Чтение онлайн

– Представляю, представляю. Сейчас буду машину вызывать. Все, давай, Кир.

На удивление такси вызывалось очень даже быстро, а водитель любезно согласился ехать на присланные Кириллом координаты. Поэтому в предвкушении сказочного Рождества, уже прилично засыпанного снегом, Тоня мысленно прощалась со всеми воспоминаниями, которые могли испортить этот чудесный вечер.

Да, недавние события, едва не ставшие для нее фатальными, еще откликались в душе депрессивными вибрациями. Но нет! Тоня твердо решила начать жизнь с нового листа – такого чистого, как это белое снежное полотно, покрывшее перед ней дорогу в данный момент.

За городом снегопад оказался куда резвее и обильнее – трассу активно засыпало пушистыми хлопьями. "Господи, куда я прусь?" – всё же отчаянно думала девушка. – Но если Любимовы выехали с детьми, значит бояться нечего?"

И все бы ничего, если бы через метров двести после поворота с трассы в сторону леса, легковушка, на которой Тоня радостно мчалась на праздник, не погрязла бы в снегу.

– Что такое? – перепугано спросила пассажирка у крайне неприветливого водителя. Молодой мужчина лет двадцати двух, чернявенький и щупленький, еще и в кепке, – ей попался типичный таксист.

– Да что? Застряли по ходу! – нервно выпалил он и вышел, хлопнув дверцей.

"А я при чем? Работа у тебя такая, солнце! – негодовала в мыслях Антонина, пытаясь совладать с нарастающим гневом. – Будет он мне еще дверями тут хлопать!"

Но "солнце" попыталось все же раскопать занос, в котором увязли колеса: расчистил снег какой-то маленькой лопаткой и машина вроде как тронулась с места, но смогла протянуть всего несколько метров.

– Нет, подруга, всё! Приехали! Выходи! – отрезал водитель, и вскипевшая Тоня взглянула на подлеца с мыслью начать избиение этой наглой морды.

– Ты чё, друг? Я тебе плачу тройной тариф!

– Та хоть в десять раз его подними, машина не вылезет. Тут аварийка нужна! – заорал отчаянно тот.

– Да куда я выйду? – повысила голос Тоня. – Куда мне идти? В сосны?

– Значит, вызывай друзей своих… или к кому ты едешь. И чеши. Я связываюсь с диспетчером.

Мда, дела – не ахти, Рождество срывалось, как и все остальные радости жизни. Истошно выдохнув, всеми силами сдерживая в себе отчаянный вой, Тоня принялась набирать Кирилла.

– О, Тонька! Хорошо, что ты позвонила! Мы как раз едем назад, домой. Там не проехать, дорогу замело.

– Да я знаю, Кирюх. Я тут стою, такси застряло. Где вы едете? Заберите меня.

– Стоп. Что значит застряло? Вы съехали с трассы?

– Ну да. Проехали метров двести-триста.

– Зачем? Неужели не видно было, что дороги нет?

– Лучше скажи, зачем в метель вообще нужно было ехать за город? – выпалила она.

– И не говори! Кто нас умными назовет? – радостно иронизировал тот. – А вам надо службу вызвать.

– Таксист уже вызвал. А я что? Вы меня кинете тут?

Неужто еще одна "удача"? Да что же происходит-то?

– Сейчас что-нибудь придумаем, – обнадеживающе тараторил оптимист. – Не бросим, не переживай. Вот если бы ты вовремя пришла к нам домой… если бы не опоздала, как обычно…

На этом Тоня сбросила связь. Невыносимо! Хотя… сейчас не о том! Необъяснимо и страшно! Она оказалась в лесу с импульсивным и явно нелюдимым таксистом… Что может быть "лучше"?

"Это надо было попереться в лес в такую погоду! И я еще хороша! Всё гордость мне не позволяет делать то, что по душе! Хотела же дома остаться. Нет, нужно было доказать, что я – хорошая крёстная".

На самом деле, быть хорошей крёстной – дело нужное. А она редко заходила к крестнику в гости. А маленький Юрчик очень к ней привязался. Да и Леська, его старшая сестра, тоже любила проводить время с тетей Тоней и делилась с ней всякими секретами. Причем последнее сопровождалась шуршанием фантиков от съеденных конфет, и Антонина всегда вспоминала этот момент с любовью.

Отвратительно – не попасть к детям и застрять в дремучем лесу. Но ей казалось, что жизнь нарочно все время подкидывала то, на чем нужно было в первую очередь заострять внимание. А внимание к близким все время у нее отходило на последний план, а должно быть на первом. Всегда!

– Включите обогреватель, – попросила жалобно она, дождавшись, когда пыл таксиста утихнет.

– Не могу, – уже спокойнее отвечал он. – Нужно топливо экономить. Неизвестно, сколько нам тут стоять. Думаете, аварийка приедет вообще?

– Не говорите мне этого, умоляю вас! – взвыла Тоня. – Я же околею!

– Вы замерзли?

– Нет еще, но могу.

– Вот когда замерзнете, скажете. Тогда включу.

Нервно переведя дух, Тоня хотела было смириться со своим положением, но тут решила обернуться назад и приблизительно смерить расстояние, которое ей придется дойти до трассы.

– Не торопитесь, – будто прочитал ее мысли таксист. – Лучше ждите тут. Во-первых, идти будет тяжело. Во-вторых… непонятно, кто встретится на трассе. И встретится ли вообще.

– Вас я тоже не знаю, – произнесла она, стараясь держать себя в руках – в службе такси в курсе событий, он не посмеет себе вольностей.

– Насчет этого можете быть спокойной. Я так устал, что не до того, чего вы боитесь, – равнодушно ответил таксист и, надвинув на глаза кепку, откинулся на спинку сиденья.

Мда, дела неважные. Самое время на "радостях" вспомнить последние пару месяцев жизни, которые в принципе Тоня уже начинала забывать. А ведь всего неделю назад она могла закончить очень плохо. Хотелось бы этим лесным приключением пройти эту черную полосу и ступить на белую – такую же, как этот снег.

Порой так случается в жизни, что всё наваливается. И даже то, чего и близко не существовало в твоих планах, предположениях, намерениях. И даже то, что казалось тебе "нет-нет, меня это уж точно никогда не коснется"… И даже то, что думалось: "Я, конечно, не святая, но и не до такой степени грешная, чтобы…"

Оказывается, решаем это не мы.

Нет, решить проблему несложно. Исправить ошибку тоже. Совсем другое дело, когда проблем масса, и они присутствуют в каждой сфере твоей жизни, начиная от отсутствия личной и до неприятностей на работе.

А ошибки… они всегда есть. Просто порой можно на мгновение вернуться назад, увидеть их причины, чтобы вовремя исправить. Затем оставить их там, где они были совершены… и больше не оборачиваться.

Но так не получается. Особенно тогда, когда жизнь крутится вокруг ненавистной работы, на которой приходится не просто уничтожать себя как личность, а растаптывать в ничто. И это потому, что всё делаемое тобой – это чья-то прихоть и чьи-то деньги, а ты получаешь только скудные остатки от чужого дохода, но должен держаться молодцом и принимать тот факт, что эта специальность совершенно не подходит твоей романтической натуре.