Чтение онлайн

Птичка в клетке?) Постараюсь.

Я прижал Корни к себе, вдыхая ее аромат, я закрыл глаза, я боюсь, что если открою, то все исчезнет. Я слишком долго жил в иллюзиях, чтобы сейчас этот момент оказался неправдой. Если бы она не спала, то чувствовала, как сильно стучит мое сердце и насколько мне трудно дышать рядом с ней. Я не хочу выпускать эту девочку из своих рук, никогда, но мне нужно действовать осторожно, иначе я просто оттолкну ее своим напорством.

Корни не из тех девушек, которым нужны быстрые и резкие движения, нет, она самая нежная, хоть и скрывала это. В моих глазах она была самым милым, красивым и умным существом, которое когда-либо существовало и я точно знал, что мы созданы друг для друга.

Сейчас все маски спали, и я еще больше уверен, что она не лгала мне, что тогда, Корни действительно была той, которая нуждалась во мне больше всех, а я был ее самым верным и добрым Вини. Я думал, что ничего в тот момент не сможет это изменить, но как же сильно я ошибся, я обязательно доберусь до правды и я хочу вернуть доверие. Только позже.

Сейчас я мечтаю утонуть в ее запахе.

Мечтаю согреть ее до невозможности.

Не только физически.

Я проснулся первым и отправился в магазин, чтобы купить необходимые продукты для того самого чая, который я ей готовила раньше. Как бы мне не было тяжело выпускать ее из объятий, но сама по себе ее болячка не пройдет.

Я заливал кипятком зеленый чай, палочку корицы, ванильный сироп, дольку яблока, лимона и апельсина. Самый лучший рецепт из всех, какие когда-то существовали, спасибо дедушке за него. Пряный аромат сразу же прошелся по комнате, заполняя мои легкие, я улыбаюсь вспоминая все моменты, связанные с этим напитком. Мой телефон вновь завибрировал, это был отец, ладно, пока чай готовится, можно и наконец-то ответить ему.

Я вышел на улицу, тяжело вздохнув нажал на кнопку вызова. Гудки не заставили долго ждать.

— Почему ты мне не отвечал? — Строгим голосом спросил папа.

— Я был занят.

— Опять пил?

— Ты так говоришь, будто я алкоголик. — Меня это раздражало, отец видел во мне идеального сотрудника, а не сына.

— Я… Извини, но ты сильно раскис. На последнем совещании от тебя не поступило ни одной умной мысли.

— Я знаю.

— Может тебе нужно сделать перерыв? Ты все летние каникулы провел за работой.

— Нет. Все хорошо. — Папа включал папу лишь тогда, когда видел, что я расслабляюсь. Да, я действительно отвлекся от работы, но причины того стоят.

— Как дела с Селеной? Дело в ней?

— Нет, мы расстались.

— Тогда ясно, тяжело?

— Нет. — Это было правдой, дело было совсем в другой девушке.

— Все таки отдохни, твой проект хорош, но он требует очень много внимания.

— Я понимаю.

— Ладно, у меня совещание.

Когда мы переехали в Бостон, я стал меньше видеть своего отца и мать, у них карьера пошла вверх, а отношения с сыном вниз. Они воспитывали во мне холод, строгость и идеального наследника их дела, я пытался быть таким, но нет.

Я совершенно другой. Я старался подавить это раздражение, все таки я завариваю чай, а он должен быть наполнен теплотой и добром. Поэтому убираю телефон обратно в карман, я обратно захожу к Корни.

Я делаю первый глоток и горячий напиток возвращает меня в три года назад, душевно конечно. Я не решался пить его уже столько лет, боялся снова ощутить это и не выбраться.

— Ты что делаешь здесь? — послышался хриплый голос сзади меня.

Я обернулся, держа кружку в руках и медленно подошел к кровати, чтобы не разлить все.

— Держи. — Мягко сказал я и протянул ей чай.

— Что это? — Корни нахмурилась, прежде чем взять кружку в руки.

Ясно, она не чувствует запахи.

— Попробуй.

Корни все так же хмурила брови и смотрела с неодобрительным взглядом, сначала на чай, затем вновь на меня.

— Ты не ответил ни на один мой вопрос.

— Сначала выпей.

Корни с недоверием сделала первый глоток и тут же ее осенило, она с удивлением раскрыла глаза и начала пить чай. Когда она допила его полностью, на ее губах появилась слабая улыбка.

Цель выполнена.

— Лет сто его не пила. — Прошептала Корни. — Ты как рецепт вспомнил?

— А его можно забыть?

Она с благодарностью протянула мне кружку обратно, но ее улыбка снова пропала.

— А ты как пробрался сюда? — Корни сложила руки на груди и села облокотившись на изголовье.

— Есть способы. — Она вопросительно посмотрела на меня и перевела взгляд на окно. — Не через окно.

— Ладно, теперь уходи.

Я посмеялся с ее слов, нет, так просто я не собираюсь уходить. Я сел на кровать, в противоположную сторону, видя как по ее телу прошлась дрожь. С улыбкой я уставился на Корни и повторил ее позу. Она с недоумением взглянула мне в глаза, намекая проваливать.

— Зачем ты сюда пришел?

— Ты не отвечала и не ходила на уроки.

— Где Энни?

— С Сэмом.

Корни неодобрительно посмотрела на кровать своей соседки и попыталась встать, но она была слишком слаба, чтобы удержаться на ногах, поэтому я поймал ее и посадил обратно на кровать.

— Я тебя заражу.

— И что? Я хотя бы не забью на лечение.

Она закатила глаза и пыталась поправить свою постель и подушку, прежде чем лечь обратно и когда она заметила свои штаны, то Корни пришла в ужас, когда увидела то, во что была одета.

Черт.

— Я очень надеюсь, что когда ты пришел я уже была в этом, иначе…

— Это дело рук Энни, я не при чем. — Я раскинул руки в стороны, уверен, что она со мной неделю не будет разговаривать если узнает правду.

— Ложь.

— С чего ты это взяла?

— Когда ты врёшь, твое правое ухо дергается.

Попалась, получается Корни все помнит.

— Чего лыбишься? — Спросила она. Все верно, я улыбнулся тому, что Корни помнит такие мелочи обо мне.

— Ничего, вспомнил тебя без…

— Заткнись.

Корни опять закатила глаза, немного посидев в тишине, она пнула меня в бедро и легла в кровать, кутаясь в одеяло.

— Ау.

— Уходи.

Я уже забыл о том, что когда Корни болеет, то становится невыносимо вредной, куда пропала та милая девочка, которая просила остаться с ней. Правильно, так капризная мадам, которая сидела возле меня ее съела и проглотила, не оставив даже косточки.

Я снова улыбаюсь, когда вспоминаю вчерашний вечер, я не знаю какое состояние у нее было всю неделю, но если сравнивать ее сейчас и вчера, то ей определенно лучше.