Любить буду жестко
Шрифт:
– Я окончила курсы первой помощи, я не одна из тех красивых дур, которых ты привык трахать!
– Нет?! А похожа, если собираешься сунуться туда, куда тебя не хотят пускать для твоей же безопасности! – Данте вскочил с кресла, прошелся по кабинету, остановился у окна, посмотрел на расстилавшийся под его ногами город, - это не увеселительная прогулка на природе, я должен буду идти быстро. Времени уже просрали столько, что возможно я найду только… - он резко замолчал.
Непроизнесенное слово повисло в тишине кабинета.
– Я в это не верю, они живы, должны быть живы… Но понимаю, тебя заботит как бы я ни сорвалась с крючка. Если уже слишком поздно, то сделка все равно останется в силе. Я не откажусь, заплачу за твои труды, - выплюнула ядовито.
– Дура, - огрызнулся Данте, повернувшись ко мне и пригвоздив взглядом к стулу, - там болота, насекомые, змеи, ебанные волки и медведи. Это не увеселительная прогулка.
– Хочешь сказать, что с лицом, распухшим от комариных укусов, у тебя на меня не встанет? Я возьму репелленты и папину винтовку, так и быть, защищу тебя от страшных волков и медведей! – Сорвалась на крик, еще немного и со мной начнется истерика, от нервного напряжения дрожала каждая клеточка в теле, - Данте, я просто не смогу ждать, больше не смогу сидеть дома и ждать звонка. Пожалуйста, я хочу пойти с тобой. Я не буду обузой.
Данте серьезно посмотрел на меня, в его глазах горело пламя. Замерла, готовясь услышать отказ.
– Выебу на первой же остановке, ночами хуй из тебя вообще вынимать не буду, - произнес он сурово.
– Спасибо, - пролепетала, будто не слышала его угрозу.
– Теперь иди, мне надо подготовить дела к отъезду, собери вещи и будь готова к девяти, - он сверился с часами, - я за тобой заеду, к утру будем в Кингисеппе. Поспишь в машине.
– Данте… спасибо, что не отказал.
– Я делаю это только для того, чтобы ебать тебя, когда захочу. И ты еще пожалеешь о том, что пришла ко мне, Инга. Я заставлю тебя заплатить за все…
Пожалела о своем решении уже спустя несколько часов, когда Данте подъехал к нашей сталинке на черном внедорожнике и вышел из машины, чтобы забрать у меня рюкзак и положить назад.
В черных джинсах и обтягивающей мышцы белой футболке он был красив, как бог войны, и такой же грозный и неприступный. Невольно залюбовалась загорелыми предплечьями в переплетении вен. Я любила руки Данте, особенно когда он обнимал меня сзади, и я пыталась сомкнуть пальцы на его запястьях и не могла. Сильный, надежный и не мой…
Он требовал стать его, но сам никогда моим не был и не стал бы.
– Ты так и не кончила, - произнес Данте, когда мы выехали на трассу. Машину он вел уверенно и расслабленно, словно внедорожник был у него в беспрекословном подчинении, как и я.
– Ты же знаешь, что нет.
– Расстегни молнию на джинсах и возьми рычаг селектора, у меня рука будет занята тобой, - произнес Данте, сосредоточенно глядя на дорогу.
Глава 6
Глава 6
От слов Данте по телу прошла дрожь, но не возбуждения, наоборот отвращения, стало горько от того, что он обращается со мной, как с вещью. Прикажет раздвинуть ноги, открыть рот и я должна подчиниться. Но ведь в игру с ненавистью можно играть вдвоем. Он может получить мое тело. Он может добиться того, чтобы я текла от его прикосновений и кончала с ним. Это физиология. Я не смогу бороться с этим, но свое сердце, волю и душу я ему больше не дам запачкать и сломать. Слишком долго потом восстанавливаться.
Расстегнула молнию и пуговицу на джинсах и уставилась на дорогу. Положила ладонь поверх ладони Данте на рычаг. По телу словно пустили разряд тока.
Контроль!
Завопил внутренний голос. Никаких чувств! Только работа. Проституткам тоже перепадают бонусы в виде оргазмов.
Данте мягко высвободил руку и проник пальцами под резинку трусиков.
Я крепче сжала рычаг.
– Ты сухая, - недовольно произнес Данте.
– Потому что не хочу тебя, - ответила, уставившись на задние огни тойоты, ехавшей перед нами.
– Мне и не надо, чтобы ты хотела. Мне надо, чтобы ты текла, как сегодня днем.
– Днем я поддалась эмоциям и воспоминаниям, этого больше не повториться. Ты купил тело, сердца и души в контракте не было.
Данте надавил на клитор и слегка потер. Я закусила губы, чтобы не показать, насколько меня волнуют его прикосновения. Нельзя забывать, что я больше не его девушка, что я ему теперь никто, только объект для удовлетворения похоти.
Резиновая кукла.
– Твою мать, Инга, - процедил он разочарованно, вынул пальцы из трусиков и вернул руку на рычаг, сжал мою ладонь и не выпускал, так и переключал скорости, сжимая мои пальцы и хмурясь, смотрел вперед.
– Отпусти, пожалуйста, если ты передумал, то я бы хотела застегнуть молнию.
Данте демонстративно поднял руку.
Я застегнула джинсы и посмотрела на него. Сосредоточенный, напряженный взгляд, от расслабленности не осталось и следа. Он словно управлял боевым самолетом, а не внедорожником.
– Ты же не думал, что я буду течь по приказу каждый раз?
– Для меня будешь.
– Надеюсь, ты взял смазку на случай, если мое тело откажется следовать твоим желаниям? Еще не поздно заехать в аптеку и купить.
– А ты позаботилась о противозачаточных таблетках? Ублюдки от тебя мне не нужны, а кончать я собираюсь в твою щелку.
Каждое слово, как ледяная глыба, падавшая в пропасть между нами. Там их скопилось достаточно, чтобы утопить новый «Титаник». А ведь раньше я робко мечтала о свадьбе и наших детях, как мы будем воспитывать в них любовь к древностям, брать на раскопки и возить по всему миру.
Это было раньше, теперь противозачаточные таблетки лежали в аптечке в рюкзаке, вместе с набором первой помощи. Правда, покупала я их, готовясь к свадьбе и ночам с Макаром. Несправедливо по отношению к нему, но и рожать, когда в браке нет любви, несправедливо.
Данте бросил взгляд в зеркало дальнего вида и долго высматривал там что-то. Обернулась посмотреть, что интересного он там заметил. Поток машин со слепящими фарами. Ничего интересного.
– Тебе в туалет не пора? – Спросил Данте задумчиво.
– Нет, я же сказала, что не буду обузой.
– Окей, тогда последую твоему совету и куплю смазку, для анала она все равно пригодится.
Я покраснела до кончиков волос от его слов.
Данте свернул с трассы на заправку.
– Идем, перекусим, выпьем кофе, - сказал он задумчиво, глядя на дорогу.