Чтение онлайн

– Тебе надо лечь в постель, – мягко сказал Майкл, когда они вошли в холл, опасаясь, что, если произнесет еще хоть слово, и его чувства выплеснутся наружу. Абби не перечила, Она взбежала по лестнице и исчезла из виду. Майкл повернулся и пошел в большую гостиную. Сейчас он не мог о ней думать. Когда убьет Рутье, тогда и решит, как наладить с ним отношения. Приехали Сэм и Алекс и вместе с Майклом стали дожи­даться рассвета. Мысли Майкла все время возвращались к Абби. Незадолго до назначенного часа он заглянул в ее комнату, что­бы только взглянуть на нее перед дуэлью. Услышав звук от­крывающейся двери, Абби подскочила. Очевидно, она не спала: она лежала на покрывале в шелковом пеньюаре. Майкл переступил порог и высоко поднял свечу. Абби спустила ноги с кровати и ухватилась за ее край.

– Какие слова я должна сказать, чтобы удержать тебя от этого шага? – в отчаянии произнесла она.

Майкл покачал головой и медленно подошел к Абби. Дол­го смотрел на нее, стараясь запомнить каждую черточку ее лица. Господи, как она красива! Черные волосы рассыпались по пле­чам, фиалковые глаза сияют, и этот образ он сохранит в своем сердце до самой смерти. Он перевел взгляд на ее живот, на новую жизнь, которую она носила в себе. Ее рука скользнула вниз и обхватила живот, словно защищая эту зарождающуюся в ней жизнь. Майкл опустился рядом с ней на корточки. Так много надо было сказать, слишком много, он даже не знал, с чего начать. Сказал ли он ей, что ему очень жаль? Что он был не прав? Сказал ли, что любит ее? Время летело так быстро!

– Если я не вернусь…

– Нет! Не говори так, пожалуйста, – умоляющим тоном сказала Абби, подавляя рыдания, Майкл ласково сжал ее руку, пытаясь успокоить.

– Абби, слушай меня внимательно: Сэм – мой душепри­казчик. Слушайся его, делай все так, как он говорит. И обещай мне… – Он замолчал, не в силах продолжать, – Обещай, что наш будущий ребенок будет носить мое имя. – Абби широко раскрыла глаза и вся сжалась в комок.

Никогда еще она не испытывала такого горя.

– Ты вернешься, – прошептала она сквозь рыдания. – Я знаю, ты вернешься. Вернешься!

Майкл ничего не ответил. Его глаза потемнели,

– Абби… – Голос его замер. Он не мог оторвать от нее глаз. Абби прочла все, что было у него на сердце. Он нежно поцеловал ее в губы, и в этом легком прикосновении отрази­лась бездна страдания и надежд, все то, что невозможно вы­сказать словами. Наконец Майкл медленно встал и направился к двери. Как только она закрылась за ним, Абби уткнулась лицом в подушку и начала молиться так, как не молилась еше никогда в жизни.

Возможно, она так и пролежала бы весь день, если бы не настойчивый стук в дверь. Абби вскочила и глянула на часы. Слишком рано, это не может быть Майкл. Она подбежала к двери и рывком распахнула ее. На пороге с мрачным видом стоял Гэлен.

– Одевайся, – сказал он. – Пошли. – Гэлен, что ты…

– Поедем смотреть, как он дерется за тебя на дуэли. Да­вай, не копайся! У нас мало времени!

Абби не надо было долго уговаривать. Она быстро натяну-ла на себя первое попавшееся платье.

Экипаж, нанятый Гэленом, промчался по пустынным лон­донским улицам и пересек мост через Темзу. Подъезжая к ча­стному владению Такингтон-Грин на окраине города, Абби увидела две кареты, верховую лошадь и группу людей. Она попыталась разглядеть среди них Майкла и поднесла руку кр рту, чтобы заглушить готовый вырваться крик. Дуэль уже началась. Гэлен так резко остановил экипаж, что взвизгнули колеса. Абби вскочила с сиденья.

