Чтение онлайн

— Тебе-то что? — Розочка опустила взгляд.

— Как, ты же моя подруга! Может быть, я смогу чем-то помочь?

Ей казалось, что она искренна. Но на деле ее участие объяснялось тем, что ей самой хотелось хотя бы еще раз встретиться с этим симпатичным и немного странным парнем. С того самого дня, как она затащила его в постель, Лариса его больше не видела. А встреча осталась в памяти, и она ругала себя за то, что оказалась настолько вульгарной и самоуверенной, что не взяла у него телефон, надеясь, что он никуда не денется — сам позвонит. Однако время шло, а он не звонил. Она продолжала «работать» на два фронта, встречаясь то с Лассардо, то с Минквудом, втайне посмеиваясь и над тем и над другим, но в то же время побаиваясь их обоих.

К тому же и ее такой любящий и заботливый отец в последнее время переменился к ней. Он, похоже, уже не мог носиться с нею как с малым ребенком, но и с трудом воспринимал дочь как взрослого человека. Отец стал очень молчаливым, даже замкнутым. Однако Лариса не пыталась поинтересоваться, что с ним. Она продолжала «держать стойку».

И, конечно, Ларисе в голову не могло прийти, что в неприятностях отца виновата только она, и никто другой.

После того разговора с шантажистом Алекс Уайт долго не мог прийти в себя, каждый раз вздрагивая от любого звонка даже на службе, хотя шантажист и обещал позвонить по домашнему телефону. Его сотрудники начали многозначительно переглядываться, но, зная крутой нрав своего шефа, даже за его спиной не говорили на эту тему, делая вид, что их это не касается. Комиссар уже начал терять терпение: неужели этот тип решил нарушить договоренность, неужели вот-вот в газетах появятся гнусные фотографии дочери?! Каждое утро он останавливал машину у газетного киоска и скупал все центральные газеты. Быстро просматривал их, бросал в урну и, слегка успокоившись, ехал в комиссариат.

Прошло уже более трех недель, и наконец раздался звонок.

— Привет, Комиссар! Узнал?

— Узнал!

— Заждался? — спросил тот и мерзко захихикал.

— Чего ты хочешь?

— Говорить можешь или перезвонить попозже?

— Да, я один в кабинете.

— Только смотри, не делай глупостей, — Парень сменил тон.

— Что ты имеешь в виду?

— Не вздумай выслеживать меня! Если со мной что случится, мое доверенное лицо сразу отошлет все материалы в газеты! Так что уверяю тебя, я тебе больше нужен живой, а не мертвый!

— Понятно, — Комиссар постарался сохранять спокойствие. — Чего же ты хочешь? Денег?

— Денег?! — Тип добродушно рассмеялся: — Забавно! Денег я тебе сам могу дать! Вполне возможно, что даже и дам вместе с негативами твоей ненаглядной дочки, если только ты мне поможешь в одном деле!

— В одном?

— Может быть, в двух. — Снова мерзкий смешок.

— И какие же это дела?

— Одно из них для тебя такое пустяшное, даже криминал отсутствует!

— Ага! — невесело усмехнулся Уайт. — «Приходи мышка ко мне в гости, на обед!» — говорила кошка.

— Ну что ты. Комиссар, так грустно шутишь! Можешь мне поверить, что и ты мне тоже живой больше нужен, чем мертвый. Живой и с чистой репутацией! — Было похоже, что это правда.

— Попробую поверить! — вздохнул Комиссар. — И что же все-таки я должен сделать?

— Сущий пустяк. Замолвить перед своим приятелем словечко за одного просителя.

— И что же нужно этому просителю?

— О, буквально пустячок: разрешение на покупку небольшого кусочка земли.

— Надеюсь, не кусочек Бродвея?

— Ну что ты, Комиссар? Бродвей оставим денежным мешкам, магнатам, нам бы чего попроще: этот кусочек расположен в Чайнатауне. Дом уже расселен…

— Так в чем же загвоздка?

— Загвоздка в том, что этот кусочек хотят кинуть на аукцион! Сам понимаешь, что в этом случае нет никакой гарантии, что он попадет моему приятелю!

— Да и денег можно затратить во много раз больше, чем стоит сама земля, не так ли? — понимающе усмехнулся Комиссар.

