Чтение онлайн

– Перун, я в твоей власти, - несмотря на правителя, глубоко вздохнул Эмиль, - можешь делать со мной всё что захочешь. Но прошу тебя…

– Помню, - оборвал его Верховный. – Я не причиню твоей жене ещё больше страданий, отправив тебя в ссылку на перевоспитание. Пусть сначала придёт в себя и свыкнется с потерей. Отправишь её потом к родителям и детям, охрану я им обеспечу. Лада должна знать наши законы, и я надеюсь, она переживёт этот год без тебя.

– Спасибо, Перун, - облегчённо выдохнул Эмиль.

– Спасибо скажешь своей супруге, - небрежно бросил Верховный. – На сегодня достаточно раскаяний, - уже более, спокойней, произнёс он. – Что у нас там с этим чёртовым «Логовом сатаны»?

Эмиль заметно оживился и подсев поближе к столику, на котором лежала карта, начал объяснять Перуну, где обосновались демоны. Глаза Верховного правителя метали молнии в предвкушении битвы; кончики пальцев искрились, готовые вот-вот метнуть во врага огненные стрелы, и даже его белые волосы приобрели синеватый оттенок от высокого статического напряжения, потрескивая каждый раз, как он встряхивал головой.

ГЛАВА 46

Полог шатра отодвинулся, и в образовавшемся просвете появилась голова Фрейи:

– Эмиль, можно тебя на минутку? – шёпотом позвала она, стрельнув глазами на Перуна, и тут же исчезла.

– Твоя сестра? – спросил Перун.

– Да. Это Фрейя. Обе мои сестры со своими мужьями и младший брат Эрик, приехали, узнав о нашей беде.

Перун встал и направился к выходу. Откинув полог и выглянув наружу, позвал:

– Фрейя, присоединяйся к нам и расскажи что случилось. Не надо прятаться от меня, я не кусаюсь, - хмыкнул Перун, отступая вглубь шатра, пропуская ладу.

– Здравствуйте, Верховный правитель, - склонила она голову, неуверенно входя внутрь.

– И тебе не хворать, Фрейя, - отозвался тот. – Но к чему эта вся церемонная вежливость, называй меня просто – Перун, - подмигнул он растерявшейся ладе и указал на табурет рядом с Эмилем: - Присаживайся и рассказывай, что за спешка.

Фрейя переводила взгляд то на брата, то на Перуна, не решаясь говорить и комкая в руках платок.

– Говори. Перун всё знает, - одобрительно кивнул Эмиль.

– Там, - указала она рукой на дом, - Наташа проснулась и… - запнулась лада, - мы не знаем, что делать. Она говорит такое…! – закатила она глаза, отрицательно качая головой.

Эмиль нахмурился и поторопил сестру:

– Фрейя, говори нормально - что случилось? Что Наташа говорит?

Лада пожала плечами и недоумённо произнесла:

– Она утверждает, что разговаривала с Вильемом и знает где он. Наташа просила срочно найти тебя.

Эмиль болезненно сморщился и закрыл руками лицо:

– Я даже предположить не мог, что ей станет хуже. Я сделал всё что мог, но видимо её рассудок всё же пошатнулся.

– Не торопись, Эмиль, с выводами, - лицо Перуна стало задумчивым. С минуту помолчав, он спросил: - Можно я вместе с тобой навещу твою жену? Может, мне удастся, чем-нибудь ей помочь.

Лель согласно кивнул и, встав, вышел из шатра. За ним следом последовали Аврора и Перун.

Когда они вошли в спальню к супругам, правитель предупредительно остался у двери и, сложив руки на груди начал рассматривать Наташу. Она сидела в кровати бледная и взволнованная, в объятиях Авроры. Та что-то тихо шептала девушке на ухо, поглаживая её, по горестно опущенным плечам.

Эмиль стремительно подошёл к жене и присев на краешек кровати заглянул ей в глаза:

– Детка, что случилось?

Аврора отстранилась от девушки, отошла в сторону и Наташа тут же бросилась мужу на грудь:

– Эмиль, я знаю, что случилось с Вильемом и где он, - выпалила она скоропалительно.

– И что же с ним случилось, милая? – подыграл он ей, решив, что Наташа не в себе. Эмиль подтянул жену поближе к себе и, обхватив её голову руками, прижал к своей груди.

– Он там, в лесу, совсем один и ему плохо. Очень плохо. Вильему надо помочь, - её лихорадочный блеск в глазах настораживал присутствующих: а всё ли у Наташи в порядке с рассудком?

– Милая, как ты узнала об этом? – мягко поинтересовался Эмиль.

– Я слышала голос Вильема в своём сне. Он звал меня. Потом я очутилась в незнакомом лесу. Я шла на его голос, пока не нашла его, - Наташа вздрогнула, и плечи её затряслись от рыданий.

Аврора сразу поднесла бокал с целебным отваром, протягивая его брату. Эмиль приподнял голову жены и поднёс бокал к её губам:

– Выпей, это поможет тебе успокоиться.

Наташа отпрянула и замотала в панике головой:

– Я не буду пить эликсир забвения! – выкрикнула она.

– Детка, это не эликсир. Всего лишь отвар валерианы, сок мака и лист дуба. Аврора сама его готовила.

Наташа подозрительно посмотрела на бокал, который Эмиль с готовностью держал в руках и несмело кивнула:

– Хорошо, - она сделала несколько глотков и судорожно вздохнула: - Вильему надо помочь, иначе он умрёт, - посмотрела она мужу в глаза с такой мольбой, что у того сжалось сердце.

Перун неслышно подошёл к кровати и положил руку на её спинку, с интересом разглядывая Наташу которую видел впервые.

– Девушка-лада, - произнёс правитель. В его глазах читалось удивление вперемешку с восхищением, ведь он никогда не видел человека, а в данной случае девушку, которой посчастливилось переродиться в Небесную ладу.

Наташа стрельнула на него испуганным взглядом и крепче прижалась к мужу:

– Вы кто?

– Я, девочка, - Перун. Бог-громовержец, Покровитель Небесного народа, - в его глазах блеснули синие молнии, а на лице появилась улыбка: - Не бойся меня, я хочу помочь тебе. Расскажи лучше подробней, что ты видела и слышала в своём сне.

– Я слышала голос Вильема, он звал меня. В какой-то момент я оказалась в лесу и пошла на его зов. Не помню, сколько я шла, но чем ближе я приближалась к нему, тем отчётливей я слышала голос у себя в голове. Когда я вышла из густых зарослей, то наткнулась на глубокий овраг недалеко от озера. Там-то я и увидела Вильема. Он лежал в этом овраге наполовину присыпанный песком и землёй. Я спустилась вниз и попыталась вытащить его оттуда, но не смогла, - виновато обвела Наташа взглядом родственников и Перуна. – У Вильема из-под земли видна только часть плеча и головы, остальное под толстым слоем грязи. Он не шевелился, но всё-таки мысленно разговаривал со мной, - голос Наташи продолжал дрожать, хотя после целебного отвара она казалась спокойной.