– Что вы злее, делаете, черт побери? – рявкнул Сэм, но Гэлен не обратил на него никакого внимания. Алекс тоже был здесь, а рядом с ним джентльмен, державший в руке черный чемоданчик. Чуть в стороне стоял еще один человек, видимо, секундант Рутье. Не отрывая глаз от дерущиеся, Абби броси­лась к краю поля.

Майкл, который был в одной рубашке, держался уверен­но, но Рутье фехтовал лучше. Аббн содрогнулась, когда острые клинки сабель сошлись с оглушительным звоном, который эхом разнесся по маленькой полянке. Рутье наетупшг на Майкла, тесня его к деревьям. Но Майкл сражался с такой внутренней силой, которую не мог пробудить в себе Рутье. Он отвоевал свою позицию и бросился в атаку, Рутье, видимо, был застигнут врасплох, так как пошатнулся и отступил на несколько шагов, пока снова не обрел равновесие. Прищурив свои желтые глаза, снова ринул­ся в бой. Однако Майкл продолжал двигаться вперед, не усту­пая в молниеносной скорости Рутье. Невероятно, но ему почудился голос Абби. Он не поверил своим ушам: должно быть, игра воображение. Ни один из дуэлянтов никак не мог одержать верх. Майк­лу казалось, что они дерутся уже много часов: державшая тя­желую саблю рука горела от напряжения, со лба ручьями лил пот, глаза застилал туман, были мгновения, когда он с трудом различал противника. Рутье казался таким же измученным, он уже дважды опускал саблю, и дважды Майкл делал выпал, едва не пронзив черное сердце врага. Он был уверен: еще один шанс, и он уложит его. Когда Рутье сделал очередной выпад, Майкл поскользнул­ся на мокрой площадке и отступил к самому краю. И тут со­всем близко он заметил зрителей. Какого черта они здесь стоят? Его сапог снова заскользил по грязи, и он с трудом удержался на ногах, но теперь преимущество было явно на стороне Рутье. Он снова сделал выпад и на этот раз выбил из руки Майкла саблю, которая взлетела высоко в воздух. В отчаянной борьбе Майкл отскочил вправо и рванулся к Рутье. Пот заливал глаза, и в этот момент противник сделал последний выпад. Вдруг кто-то сильно толкнул Майкла в грудь. навалившись на него всей своей тяжестью, и он упал навзничь. Поднял глаза и увидел занесенную высоко над его головой саблю Рутье. Как в фантастическом, нереальном сне, глаза Рутье вне­запно широко раскрылись и посмотрели прямо в глаза Майк­ла. Несколько мгновений он стоял, пошатываясь, с занесенной над Майклом саблей и вдруг стал оседать на землю. За его спиной стоял Гэлен, он тяжело дышал, держа в руке окровав­ленную саблю Майкла и не отрывая глаз от Рутье. Майкл перевел взгляд на того, кто лежал на нем, и громкий стон вырвался из его груди. Это была Абби. Он осторожно опус­тил ее на землю и увидел у нее под грудью красную полосу, тяну­щуюся через бок и руку. Майкл оцепенел: она закрыла его своим телом, приняла на себя удар Рутье. Она спасла ему жизнь. Он подхватил ее безвольное тело и прижал к груди. Ее голова откинулась назад, черные волосы рассыпались по зем­ле. Ему показалось, что Абби не дышит. «О Господи, нет! Молю тебя!» Он уткнулся лицом в ее шею и почувствовал губами сла­бый пульс. Сэм высвободил Абби из объятий Майкла, чтобы доктор мог осмотреть ее раны. Сквозь окутавший его туман ужаса Майкл слышал, как Алекс приказал у6рать тело Рутье, а Гэлену – немедленно скрыться.

– Рана очень глубокая, Большая потеря крови, надо. не­медленно отвезти ее в город, – сказал доктор.

Майкл вскочил, снова прижал к себе Абби, не сводя глаз с ее покрытого смертельной бледностью лица.

