Чтение онлайн

Я борюсь с собой еще около часа.

Курю кальян, глубоко затягиваясь густым дымом, и пускаю ровные округлые кольца, которые одобрительно оценивает парень-кальянщик в черной атласной рубашке, то и дело поправляющий косящую набок рубиново-красную бабочку.

Я пытаюсь отвлечься и сосредоточиться на трансляции футбольного матча, но проевшая дыру в гордости потребность гораздо сильнее меня. Зло сплюнув, я сдаюсь и набираю номер старого знакомого, позволяя противным длинным гудкам пройтись наждачкой по напряженным нервам.

– Здорово, Макар! – я терпеливо выслушиваю нелестную тираду в свой адрес и, прикрыв дрогнувшие веки, прошу: – пробей одного человечка, пожалуйста. Все подробности, которые сможешь вытащить. Отблагодарю.

Еще час тянется, словно резиновая жвачка.

Я выпиваю две чашки кофе, шесть раз пересчитываю количество елочных игрушек над барной стойкой и продолжаю расстраивать своей постной физиономией Карину. Ради меня сменившую алую блузку с черными брюками на короткое узкое платье кораллового цвета с таким нескромным декольте, что мальчик-кальянщик пару раз спотыкается и едва не рассыпает угли на гламурную брюнетку в компании неприметной серой мышки-подруги и втиснутого в ярко-розовый костюмчик со стразами чихуахуа.

– Здорово, Белый!

Наконец, в баре появляется криминальный внешности амбал с татуировкой-змеей на бритоголовом черепе. Распугивает персонал. Проталкивается ко мне. И стискивает пальцы в болезненном рукопожатии.

Весело ухмыляясь, он довольно заграбастывает фужер с виски, который кажется игрушечным в его мощной ладони.

– С такой оплатой можно и сверхурочно поработать. Спасибо, Макс, порадовал служителя Фемиды.

– А потом удивляешься, почему у тебя потерпевшие в кабинете в обморок падают, – я подтруниваю над другом и наблюдаю, как скоропостижно пустеет наполненный почти до краев стакан. Шумно длинно выдыхая, я с силой сжимаю фарфоровое блюдце и роняю напряженно: – накопал чего?

– Меркулов Владислав Сергеевич. Девяносто второго года рождения. Холост. В компании трудится три года на должности старшего аналитика, звезд с неба не хватает. Не судим, не привлекался.

Макар делает паузу и внимательно следит за моей реакцией, пока я пытаюсь убедить себя не лезть в счастливые отношения Ольги. Я потихоньку начинаю проигрывать включившемуся на полную катушку инстинкту собственника, когда товарищ, хитро оскалившись, произносит.

– Правда, есть одно но…

– Какое? – я замираю в предчувствии какого-то грандиозного подвоха, и моя исправно срабатывающая на пакости интуиция не подводит.

– Помимо твоей Авериной этот Влад еще встречается с дочкой генерального, – приятель подзывает Карину и что-то шепчет ей на ухо в то время, как я пытаюсь сложить воедино кусочки разрозненной головоломки.

– Встречается? – переспрашиваю я, отхлебывая остывший кофе, и давлюсь жидкостью, когда прямолинейный Макар озвучивает на весь бар басом.

– Да трахает он ее, Макс! Трахает! – на нас сердито шикает гламурная дама с собачкой, но резко затыкается, стоит моему шкафоподобному другу ей подмигнуть. – И нет, твоя Ольга об этом не знает.

После этих посиделок с Макаром несколько дней проходит, словно в тумане.

Я запираюсь дома. Отказываюсь от традиционного пятничного похода в клуб с пацанами. И не могу решить, как использовать добытую другом информацию.

Предполагаю, что припереться на порог Олиного дома и заявить «Ты знаешь, Влад тебе изменяет», как минимум странно.

Отменив все планы на выходные, я ставлю на паузу «Блудливую Калифорнию» и запиваю растерянность ядреным черным чаем без сахара, когда звонок мобильного разрывает тишину.

Я недоверчиво смотрю на экран в течение какого-то времени. И все-таки принимаю вызов. Слушаю неровное сбивчивое дыхание.

– Макс, – нерешительно роняет Аверина на том конце провода и замолкает, отстукивая пальчиками по деревянной поверхности рваный нетерпеливый ритм.

– Оля.

Произношу сипло и отчетливо представляю, как девушка наматывает на палец локон и оттягивает его в сторону, как делала еще в универе в минуты паники и стресса.

– Ты один?

Выдает Аверина решительно. И мне не надо ее видеть, чтобы понимать, что сейчас она обхватила себя руками и крепко зажмурилась, потому что до дрожи в коленях боится остаться в одиночестве в своей уютной светлой квартире.

– Хочешь приехать?

Я промачиваю горло глотком чая и с громким стуком оставляю стакан на журнальный столик, когда она шепчет свое хрипловатое, разбивающее мое ледяное спокойствие на миллион острых осколков.

– Да.

Железобетонная решимость в ее голосе медом проходится по моему самолюбию, и я отключаюсь, с притворным равнодушием бросая.

– Тогда приезжай.

Я выпадаю в вакуум. Плыву по волнам памяти и возвращаюсь в реальность только тогда, когда Ольга неспешно развязывает пояс шубы посреди моего коридора.

Черная норка мучительно медленно сползает по сливочно-белой коже и огромной кляксой ложится на гладкий отполированный паркет. Я же молча нервно сглатываю, потому что от вида Авериной, оставшейся в откровенном черном белье и такого же цвета высоких ботфортах, возбуждение растекается по венам и член в штанах каменеет.

Глава 8

Оля

По комнате распространяется запах гари. Я подскакиваю и бегу выключать печь.

В довершение осталось только спалить себя и соседей.

Извлекаю на свет обугленные останки некогда ароматной птицы: на подносе пепелище, так же, как и в моем мирке.

Буйным цветом распускается обида на вранье Влада, на лицемерие. Не мог же он в один вечер найти будущую жену. Но еще больше меня разбирает злость на саму себя. За то, что позволяю себе убиваться, пока он преспокойно пьет коктейли и принимает поздравления.

От обиды переключается какой-то тумблер внутри. Я бросаю грязный противень в раковину и тянусь к мобильному. Набираю номер, на котором стоило оставить пометку «только в крайнем случае».

Но сегодня ведь именно такой? Отныне я свободная девочка, мне можно.

Ожидание затягивается. Абонент как будто оставляет мне последний шанс отказаться от спонтанной затеи, которая, я даже не представляю, во что выльется. Звучит последний длинный гудок, и я окунаюсь в бархат знакомого низкого голоса с легкой хрипотцой.

Макс. Мое студенческое прошлое. Не любовь, нет. По крайней мере, так я всегда себе говорила.

Мы не раз выручали друг друга. Когда были не готовы узнавать кого-то с нуля, когда тошнило от одной мысли раскрыться постороннему. Секс по дружбе. Секс без обязательств. Всех все устраивало, пока у меня не появился Влад.