Чтение онлайн

Все, всем за дело. Сбор, здесь же, через три дня. Отчет каждые четыре часа. По порталам.

На ужин Риль выбрала максимально строгий наряд — светло серая блузка с чёрной бархатной вышивкой и чёрная широкая юбка. Глупо пытаться придать своёму облику хоть капельку значительности, если ты моложе хозяев, и они об этом знают. Но поделать с собой Риль ничего не могла. Пусть хоть внешний вид будет соответствовать её задаче.

Проводить её до столовой вызвался Ластирран. Сам он оделся строго, но по-простому — белая рубашка выгодно оттеняла смуглую кожу, а чёрные штаны довершали его облик. «Красив, что и говорить», — тайком вздохнула Риль. Но почему ей так «везет» с красивыми мужчинами, почему каждый из её новых знакомых идет вместе с довеском в виде целого воза тайн и сложностей?

— Скажи, Ластирран, кто такой Араград? — поинтересовалась девушка по дороге в столовую.

— Значит, это ты тоже слышала, — недовольно хмыкнул дракон. Весь его внешний вид словно говорил: «Мало того, что подслушивала, так ещё имеет наглость интересоваться тем, что услышала и не поняла». Ластирран вздохнул, — это давняя история. Тебе стоит спросить об этом отца. Он лучше расскажет.

Понятно, её опять отправили, правда, четко указав адресат. Но, ничего, она — не гордая. Спросит, обязательно спросит.

Столовая встретила их множеством огней, около длинного, покрытого белоснежной скатертью стола стояли драконы. Почти всех Риль уже знала, а вот двое мужчин, стоящих около Арагрэллы были ей незнакомы. Мать драконов, одетая в невесомый переливающийся чёрный шелк, с улыбкой прильнула к одному из незнакомцев, внимательно прислушиваясь к словам второго. Вот она рассмеялась, потянулась ко второму и коснулась губами его щеки. Риль покраснела, как обычно, не вовремя. Их приход заметили, и в столовой воцарилась тишина. «Вот тебе и значительность, краснеешь, словно малолетняя дура», — в сердцах, обругала себя Риль, но драконы тактично ничего не заметили.

Арагрэлла широко улыбнувшись, обняла девушку, потом повела её знакомить с мужьями. До этого момента, Риль как-то не задумывалась над тем, куда девается прежний глава Гнезда, после появления нового. Оказалось — никуда не девается. Так и продолжает жить в Гнезде. Риль с невозмутимым, как она надеялась, видом поприветствовала двух мужей Арагрэллы. Про то, что в Гнездах их обычно три, думать не хотелось, но вредная мысль все равно пролезла в голову, добавив румянца на щеках.

Отца Ластиррана звали Ильрандор, а отца двух старших драконов — Галактрион. Ужин удался на славу, и все было бы хорошо, если бы не мучительное ожидание последующего разговора с главою Совета.

Расположились они в малой гостиной. Два уютных мягких кресла, рассеянный желтый свет от светильника, висящего под потолком и красно-золотые отблески от ярко горящего камина — все располагало для доверительной беседы, вот только глаза собеседника заставили Риль насторожиться. Все же ей никогда не привыкнуть к этим огненным всполохам в чёрных глазах драконов, слишком необычно, чтобы стать будничностью. С другой стороны, только это пламя, зачастую, выдает эмоции своего хозяина, и угадывать настроение дракона по пляшущим в его зрачках языкам пламени у Риль получалось все лучше и лучше.

И вот теперь сердце девушки сжалось от неприятных предчувствий. Ильрандор спокоен, слишком спокоен, как человек, точнее дракон, которому предстоит выполнить неприятное, но нужное дело. А, так как других личностей в комнате не наблюдается, это дело будет касаться непосредственно её самой.

