Чтение онлайн

Остаток вечера ребята играли в видеоигры, развалившись на кожаном диване в гостиной, который по форме напоминал букву L.

Пикантности вечеру придавал ни на секунду не замолкающий провокатор в лице Луи. Йенни чувствовала, как в ней вскипает кровь, когда они, отыгрывая очередной матч в FIFA, заводили буйный спор об истории, литературе или кино. В этот раз Луи умудрился посягнуть на святое – режиссуру Луиса Бунюэля. Пару резких, неосторожных фраз в сторону «Виридианы», и мысль о том, чтобы сломать игровую консоль о голову друга, стала казаться Йенни не такой уж и дикой. Прийти к компромиссу они, конечно, не сумели – слово «уступать» напрочь отсутствовало в лексиконе обоих. Но внезапный звонок в дверь прервал ожесточенную словесную баталию между друзьями.

– Это, наверное, родители, – сказал Луи, поднимаясь с дивана. – Пойду открою. Но учти, мы не закончили.

Он предупреждающее погрозил Йенни указательным пальцем, а затем кинул в нее джойстик.

– Пересмотри сначала «Виридиану» [6] внимательно, тогда и поговорим. Иди уже, твои родители сейчас сломают звонок.

Луи обреченно покачал головой и зашагал в сторону двери.

– И нечего бросаться джойстиками! Ты уже две штуки сломал!

Сначала в прихожей раздался звонкий смех Сесилии – мамы Луи, а затем и голос Адриана— его отца.

– Йенни, милая, здравствуй! Как дела? – защебетала Сесилия, когда все трое показались на пороге комнаты. Гостья вскочила на ноги и крепко обнялась с матерью Луи.

Йенни прикрыла глаза, с наслаждением вдыхая аромат, исходящий от Сесилии. Она пахла лавандовым мылом, корицей и пекарской ванилью.

– Все в порядке, спасибо. А ты как?

– Хорошо, милая, очень хорошо.

– Привет, Йенни, – проговорил Адриан бодро и заключил ее в объятия. – Давно не виделись.

– Вообще-то я оставалась на ужин в прошлое воскресенье. Не так уж и давно.

Бернар-старший пожал плечами и улыбнулся. Йенни не помнила, чтобы Адриан смотрел на нее без этой ласковой отеческой улыбки.

– Ты уже, считай, член семьи. Даже неделя без тебя кажется месяцем.

Йенни робко приподняла кончики губ. То, с каким добросердечием относились к ней родители Луи, всегда ее трогало.

– Вы хоть чем-нибудь перекусили нормальным, или лакрица с газировкой – единственное, что вы ели после школы? – спросила Сисси, переведя строгий взгляд с Йенни и Луи на пустую упаковку от конфет и две ярко-красные жестяные банки из-под кока-колы. Ее красивые полные руки лежали на талии мужа.

– Кажется, мам, экстрасенсорные способности тебя сегодня подводят. Мы с Лилу разогрели лазанью на обед.

– Если так, то хорошо. – Сесилия довольно улыбнулась. – Сейчас быстренько приготовлю чего-нибудь нам на ужин. Йенни, ты остаешься. Это даже не обсуждается.

Йенни закивала:

– Я буду только рада!

– Я тебе помогу, – спохватился Адриан, когда Сесилия разорвала объятия и направилась в сторону кухни. Он подошел к жене со спины и вновь притянул к себе, прошептав что-то ей на ухо.

Йенни удивляло то, что их отношения до сих пор были полны чистой, искренней нежности. Казалось, эти двое каждый день влюбляются друг в друга снова и даже спустя столько лет остаются друг для друга главной загадкой мироздания, самым драгоценным подарком судьбы. Это чувствовалось в каждом слове, жесте, взгляде. Йенни страшно было подумать о том, что они могли друг друга просто не найти, не приметить. И если бы это случилось, думала она, напоминали бы их браки с другими брак ее собственных родителей?