– Поехали, надо спешить – крикнул Сэм. Майкл, спотыкаясь, двинулся к карете. Его охватил страх:

не дай Бог, если она умрет. Он попытался прогнать эту страш­ную мысль. Господи, как он ее любит! Как она ему нужна!

– Абби, дорогая, держись, – прошептал Майкл, прижи­маясь губами к ее волосам. – Ты мне нужна, любимая – Пожа­луйста, не сдавайся! – Вместе с Сэмом он быстро забрался в карету и велел кучеру ехать в город.

Абби выплыла из темноты, которая окутывала ее, каза­лось, целую вечность, часто заморгала и поморщилась от рез­кой боли в голове. Свет был тусклым, но он все же рассеял непроницаемый мрак. Она облизнула сухие, потрескавшиеся губы, пытаясь сосредоточиться на этом смутном свечении.

«Может быть, я сплю?» – подумала Абби, увидев словно в тумане сидящего рядом с ней в кресле Майкла. Он облокотил­ся на колени и уткнулся лицом в свои большие ладони. Тем­ные кудри скрывали от нее его лицо. Что-то было не так. Должно быть, это действительно сон. Ее сильно знобило. Абби провела языком по губам и постаралась сосредоточить взгляд на Майкле.

– Холодно, – еле слышным шепотом произнесла она. Майкл поднял голову и уставился на нее налитыми кро­вью глазами.

– Абби? – прошептал он.

– Мне холодно. – Майкл вдруг исчез и тут же появился снова с одеялом в руках. Он осторожно на­крыл ее и подоткнул одеяло вокруг ледяных ног. Потом опус­тился рядом с ней на колени. Привидевшийся ей Майкл молчал, но губы его слабо по­драгивали, он нежно гладил ее волосы. Его полный муки взгляд впился в ее лицо и остановился на глазах. Абби не удавалось сфокусировать взгляд и разглядеть его, но она чувствовала, что он охвачен безграничной печалью.

– Сон, – выговорила наконец Абби, обращаясь к самой себе.

– Нет, дорогая, – ответил он дрогнувшим голосом. Она слегка нахмурилась, поморщившись от боли. Что с ней случи­лось? Почему Майкл такой грустный?

– Ты грустишь? – спросила Абби. Глаза Майкла, увлажнились, он долго смотрел на нее, по­том с трудом произнес:

– Теперь уже нет. – И нежно погладил ее по щеке.

– Ты грустишь, – повторила она. Он не ответил и уткнул­ся лицом в покрывало на постели.

Абби почему-то удивилась. Она согрелась, тепло разли­лось по всему телу. Веки ее отяжелели, ресницы затрепетали, она взглянула на его темные волосы, на вздрагивающие широ­кие плечи и снова потеряла сознание.

Через несколько секунд Майкл медленно поднял голову, посмотрел на Абби и тыльной стороной ладони вытер слезы.

– Благодарю тебя. Господи! – прошептал он. Затем снова опустился в кресло, которое не покидал вот уже четыре долгих дня и ночи. Абби была так бледна, кожа ее стала почти прозрачной. Она казалась такой маленькой, такой невероятно уязвимой, что даже малейшее дуновение – ветерка способно было унести ее от него.

Но ужасная лихорадка наконец-то прошла. Доктор Сти­вене предупредил Майкла, что надо быть готовым в самому худшему. И если в ближайшее время жар не спадет, инфекция убьет ее. «Она должна бороться», – сказал он. Поэтому Майкл не отходил от ее постели и заставлял бороться за жизнь. За те дни, что ее терзала лихорадка, он уже отчаялся увидеть ее здо­ровой. Но продолжал разговаривать с ней, уверял, что она ему необходима. Читал письма от ее родных, рассказывал о местах, в которых побывал, и об их недолгой со­вместной жизни. Он даже привел в ее комнату Гарри в надеж­де, что его появление вернет ее к жизни. Все было напрасно. «Существуют две возможности, – сказал доктор Стивенс. – Либо она полностью выздоровеет, либо умрет от заражения крови».