно толкают мою кровь по венам, чтобы та бежала быстрее.

И это усугубляет мое желание отдаться виллару.

Мне кажется глупым, как я мгновение назад тратила драгоценное время на то, чтобы выяснить его настоящие чувства.

А ведь они как на ладони.

Кас прозрачен в своем отношении ко мне. Я чувствую каждой клеточкой, то, насколько он ненасытен, как требовательно и одновременно нежно исследует мое тело.

Его большие и горячие ладони ложатся на мою грудь, сжимают. А мне мало. Хочется больше и чувственнее. Чтобы он стянул с меня украшенный бусинами и самоцветами лиф и вонзился в мои соски губами.

— Ты, наверное, подумаешь, что я безумная, учитывая мою недавнюю жалобу на этот праздник, — бормочу, нехотя разрывая наш поцелуй. — Но я не могу терпеть, — признаюсь я, на что виллар приподнимает меня и садит на себя верхом, лицом к лицу, словно я его оседала.

— Продолжай, — одной рукой он сжимает и поглаживает мои ягодицы, а другой возвращается к ноющей по его ласкам груди.

Я ловлю его ладонь, прижимаю ее к лифу. Свободной рукой поочередно смахиваю со своих плеч бретельки, и дальше виллару больше не нужны никакие сигналы.

Он рывком сдергивает с моей груди лиф и тот остается болтаться у меня на талии.

Его глаза вспыхивают золотом, а мощное тело напрягается. Он обрисовывает контур моей груди пальцами, задерживаясь на сосках, отчего я готова застонать в голос.

— Твоя красота лишает меня рассудка, — не отрывая взгляда от голой верхней половины моего тела, произносит он. — Я умираю от желания поскорее оказаться в тебе, Астра.

Клянусь, я чувствую, как эти слова касаются моей кожи. Прокатываются по ней горячей патокой.

А смысл слов и вовсе сводит меня с ума.

— Прости мне мою нетерпеливость, — лукаво извиняется виллар и буквально набрасывается на меня.

Его губы по очереди накрывают мои соски. Языком он вытворяет такое, что мне приходится схватиться за его плечи, чтобы не потерять равновесие.

Одной рукой он прижимает меня к себе держа за спину, а другой ловко скользит мне между бедер и сразу же находит изнывающею по его прикосновению точку.

— Ты такая чувственная, — он находит мой рот. — И мокрая. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я с тобой сделал? Чего тебе хочется прямо сейчас?

Он требует от меня ответа, пока его пальцы мастерски подводят меня к оргазму. И да, я действительно мокрая, но щеки все равно горят, когда он произносит это вслух.

— Тебя, — это единственный ответ, на который меня хватает.

Он снимает мою руку со своего плеча и просовывает между нашими телами. Мне, как и ему не нужны подсказки. Я обхватываю его каменный ствол через ткань, а секундой позже подключаю вторую руку и нетерпеливо высвобождаю мощный член из штанов.

Взгляд, как под тяжестью падает, и я смотрю вниз. Я держу его член двумя руками, и все равно он выглядит массивным. Пугающе — массивным. И безумно сексуальным.

Я еле подавляю в себе желание попробовать его на вкус. Уверена, мне бы очень понравилось...

Мои руки порхают по его длине, и судя по учащенному и сексуально-хриплому дыханию Каса, ему нравится. Чертовски нравится то, что я делаю.

Он подается мне навстречу, словно хочет еще больше моих прикосновений. И я даю ему именно это — свои руки, обхватывающие его твердый ствол.