Камин ярко пылает, разбрасывая алые отблески по стенам. В этом странном каменном доме камины есть почти в каждой комнате. Чувствуется, что пламя служит не просто для отопления, нет, оно словно домашнее животное. При взгляде на огонь, лица драконов всегда смягчаются, а в глазах появляется легкая задумчивость. Вот и сейчас, Ильрандор не торопился нарушить повисшее в комнате молчание, задумчиво разглядывая огонь в камине.

Риль украдкой разглядывает дракона. Хорош, что и говорить. Ластирран явно пошел в отца, вот только в нем не чувствовалась пока ещё та сила, что приходит с опытом и властью. Ильрандор был красив той особенной красотой, которая отличает хищников, хищников стоящих у власти. Риль прекрасно понимала Арагрэллу, когда та не захотела приводить третьего мужа в дом. Второго такого дракона не найдешь.

Ильрандор, наконец, вздохнул, протянул руку к графину с вином, наполнил два бокала.

— Прошу, — бокал перекочевал к девушке. Риль обхватила тонкое стекло ладонью, на стенках бокала разбегались алые искорки, в вине отражался огонь из камина.

— Говорить про то, что случилось на Совете — не буду. Уверен, мои сыновья были весьма красноречивы.

Риль кивнула, крепче сжала бокал в руке, словно он мог придать ей силы.

— Так что отчитывать тебя больше никто не будет, и я, если честно, не вижу в этом смысла. Несмотря на то, что думают мальчики, ты — уже не ребенок. Да, у вас позже выпускают детей из семьи, но, думаю, причина этого только в особенностях вашей магии. По человеческим меркам — ты взрослая женщина, к тому же, талантливый маг, — дракон усмехнулся, признавая её удачный взлом, — поэтому правду скрывать от тебя не буду.

Риль поежилась — многообещающее начало, и какое-то невеселое.

— Ты, наверное, думаешь, что война будет в любом случае, а твое присутствие здесь — лишь хитрая уловка?

Вопрос был риторическим, и Риль промолчала. Ответ и так очевиден. Ильрандор покачал вино в бокале, собираясь с мыслями.

— Если бы мы действительно хотели развязать войну, поверь, не придумывали таких сложностей. Твое присутствие здесь лишний раз это подтверждает. Но пойми и нас. С каждым годом детей рождается все меньше. Не каждое Гнездо может похвастаться рожденной самкой, а без самки Гнездо исчезает. Да и много молодняка гибнет в первых полётах. Нам хватает потерь и без войны.

Риль открыла было рот, чтобы возразить, но дракон поднял руку, призывая её к молчанию.

— Знаю, знаю, ты считаешь, что наши старейшины совсем выжили из ума. Что нужны переговоры, настоящие, с руководством вашего мира, а не с одной, прости, магичкой. Но пойми и Гнезда. Потеря детей затмевает их глаза, одурманивает разум. Все, что они хотят — это вернуть их или отомстить убийце. Ты знаешь, что мы чувствуем друг друга, и когда теряется связь, это означает одно — смерть. Да, мы не видели тел и все ещё надеемся, но эта надежда призрачна, как облако. Гнезда хотят отомстить за гибель своих детей. Жизнь каждого своего сына они оценивают смертью не одного человека. Их печаль велика, ярость наполнила их сердца, и мне не достучаться до них. Я понимаю, что война лишь умножит боль, но и остановить тех, кто столько потерял, не в моей власти. Единственное, что я могу сказать — мне жаль, что это коснулось именно тебя. Но других вариантов у нас нет.

Риль облизала пересохшие губы. Все ожидаемо, ей ещё раз показали глубину той ямы, в которую она ухитрилась попасть.

— Боюсь, у меня для тебя плохие новости, — дракон откинулся на спинку стула. Да, давай, добивай уже, чтоб не мучилась, — Совет дал тебе только две недели на поиски похитителя. Через две недели мы начнем войну.

Риль сглотнула тугой ком, внезапно образовавшийся в горле. И это ожидаемо. Так какого, хвост им в глотку, они тянули с принятием этого судьбоносного решения?!