Ему стало немного легче: он боялся, что шантажист запросит деньги. Пришлось бы продавать все, что он сумел скопить за эти годы. Одной этой задачкой, конечно же, шантаж не кончится, но намек на возврат негативов и на какой-то левый куш вселял в Комиссара некоторый оптимизм.

— А вы не глупый человек, Комиссар! Сразу заметили гвоздь в заднице! Обещаю вам, оставшийся излишек от этой сделки получите вы, а как с ним поступить: оставить полностью себе или поделиться со своим приятелем Мэром, исключительно ваше дело!

— И с какими нулями этот «излишек»? — не утерпел Комиссар.

— Не менее четырех нулей, да и цифра начинается не с единицы! — заверил тот.

— А какова гарантия, что вы выполните свое обещание после того, как я выполню ваши условия? — спросил Комиссар.

— Никакой! — честно ответил тот. — Кроме элементарной логики. Вы понимаете сами, что мне безопаснее иметь вас другом, чем врагом. Да и выгоднее!..

— А если бы я согласился прямо сейчас и попросил вас, действуя исключительно на доверии, вернуть мне негативы? Вы бы сделали это?

Комиссар был действительно неглупым человеком и задал этот вопрос с одной лишь целью: узнать, врет ли незнакомец. Если скажет «да», то, значит, ведет с ним игру. Вряд ли он вернул бы ему все негативы!

— Зачем это вам? Вы что, мне не верите? Допустим, я скажу да, согласен, и верну негативы, снимки с которых я вам выслал. Но это же не означает, что у меня нет других, не так ли? Нет, гораздо спокойнее вы себя почувствуете, когда узнаете меня получше, поймете, что мне можно доверять, то есть и я смогу вам доверять… Подумайте сами. Ведь это логично, не так ли?

— Вполне! — Алекс Уайт вдруг понял, что с этим парнем можно иметь дело. — Хорошо, пересылай ко мне свои документы. Только с пометкой: «лично». Думаю, что мне удастся убедить Мэра в полезности для города… что вы там собираетесь» строить?

— Отель с ночным клубом, с шоу-варьете и рестораном!

— Тем более! Жду!

— Очень рад нашему разговору. Комиссар!

— Я тоже!

Положив трубку, Уайт задумчиво посмотрел на телефон. Есть еще несколько дней для того, чтобы передумать и не завязнуть в криминальных делах, оставшись полицейским с незапятнанной репутацией. «О чем ты, Алекс? — тут же подумал он. — Ты же не в кабинете начальства! Вспомни бедняга, какие черти тащили тебя наверх по служебной лестнице! Вспомни того молодого парня, которого ты пристрелил, а затем выдал за убитого террориста! Ведь за это преступление ты получил свое первое повышение по службе… А сколько такого было потом!.. И теперь, когда любимой дочери грозит позор, ты колеблешься?.. Боишься нарушить Закон? Не хочешь подзаработать хорошие бабки?.. Ты сделаешь это, Алекс Уайт! Да, да, я сделаю все, что от меня потребуют…»

Обо всем этом Лариса даже не подозревала. Она была уверена, что отец просто стареет. Хотя и раньше времени — ведь ему не было еще пятидесяти. Несколько раз она хотела обратиться к нему за помощью, попросить разыскать Сергея. Но всякий раз ее что-то удерживало. Отец спит и видит ее женой этого лысеющего капитана ФБР. В последнее время Кен Минквуд стал часто к ним захаживать, хотя она почти не приглашала его. Значит, отец… Возможно, поэтому его довольно частые визиты начали ее раздражать. В конце концов Лариса не выдержала и прямо спросила отца:

— Чего это Кен к нам зачастил, уж не хочешь ли ты сосватать ему свою дочь?

— А чем он плох? Кажется, одно время и ты к нему благоволила? — Комиссар добродушно улыбнулся, пытаясь спрятать раздражение при воспоминании о тех злополучных снимках, где она была запечатлена и с капитаном Минквудом.

— Благоволила, ну и что? — с вызовом заявила Лариса. — Даже спала с ним! Но с каких это пор, как сейчас говорят, постель стала поводом для знакомства? — Она даже ногой топнула. — Или, может быть, ты хочешь диктовать мне, с кем ложиться, а с кем нет?