Чтение онлайн

— Уходи, Ульяна. Коттедж в Мухоборе я оставлю тебе, но больше ты ничего от меня не получишь. Банковские карточки будут заблокированы. Я не хочу тебя видеть. Завтра тебе позвонит мой юрист, он займётся разводом.

С этим напутствием Марк захлопнул дверь перед моим носом.

Спустившись на первый этаж, я подошла к консьержу, сидевшему перед мониторами и следившему за порядком в жилом комплексе. Я даже вспомнила его имя:

— Сергей, если вас не затруднит, передайте это, пожалуйста, моему мужу. Марку Горскому.

Я протянула ему телефон, который мне недавно подарил Марк, и присовокупила все банковские карточки.

— Я знаю вашего мужа, — откликнулся консьерж, ничуть не удивившись странной просьбе. — Я всё передам, не волнуйтесь.

Вот и всё.

Я шла по улице раздетая, не чувствуя холода. Метель добралась до Петербурга. Колючие снежинки жалили горячие щёки. Магазины и рестораны давно закрылись, прохожие попрятались по домам. Мне казалось, я попала на другую планету. Я дошагала до шоссе и поймала попутку.

— Довезёте до Мухобора? — спросила я пожилого водителя с сигаретой в зубах.

— Садись.

— Только у меня денег нет.

Он внимательно меня оглядел. Что за искательница приключений шастает ночью по трассе без денег?

— Альтернативные способы оплаты тоже исключены, — добавила я.

Он фыркнул:

— Я что, похож на озабоченного? Садись или закрой дверь, не май на дворе.

Через час я добралась до дома. Стянула вещи, надетые сутки назад, когда моя жизнь ещё не усложнилась так фатально, и бросила на пол. Голой рухнула в постель. И тут же заснула.

***

Бабушка сильно расстроилась, когда услышала о предстоящем разводе. Она любила и уважала Марка. Ей казалось, что за ним я как за каменной стеной, буду жить в сытости и безопасности. А теперь над её непутёвой внучкой сгустились тучи безденежья и одиночества. Как выжить в провинции разведённой женщине с филологическим образованием и без стажа работы? К тому же под тридцатник. Вон сколько новых невест подросло, выбирай не хочу. Кто женится на бедняжке-разведёнке?

Меня рассмешили её слова.

— Да не хочу я замуж, бабуля! Ребёночка для себя рожу и буду жить спокойно.

— Ещё и ребёночка! — она всплеснула руками. — А деньги где возьмёшь?

— В библиотеку попробую устроиться. Или к Зое пойду, ей нужны горничные в гостиницу. Думаешь, не справлюсь?

Бабушка с сомнением на меня посмотрела, но ответила тактично:

— Справишься, если выбора не будет. А Марк точно не вернётся? Может, ещё помиритесь? Он ведь сильно тебя любил. Только на тебя смотрел, глаз не отрывал, все желания исполнял. Неужто совсем разлюбил?

— Не вернётся он, бабушка. Я так его обидела, что если он нормальный мужик, то будет проклинать меня всю оставшуюся жизнь. Поверь, я заслужила.

Она ахнула и закрыла рот ладонью. Как именно я обидела своего замечательно мужа, не спросила из врождённой деликатности. Она вообще никогда не лезла в наши отношения.

— А теперь о весёлом! — провозгласила я. — Что такое шаманский чай?

— Не знаю.

— Но ты должна знать! — возразила я. — Ты живешь в Мухоборе семьдесят лет, собираешь разные травки и наверняка слышала про шаманский чай.

— Шестьдесят девять! — воскликнула бабушка с нотками негодования.

Как я посмела прибавить ей лишний год? Мы глянули друг на друга и расхохотались.

Выяснилось, что когда-то в нашем городке жили настоящие шаманы. К ним ходили за советом, лечением или колдовством. Иногда помогало, иногда нет. Но в последние годы — лет двадцать или тридцать — шаманы перевелись. В глухих деревнях, возможно, кто-то и шаманил по старой памяти, но бабушка имён и адресов не знала.

— Я же комсомолкой была, передовиком производства, — напомнила она. — Я во все эти сказки не верю.

— Но ты веришь в бабая.

— Это я тебя пугала, чтобы ты в лес не бегала. После того, как Юленька пропала, я больше всего на свете боялась тебя потерять, вот и придумала страшилки про бабая.

— Значит, на самом деле в лесу ничего опасного нет?

— Всё там опасное, Улечка. И звери, и топи, и злые люди. Один неверный шаг — и погибель.

Погибель, моя погибель с зелёными глазами. Каждый проходит свой путь в одиночестве. И если московский математик его прошёл, чтобы стать тем, кем он стал, то и я должна пройти.

— Так что с чаем-то? Какие там травы, как ты считаешь?

— Да какие травы? — отмахнулась бабушка. — Проще мухомор съесть, если кто задумал пообщаться с духами.

— Мухомор?

— А ты думала, шаманы на трезвую голову пляшут с бубнами? Это вряд ли.

— Хм, логично, — только и смогла сказать я. — Я как-то сразу не сообразила.

Первая же ссылка в интернете ответила на все мои вопросы о том, каким образом шаманы из наших краёв использовали красные мухоморы для проведения мистических ритуалов.

Что ж, время пришло.

Я была готова отправиться в путь за своим ребёнком.

Я предупредила бабушку, что буду занята личными хлопотами пару дней. И что телефон я потеряла, пусть не переживает, если я не возьму трубку. А больше никому ничего не сказала. Я рассчитывала, что пробуду в ночном походе несколько часов, никто и не заметит моего отсутствия.

Да и кому какое до меня дело? Муж подал на развод (хотя его юрист никуда не дозвонился, что наполняло меня тихим злорадством), Димка был плотно занят на конюшне, Антон Денисович тоже впахивал, как папа Карло. Одна Зоя присматривала за мной, как раньше за бабушкой. Навещала, приносила яблочную пастилу к чаю и курила на моей веранде, кутаясь в курточку для верховой езды. Я стояла рядом с ней босиком, что неизменно вызывало у Зои ужас, — «Придатки застудишь, дурочка!». Но зря она волновалась, моей нижней чакре ничего не угрожало.

Я сообщила Зое, что хочу взять Грома в неурочное время. Она ответила, что раз я оплатила содержание жеребца на месяцы вперёд, то имею полное право брать его, когда мне заблагорассудится. Конюху даны соответствующие распоряжения.

Я выбрала на кухне самый острый нож для жертвоприношения и не без труда разыскала в ближайшем лесочке последний осенний мухомор. Красивый, пятнистый, со шляпкой размером с десертную тарелку. На этом подготовка к ночному походу завершилась.

Я выехала в девять вечера.