Чтение онлайн

— Пройдем в гостинную? — Предложил мой отец, когда все уже закончили с трапезой.

Я не намеревался идти с ними, поэтому пошел на веранду сзади, захватив с собой теплую кофту и наушники. На мне были черные джинсы и мешковатый свитер, поэтому мне не было холодно в ноябрьский вечер.

Я сел на кресло, которое подвешено к потолку террасы и включил первую попавшуюся музыку, которая тут же заиграла в наушниках. Lil peep — Right here. Судьба издевается надо мной, но переключать песню я не стал, пусть останется.

Кажется, что я знаю все песни Пипа наизусть, особенно эта, она вызывает у меня болезненные, но в то же время приятные воспоминания.

Три года назад

Корни игнорирует меня уже неделю, просто сбежала тогда, когда я пригласил своих друзей к бабушке и дедушке. Дверь она не открывает, и я не понимаю, что мне делать, может она обиделась или еще что-то.

Я стою возле ее дома в очередной раз, провожу здесь целыми днями в надежде, что поймаю ее тогда, когда она выйдет за продуктами, когда она просто выглянит в окно и увидит меня. Но все тщетно. Завтра я уже уезжаю обратно в Бостон, я не могу не поговорить с ней.

Меня съедает страх, сильное жжение в области груди, мне тяжело дышать, когда я думаю о том, что как-то обидел ее, что сделал больно и сам этого не заметил. Может я недостаточно уделил ей внимания в тот день, или я вовсе забылся и нагрубил ей. Нет, этого просто не может быть, я люблю ее больше этой гребанной жизни, даже в сонном бреду не сказал бы ей какую-то глупость. Твою мать, что произошло?

— Корни, пожалуйста, давай поговорим, я завтра улетаю, твой номер недоступен. Я не знаю что мне делать! — Кричал я, пытаясь достучаться до нее, но в ответ вновь молчание, она не выглянула в окно, не открыла дверь, я даже не слышал, чтобы было какое-нибудь движение!

Я отчаянно бродил вокруг ее дома, еще немного и я полезу в ее чертово окно. Но я не могу так, Колли такое не любит, если бы я действительно так сделал, то очень сильно разочаровал бы ее.

— Пожалуйста, хотя бы дай посмотреть на тебя перед тем, как я уеду! Давай поговорим, я выслушаю тебя, хочешь я на колени встану! — Вновь кричал я, не переставая делать шаги, чтобы Корни услышала меня из любой частички дома.

Я остановился перед ее окном и опустился на колени, упав на зеленую траву. Я задрал голову вверх и развел руки в стороны, чтобы тогда, когда Колли выглянет в окошко, то увидит, как сильно я раскаиваюсь.

— Корни! Я встал на колени!

Не получается.

Мои плечи опустились, мучительная неизвестность заставляла меня захотеть поджечь гребанный мир. Люди вокруг ходили и с осуждением глядели на меня, но мне было все равно, меня интересовала только Корни.

— Хочешь я принесу тебе кучу печенек с соленой карамелью? — Предложил я, надеясь, что смогу хоть немного остудить ее гнев.

Твою мать, каким образом я мог так сильно облажался, если она никогда раньше не сбегала так резко.

— Я не могу уехать в Бостон, если не узнаю, что случилось!

В ответ ничего.

— Мальчик, ты чего разорался? — Буркнул сосед Корни.

— Вам чего? — Нахмурился я, какого черта они вообще лезут не в свое дело.

— Ты к Колли? — Поинтересовался он и его лицо резко помрачнело. — Она же умерла.

— Что?

— Ну девушка, утопилась говорят.

— Так нет, в лесу повесилась! — Присоединилась к нему женщина, которая шла по дороге.

— Ее же машина сбила! — Крикнул парень, который выглянул из окна соседского серого дома. — А этот дом уже продан.

— Вы врете! — Крикнул им я.

Нет, она не могла погибнуть.

Не могла.

Только не она.

Сейчас

Скорее всего, мне нужно было проверить все источники, найти хоть что-то, что доказало бы ее смерть. Обратиться в полицию, опросить всех соседей, но я этого не сделал. Тогда я не мог дать ответ своему бездействию, но сейчас понимаю, что просто боялся подтверждения. Надежда умирает последней, ведь так? Я боялся, думал, что пока мне ничего про это неизвестно, это до конца правдой не является.

Я был таким глупым.

Таким идиотом.

А что изменилось сейчас? Я все так же делаю необдуманные поступки, все так же спешу и не проверяю все до конца.

— Винтер? — Донесся до меня голос отца, только сейчас я открываю глаза и обнаруживаю, что снаружи стояла абсолютная темнота. Лишь звезды искрили и тусклый свет от уличных фонарей освещал местность.

— Что? — Обратился к нему я, но так и не мог посмотреть на него.

— Не хочешь поговорить?

— Хочу. Что она здесь делает? — Сразу начал я.

— Я же видел, как ты на нее смотришь. — По его тону я слышал, что он улыбался, когда говорил эти слова. — Я знаю этот взгляд, это из-за нее ты ушел в работу?

Я рассмеялся.

— Да ничерта ты не знаешь! — Закатил я глаза и издал отчаянный смешок, который эхом прошелся по моему телу.

Я снял наушники и развернулся к нему лицом, он стоял в дверном проеме и смотрел куда-то вдаль, его плечи тяжело поднимались и опускались, а в глазах царила пустота.

— Ну расскажи мне. — Спокойно произнес он, после чего сел на диван напротив меня.

Хорошо, я выскажу ему все.

— Прости пап, но я хочу быть таким, я хочу быть собой, совершать ошибки, веселиться и любить. Я не хочу быть рассудительным, холодным. Прости, что не соответствую твоим ожиданиям. — Горько усмехнулся я, а в сердце царила тревога от беспокойного вида отца.

— Я никогда не ожидал от тебя этого, я никогда не требовал от тебя, я всегда хотел, чтобы ты был таким, какой ты есть. Да может я был погружен в работу и не мог разделять семейное от рабочего, потому что…

— Что? Почему ты увлекся работой и забыл про меня? — Договорил за него я, меня раздражало то, с каким сожалеющим видом он сейчас сидит передо мной и извиняется. Будто никогда не говорил мне, что я не должен терять голову, что я должен все обдумать, прежде чем сделать.

Так вот, я все обдумал и сделал единственный вывод.

Ему просто стало наплевать на меня.

Глаза отца метались по моему лицу, его челюсть напряглась, а дыхание стало еще тяжелее. В его взгляде таилась тревога, досада, растерянность и… Тоска?