Любимый для двоих
Шрифт:
Спустив лодку на воду и отплыв на ней от берега не далее, чем на пять метров, девушки отдались на милость волн, присматривая лишь, чтоб её не захлестнуло. При виде большой волны одна из них ставила лодку в безопасное положение.
– Как служится Павлику? – поинтересовалась у Насти тайно влюблённая в её брата Таня.
– Да. Как он там? – подхватила её мысль Света. – Этот бравый молодец совсем перестал мне писать, – пожаловалась она сестрице.
– От него и нам целый месяц не было писем, – посетовала Настёна. – У меня нет уверенности, что он и с Мариной-то переписывается. Совсем обленился служивый.
– С какой стати Павел должен отвечать на её писульки? Хороша подруга!.. Не успела парня в армию проводить, как тут же с другим мальчиком встречаться стала, – не без ехидства заметила Таня.
– Да бог с ней. Маринка мне никогда не нравилась, – закрыла тему Настёна. – Свет, ты поступать со мной в Вуз не надумала? – спросила она сестрицу.
– Разве мне – с моим-то бледным организмом! – за тобой угнаться! Это ты у нас всегда в отличницах ходила. Я школу лишь благодаря тебе без троек окончила.
– Я тоже не медалистка. У меня две четвёрки в аттестате, – напомнила Настя. – У тебя почерк каллиграфический и слог хороший. Подавай документы на журналистику, вместе учиться будем, – предложила она Светлане ради поддержания разговора.
– Как ты представляешь себе мою учёбу в университете? Я и в школе-то в течение каждого учебного года пропускала занятия по состоянию здоровья в общей сложности по три месяца! Если бы вы с мамой меня за уши не тянули, то я бы по два года в каждом классе сидела. Нет уж, не уговаривай. Я лучше всерьёз выращиванием цветов займусь – теперь на научной основе. Мы с мамой теплицу начали расширять. Возможно, нам удастся открыть цветочный магазинчик, но это случится не раньше, чем она уйдёт на заслуженный отдых. Я постараюсь как-то проявить себя в области цветоводства.
– Я в тебе уверена. Однако маме твоей ещё рано думать о пенсии, ей всего лишь сорок четыре года.
– Будем пока на дому продавать наши цветы. На них и сейчас спрос есть. Каждый день кто-нибудь за букетиком приходит.
– Разбогатеете!.. Куда деньги девать станете?! – пошутила Татьяна.
– С Настей поделимся, – заявила Света с лукавинкой во взгляде. – А сейчас мама деньги копит, чтобы меня в Москву свозить, столичным докторам показать. Её беспокоит, что я часто болею. Мне кажется, она зря паникует, но ради её спокойствия я согласна поехать. Да и на столицу посмотреть хочется. Я ведь дальше Чебоксар не была нигде. Ужас как на мир взглянуть хочется… хотя бы из окна вагона.
За разговорами девушки не обратили внимания на направляющуюся в их сторону моторную лодку с тремя незнакомыми им парнями. Самый нахрапистый из молодых людей ухватился за их судёнышко – и две лодки, тесно соприкоснувшись бортами, стали стремительно удаляться от берега.
– Отпустите нашу лодку! – разом взвизгнули Таня и Света, однако сидящий за мотором русоволосый юноша лишь шаловливо ухмыльнулся и добавил скорость. В мгновение ока парни и девушки оказались на середине Волги – и тут мотор у ребят заглох!
– Шабаш!.. Суши вёсла! – сказал рулевой, разводя руками.
Товарищи парня на его реплику не отреагировали. Один из них уткнулся в книгу, исподтишка наблюдая за происходящим, другой был занят рассматриванием девушек и удерживанием их лодки.
– Сию же минуту отпустите нас! – сорвалась на крик побледневшая Таня.
Она принялась отталкивать чернявого крепыша, держащего их лодку, отцеплять его руки от борта, но он лишь смеялся над её тщетными попытками, и даже умудрился поцеловать её и при этом ловко избежать пощёчины.
– Что за наглость? – набросилась на молодых людей Света, заметив, как исказилось от испуга лицо подруги.
Она вспомнила её рассказ об обнаруженной на острове изнасилованной и убитой с особой жестокостью девушке и всерьёз забеспокоилась за её рассудок.
– Такие молоденькие и уже такие нервные, – подал реплику голубоглазый парень, вальяжно развалившийся спиной к корме на дне соседней лодки.
До этого момента он молчал, уткнувшись в книгу, как и Настя.
– Я в восторге от темноволосой злючки, – поддел Таню чернявый коренастый парень.
– А мне нравится длинноволосая блондинка! – заявил находящийся у мотора юноша.
– Здесь две блондинки и обе длинноволосые, – заметил молодой человек, старавшийся поначалу не афишировать свое присутствие.
Убрав книгу в пакет, он сел на корму лодки, чтобы лучше разглядеть ту девушку, что расположилась на дне угнанного его друзьями судёнышка и была плохо ему видна.
Почувствовав на себе его взгляд и услышав приятный тембр его голоса, Настя обернулась. Говорящий парень был ей симпатичен.
«Он самый рослый, самый светловолосый и самый видный из них, а главное его преимущество – не слишком докучлив», – отметила про себя Настя.
Она посмотрела в его голубые глаза. В них было нечто такое, что её смутило. Справившись с охватившим её волнением, девушка вновь уткнулась в книгу.
У парня от её изучающего, пристального взгляда тоже что-то ёкнуло в груди. Однако он попытался уверить себя, что это пустое!
– А мне смуглянка нравится, – повторился его товарищ, продолжая удерживать лодку девушек.
Танина истеричность вроде как забавляла молодого человека. Он дразнил её, намеренно испытывая девичье терпение. Обратив внимание, как кровожадно она посмотрела на него, а потом на весло оставшееся лежать в лодке, он опустил его в воду, не вынимая из гнезда, и зажал между лодками. Затем, перешагнув через оба борта, уселся рядом с ней на скамеечку, ухватившись одной рукой теперь уже за своё судёнышко, а другой попытался обнять неприступную фурию.
– Девушки, а девушки, давайте знакомиться, – миролюбиво предложил он, видя, как очарованы его друзья светловолосыми красавицами.
– Не прикасайся ко мне!.. Не то я спрыгну с лодки! – истерично взвизгнув, пригрозила Таня, отталкивая от себя прилипалу. – Сейчас же везите нас назад, пока вас менты на катере не накрыли!.. Мой дядя в милиции работает. Он стоял на берегу и всё видел! – выдумала она, внушая себе, что так и есть на самом деле.
Слышавшая разговор Настя оторвалась от книги и многозначительно посмотрела на Свету. «А я о чём тебе толковала?.. Твоя Танюша готова дать дёру при первых признаках опасности!» – говорил её взгляд.