Чтение онлайн

– Милорд, здесь не место мужчине, – попыталась прогнать его миссис Керр.

– Если только моя жена не возражает, я желаю видеть, как рождается мой сын. – Граф посмотрел на Катриону.

Та протянула руку.

– Останьтесь, милорд. Вы уже столько пропустили… – Она улыбнулась.

Меж тем схватки учащались и становились все тяжелее. Роженица покрылась потом. Она сжимала губы и глубоко вздыхала.

– Не сдерживайтесь, миледи, – говорила миссис Керр. – Надо кричать, а не то вам станет хуже.

– Не хочу, чтобы мой сын вошел в мир при криках боли его матери, – заупрямилась Катриона.

– Чепуха, – оборвала ее миссис Керр. – Малыш это и не вспомнит, ведь он будет так занят своим собственным криком. – Ее глаза озорно" блеснули. – Почему бы вам не браниться? По-гаэльски? Он же все равно не поймет!

Аббат, ждавший в прихожей, с изумлением услышал целый поток цветистых гаэльских ругательств, несшихся из спальни племянницы. Примерно десять минут спустя последовал торжествующий крик Гленкерка и возмущенный плач младенца. Неспособный далее сдерживать свое любопытство, Чарлз Лесли ворвался в спальню. Миссис Керр хлопотала возле Катрионы, а Салли вытирала родильную кровь с плачущего младенца.

– У меня сын, дядя! Сын! Пятый граф Гленкерк! – возбужденно закричал Патрик. – Джеймс Патрик Чарлз Адам Лесли!

– Да, дядюшка, – послышался усталый, но довольный голос. – Вы слышите: у него сын. Четвертый граф Гленкерк родил пятого графа. И, подумать только, он все это сделал в одиночку!

– Я не смог бы это совершить без тебя, голубка, – заулыбался граф.

– Нет, не смог бы, – слабо усмехнулась она. – А когда я смогу увидеть то чудо, которое произвела на свет?

– Минутку, дорогая, – сказала миссис Керр. – Вы уже вся чистая и можете лечь обратно в постель.

Она через голову надела на Катриону сладко надушенный пеньюар из мягкой шерсти бледно-лилового цвета.

– Милорд, не будете ли вы любезны отнести графиню в кровать?

Патрик нежно поднял Катриону на руки и уложил меж нагретыми простынями. Затем он натянул на молодую мать пуховое одеяло. После этих приготовлений Салли вложила ей в объятия запеленутого спящего младенца.

– Боже мой! Такой малюсенький! Рождественские каплуны – и те побольше! – Но в голосе Катрионы звучала гордость.

Заметив черный влажный пучочек, который Салли причесала завитком, она продолжала:

– И у него твои волосики, Патрик!

Миссис Керр забрала ребенка и передала его Салли.

– Она уложит маленького в колыбель и посидит с ним, пока он не проснется. Вы все еще хотите его выкармливать сами или мне нанять кормилицу?

– Я стану кормить сама, миссис Керр. По крайней мере сейчас. Однако я думаю, что сестре Салли, Люси, следует приходить и помогать ухаживать за ребенком. Салли не может оставаться при нем день и ночь.

– Да, миледи. Но теперь вы должны поспать.

– Еще несколько минут, миссис Керр. Вы позаботитесь, чтобы его светлость и аббат хорошо поужинали?

– Разумеется, мадам, – улыбнулась экономка, – я немедленно распоряжусь.

Она повернулась, чтобы уйти.

– Миссис Керр?

– Да, миледи.

– Спасибо, миссис Керр. За все.

Экономка просто засветилась от удовольствия:

– Было очень почетно, миледи, принять будущего Гленкерка. – Она повернулась к аббату. – Пойдемте, сэр. Уверена, что вся эта суматоха пробудила у вас аппетит.

И они вместе вышли из комнаты.

Затем пришел Патрик, осторожно опустился на угол кровати. Взяв руку жены, он поднес ее к своим губам.

– Ты излишне горда Кат, и невероятно упряма. Но, клянусь Богом, я люблю тебя. Я горд и счастлив иметь тебя своей женой и… другом!

Катриона подняла на него свои изумрудные глаза, и они озорно сверкнули.

– С тебя причитается дом в городе, Гленкерк, и, как только смогу, я непременно взыщу этот должок!

Глубокий смех Патрика разнесся по всему особняку.

Джеймс Патрик Чарлз Адам Лесли родился двадцать четвертого февраля 1578 года. Спустя месяц после его рождения Адам и Фиона Лесли вернулись из Франции. Гленкерк послал им курьера с известием о рождении сына, и младшие Лесли поспешили в Эдинбург, чтобы стать ребенку крестными.

Чарлз Лесли совершил обряд без промедления. Священник отсутствовал в своем аббатстве уже почти два месяца. И теперь, наняв самое быстрое каботажное судно, поспешил отправиться к северу на Петерхед. Оттуда он продолжит путь по суше. Чарлз предвкушал, как проведет первую ночь на твердой земле, пользуясь гостеприимством Оленьего аббатства.

Фиону забавляло, что Катриона наслаждается своим материнством.

– Вот уж не думала, что ты станешь такой добропорядочной гусыней!

В ответ Катриона улыбнулась.

– Я и сама не думала. Это находит на тебя незаметно.

Однако следующего не будет еще несколько лет.

– Если Гленкерк такой же жеребец в охоте, что и Адам, то у тебя не будет выбора.

– Я буду осторожна.

– Ох, кузина, – улыбнулась снова Фиона, подняв элегантно выщипанную бровь. – До чего же ты изменилась за этот год!

– Мне не приходилось скучать, Фиона.

Катрионе не пришлось скучать и теперь. Она подыскивала себе дом в Эдинбурге, ибо, когда вернулись Адам с Фионой, маленький особняк оказался тесным. Прежде Адам обещал жене, что они отправятся путешествовать, однако теперь его намерения изменились.

Дело в том, что второй сын Гленкерка, Джеймс, был женат на Эйлис Хэй, а единственный ее брат Френсис умер зимой от лихорадки. Джилберт Хэй не имел других законных сыновей, и поэтому брат Патрика становился его единственным наследником. Джеймс и Эйлис теперь переезжали в Хэй, чтобы ознакомиться с делами этого небольшого имения.

Майклу же Лесли предстояло меньше чем через два года жениться на Изабелле Форбз и тоже взять за ней поместье.

Вот поэтому-то сейчас Адам должен был научиться управлять гленкеркским имением – на тот случай, если Патрик умрет прежде, чем его сын достигнет совершеннолетия.

– Проведете годик в Гленкерке, а на следующий год сможете отправиться путешествовать, – пообещал Патрик, увидев разочарование Фионы.

Тем временем Катриона наконец нашла дом по своему вкусу. Подобно особняку Лесли, он стоял на тихой улочке.