Чтение онлайн

Затем мама, она элегантно просматривала журнал и подняла на меня глаза, я увидела хитрую улыбку, прежде чем меня забрали вновь и вывели в очередь с моделями, почему моя мать не останавливает всех, она ведь знает, что я не модель. Я начинаю хмуриться и напряжение в моей груди распускает свои корни, вновь парализуя мое тело, почему все ведут себя так, будто… Будто я должна быть здесь?

Заиграла песня Woodkid — run boy run.

На освещенный зеленый хромакей вышел парень, тот самый альбинос, который посадил меня на кресло.

Кейден выглядел уверенно, хотя это не удивительно, ведь он работал в этой сфере. Он вставал в разные позы, его торсы открыт, а снизу были черные классические брюки, на его плечах и волосах лежал искусственный снег, а кожа светилась в голубых блестках.

Вспышки, шум, восторг, музыка, все слилось в один звук, но в моих ушах играли барабаны.

Теперь играет песня. Hard times-Paramore.

Вышла девушка, у нее темно-каштановые волосы, а на теле я заметила следы от псориаза, но она все так же была уверена, ее образ был олицетворением кровавой принцессы. Несмотря на свои недостатки, она ощущает себя спокойно и изящно взмахивает руками, словно сражается на мечах с тенью. Ее тело обхватывала темно-красная бархатная ткань, которая оголяла руки, ноги и талию.

Снова звуки идут по кругу.

Следующая песня — HOT TO GO!Chappell Roan.

Теперь перед объективом красуется афро-американка с витилиго, я встречаюсь глазами с Кайденом, который подмигивает мне и до меня доходит смысл его слов ранее.

Сегодняшняя тема про красоту, которая не подходит под стандарты, люди, которые обычно не ощущают себя привлекательно. Мой ступор усиливается и я начинаю вся гореть, меня не должно быть здесь, я не такая, как они, это не правильно. Все мои проблемы, только в моей голове. Я эгоистично считала, что я другая, что во мне нельзя разглядеть красоту, пока другие смогли перебороть рамки общества и увидеть в себе красоту. Потому что так должно быть и каждый красив по своему.

Теперь музыка стихла, а та самая женщина ведет меня за руку, оставив прямо перед камерой.

К моим глазам подступают слезы, я вижу, как объектив направлен на меня, яркие белые вспышки заставляют меня жмуриться. Я не стала раскованнее и увереннее из за одежды, нет. Да, я увидела себя с другой стороны, да, я возможно немного задумалась над своей самооценкой, но устраивать мне фотосессию это подло. Я предательски оглядываю маму, которая удивлена моей реакции и Энни, которая в ужасе смотрит на то, как меня сейчас словно вырвет. Она понимает, что мне нужна помощь и подбегает ко мне, взяв меня за руку, Миллер бежит в сторону выхода, игнорируя взгляды и протесты окружающих, даже мамы. Я благодарна ей.

Почему человек, которого я знаю несколько месяцев, понимает меня лучше, чем собственная мама?

Не смотря на то, как сильно я остолбенела, мои ноги автоматически двигаются за Энни, она молчит, но ее взгляд говорит о многом и сейчас, она готова убивать.

— Спасибо… — Шепчу я, когда мы оказываемся в лифте.

Глава 27

Корнелия

Мама:

Дорогая Корнелия, я хочу, чтобы ты выслушала меня и поняла, что я не хотела сделать тебе плохо, приезжай в Нью-Йорк, мы поговорим. Пресли тоже хочет с тобой увидеться.

Я сжимала свой телефон в руке и перечитывая сообщение уже десятый раз, за последние три дня. Ровно с того момента, когда мы покинули этот гребанный город.

Я ждала Вини, стояла возле ворот на заднем дворе университета, у меня была нестандартная просьба к нему и я заранее готовилась к отказу, кажется, что этот ответ меня устроит больше.

— Привет. — Резко произнес Хадсон у меня из-за спины, отчего я легонько испугалась.

Развернувшись к нему я непроизвольно улыбнулась, он был в черных спортивных штанах и сером пальто.

— Здравствуй.

Он улыбался мне своей беззаботной улыбкой, но я смотрела только в голубые радужки его глаз. Винтер нахмурился, когда заметил мое беспокойство.

— Что стряслось? — Спросил он с большим энтузиазмом.

— Я хотела спросить у тебя, не хочешь ли ты поехать со мной в Нью-Йорк? — Осторожно спросила я, переминаясь с одной ноги на другую.

Плечи Вини заметно расслабились, но замешательство в его взгляде все еще не собиралось уходить, я знаю, что странно звать своего друга в другой город, но Энни дергать я не хочу.

— Кажется вы с Энни уже были там на этих выходных.

— Да, но случился казус и мне необходимо вернуться, опять на выходных. — Ответила я и еще сильнее сжала телефон в своей руке.

Мое дыхание остановилось тогда, когда Хадсон неожиданно положил свою ладонь мне на макушку и начал играть с волосами, массируя мою кожу. Я ответила ему хмурым взглядом, а он усмехнулся и вернул свою руку на место.

Я сделала глубокий вздох, отбрасывая все мысли назад.

Не время.

— Когда? — Ровным голосом спросил Вини, будто, только что не заставил мои легкие на время прекратить свою работу.

— На выходных.

На волосы Винтера упал листок, который пролетал мимо из-за сильного ветра, он даже не заметил этого. Я поднялась на носочки и я постаралась смахнуть мешающую листвую. Хадсон немного нагнулся, чтобы помочь мне. Нежно я взяла в руки листок и выкинула его в сторону, но из-за порыва ветра, он так и не опустился на землю.

— Спасибо. — Прошептал он, глядя мне прямо в глаза.

— Не за что. Я напишу тебе позже. — Затараторила я и попыталась сбежать от этих ледяных осколков, но как только я развернулась и сделала несколько шагов, то ощутила сильную хватку за локоть.

Меня по инерции вернуло назад и я ударилась об торс. Сильный, рельефный торс Винтера. Аромат Ментола ударил мне в грудь, хотя я так отчаянно его избегала, ведь знала, что останусь в плену под названием — Винтер Хадсон. Точнее мое сердце.

Его руки обжигающе обхватили мою талию прижимая к себе, он уткнулся носом в мою шею, это так странно. Кажется мы договорились больше не притворяться парой, но то, что происходит сейчас — явно выходит за рамки, которые мы поставили.

Я ощущала его руки на своем теле через достаточно плотную ткань, но этого хватало, чтобы я ощущала каждое прикосновение, дрожь поглотила мое тело в свои игры и он явно это заметил.

А еще я не хочу вылезать из его хватки.

— Я поеду с тобой в Нью-Йорк, если тебе так нужно. Обращайся всегда, ведь ты услышишь только слово Да. — Пробормотал Хадсон, когда оставил мою шею в покое.

— Даже, если я попрошу тебя убить меня? — Спросила я улыбнувшись.

Хадсон провел пальцем по моей щеке, словно заставляя меня посмотреть ему в глаза и я послушалась.

— Все, кроме этого.

— Если ты меня сейчас не отпустишь, то я умру. — Буркнула я.

Да, умру.