Ужин прошел в уютной семейной обстановке. Сесилия и Адриан за каких-то сорок минут приготовили вегетарианские тако, острый пряный аромат которых распространился на весь первый этаж. Также они откупорили бутылку домашнего вина и разлили его в два фужера с золотой каймой. Ингрид, сестра Луи, тоже вскоре присоединилась к ужину.

Адриан с Сесилией делились забавными воспоминаниями из своего прошлого, из детства Луи и Ингрид. Они даже в сотый раз рассказали историю своего знакомства, и Йенни заметила, что в ней опять проскользнули новые детали, о которых она прежде никогда не слышала. Сесилия улыбалась, опустив голову на плечо мужа, и в ее блестящих глазах отражалось дрожащее пламя восковых свеч, украшающих обеденный стол. Расслабленная атмосфера тепла и уюта, царившая в тот вечер, очень напоминала Йенни летние посиделки на террасах флорентийских кафе, когда они с Луи часами потягивали молочные коктейли из трубочек, наблюдая, как алое солнце плещется в золотом закатном небе, как шумно и весело ужинают за соседними столиками итальянские семьи.

Покончив с тако, все пятеро отправились в гостиную. Сесилия нагнулась над винтажным патефоном, чтобы включить музыку. Воздух задрожал от тихого шипения, а за ним грянула череда магических аккордов La vie en rose и волнующее контральто Эдит Пиаф. Адриан пригласил жену на танец, и они с Сесилией плавно закружились по комнате.

Йенни, недвижно сидевшая в кресле, глядела на них, не отводя глаз. Музыка наполняла душу истинно парижским очарованием, дарила необъяснимое чувство легкости и эйфории. Она пробирала едва ли не до слез. На мгновение в комнате как будто даже запахло влажными каштанами и мокрым от дождя асфальтом.

Йенни повернула голову влево, поймав на себе внимательный взгляд Луи. Его глаза отливали платиновым блеском в золотисто-коричневом полумраке комнаты. Луи смущенно потупил взор, и в уголках его губ задрожала улыбка…

Стоя в тускло освещенном школьном коридоре, Йенни копошилась в шкафчике, упорно пытаясь отыскать тетрадь по коммуникациям. Движения ее были вялыми, скупыми. Веки слипались. Сухими и красными от недосыпа глазами Йенни удрученно глядела в пестрое брюхо локера [7] . Она думала о том, что своим внешним видом, скорее всего, напоминает оживший труп из малобюджетного фильма про постапокалипсис. И виной тому был не кто иной, как сама Йенни. Прошлой ночью, оказавшись перед дилеммой – лечь спать хотя бы в час ночи или пересмотреть «Молчание» [8] , – она, почти ни секунды не сомневаясь, выбрала последнее.

– Хей, привет! – голос Луи раздался у Йенни за спиной, отчего она ожила в одночасье – выпрямила спину и более энергично стала разгребать груды мусора в локере.

Луи уже было раскрыл объятия, но Йенни все еще стояла к нему спиной. Поэтому он молча чмокнул ее в щеку, затем плечом привалился к соседнему шкафчику.

– Привет, Марвин [9] , – ответила Йенни, не оборачиваясь. Он все еще пыталась найти зеленую тетрадку в груде учебных принадлежностей и пустых упаковок от мармеладных мишек. – Сейчас, подожди секунду. Я уже целую вечность пытаюсь кое-что здесь отыскать.

– Неудивительно, учитывая хаос, который у тебя там творится. И вообще, никакой я тебе не Марвин!

Злополучная тетрадь нашлась, и Йенни, вздохнув с облегчением, захлопнула деревянную дверцу шкафчика.

– Я же не виновата в том, что ты так похож на Марвина временами. Даже твоя мама со мной согласна, – произнесла Йенни и повернулась к Луи. – Особенно когда пытаешься спорить про Бунюэля, как вчера.

– Что ж, хорошо. Тебе, конечно, виднее, Лилу, – сказал он, намеренно выделяя последнее слово голосом. – Ладно, иди уже сюда.